Ни украсть, ни покараулить

Генпрокурор разгромил правоохранительные органы

Форменный разгром отечественной правоохранительной системе учинил вчера глава Генпрокуратуры Владимир Устинов на расширенной коллегии своего ведомства. «На орехи» досталось всем собравшимся: региональным прокурорам, министрам МВД, Минобороны, Минюста, ГТК, МНС, ФСНП. Поэтому контроль за всеми перечисленными ведомствами со стороны подчиненных г-на Устинова усилится -- по его словам, «прокурорский надзор -- один из самых надежных механизмов проводимых в стране преобразований». Присутствовавший на коллегии президент Путин также призвал ужесточить надзор за правоохранительными органами. «Работа российской прокуратуры стала более открытой, более наступательной и, на мой взгляд, более эффективной», -- начал свое выступление Владимир Путин, после чего перешел к критике других ведомств. «Убийства, похищения людей, разбойные нападения, грабежи стали рядовыми фактами нашей жизни» -- сказал президент. На предпринимателей же, по словам главы государства, с одной стороны давит криминал, а с другой -- произвол властей. Однако президент не обошел своей критикой и саму прокуратуру, заметив, что только в прошлом году свыше 1,3 тысячи человек были «незаконно арестованы по постановлениям следователей прокуратуры», назвав это печальным фактом.

Г-н Устинов был настроен еще жестче. Для начала он отчитал своих нерадивых подчиненных. Главы региональных прокуратур, по его мнению, не хотят бороться с незаконными постановлениями местных властей. Как утверждает Генпрокурор, в некоторых регионах (например, Красноярском крае) со стороны прокуратуры была всего лишь имитация надзора за соблюдением законов. Многие иски и протесты своих подчиненных Владимир Устинов вообще считает очковтирательством, а часть дел (особенно в природоохранной сфере) -- незначительными. «...Время, когда прокуроры занимались пересчетом скота, простоями вагонов и прочим, выдавая это за надзор, ушло давно и безвозвратно».

Покритиковал Владимир Устинов и своих заместителей -- глав управлений Генпрокуратуры в федеральных округах, даже пригрозив заменить эти структуры на рядовые отделы. «Эти управления сейчас стали дублировать «московские» отделы. А заместители Генпрокурора... не задумываясь, подписывают письма о наделении управлений дополнительными полномочиями и штатами». Правда, за несчастные семь управлений Генпрокуратуры, по нашей информации, вступился Владимир Путин -- мол, не все они так и плохи, судя по документам.

Однако Генпрокурор уже перешел к другим провинившимся: «возьмешь иного руководителя, так простите за грубую формулу: «ни украсть, ни покараулить». Нет, уважаемые, так не пойдет и дальше не будет. Мы пересмотрим структуру аппарата Генпрокуратуры». Под этим Владимир Устинов подразумевал ликвидацию некоторых звеньев (в частности, горпрокуратур).

После этого «шапки» полетели с голов других ведомств, в первую очередь милиции. «По регистрации преступлений МВД и его органы на местах в очередной раз провалили работу. В ходе прокурорских проверок в прошлом году выявлено и поставлено на учет 122 тыс. «укрытых преступлений». Пенял Генпрокурор и на слабую раскрываемость, и на «бесплодные усилия на «фронтах» борьбы с экономической преступностью». «А следствие у наших коллег в органах внутренних дел если не провальное, то близкое к тому», -- отметил г-н Устинов.

Особенно досталось бывшему питерскому прокурору, а ныне начальнику Следственного комитета (СК) при МВД РФ Виталию Мозякову. «Руководитель комитета, сменив прокурорский мундир на милицейский, сменил и представления о том, какой должна быть следственная работа». По версии г-на Устинова, СК занимается откровенной «мелочевкой», влезает в споры хозяйствующих субъектов, затягивает сроки следствия, игнорирует нормы УПК.

Что касается налоговой полиции, то ФСНП, сказал г-н Устинов, использует уголовное преследование не для того, чтобы довести дело до суда, а чтобы заполучить с неплательщика недостачу. Предприниматели же перестают чего-либо бояться поскольку «знают, что, отдав хотя бы часть, останутся безнаказанными». В результате ФСНП получило приказ разобраться, почему они используют всего несколько из 27 разрешенных им к применению статей УК, и почему до суда доводят лишь седьмую часть своих дел.

«Таможенники, может быть, впервые за последнее время узнали, что есть прокурорский надзор, -- приступил г-н Устинов к ГТК, -- а не панибратские, как иногда случалось, отношения с прежними прокурорами» В прошлом году Генпрокуратура опротестовала и направила в суды более 500 заявлений об отмене незаконных актов органов таможенного управления, привлекла к ответственности 200 таможенников, а еще 600 подверглись другим формам наказанияй. Г-н Устинов опроверг информацию о конфликте между его ведомством и ГТК вокруг мебельного дела «Трех китов». Правда, отметил, что недавно в связи с этим расследованием уволил своего высокопоставленного подчиненного. По нашей сведениям, поста лишился старший прокурор Касаев, делившийся подробностями следствия с подозреваемыми.

Минюсту и подчиненному ему ГУИНу Генпрокурор «промыл кости» за многочисленные побеги, избиения осужденных, передержку осужденных в СИЗО и бесполезное их этапирование по России.

Миноброны получило свое за разгильдяйство и растранжиривание средств. Вспоминая гибель атамохода «Курск», Владимир Устинов отметил: «нарушения в организации боевой подготовки, безответственность должностных лиц, граничащая с преступной халатностью, вечный расчет на «авось» -- характерно, к сожалению, не только для Северного флота».

Общий итог коллегии оказался таков: Генпрокурор продемонстрировал активность и лояльность президенту, многократно сославшись на него, президент воспринимал все спокойно-благосклонно, а премьер в тот же день подписал постановление о повышении зарплаты прокурорским работникам в 1,6 раза.

Александр ШВАРЕВ