| В Москве прошел первый фестиваль «Трансвести-искусства» «Трансвести-искусство» -- название доморощенное, однако довольно точное. «Травести» -- рядом, но не то. Для трансвеститов, в отличие от артистов, показывать себя не теми, кто они есть, -- больше чем искусство и образ жизни: это способ осуществления мечты. В Москве трансвеститы на сцене величины Московского Дома молодежи, да еще с такой масштабной художественной акцией, как фестиваль, -- явление действительно новое.
Участники фестиваля представляли собой две «команды»: «Фабрика грез» в стиле героев давнишнего хита Романа Виктюка «Служанки» и «Райские птицы», как будто сделанные с группы «Колибри», только покрупнее. Обе выходили на сцену под популярные эстрадные хиты, меняя имиджи и костюмы известных исполнителей («Фабрика» -- в основном западных, «Птицы» -- отечественных). Зрители то хохотали, глядя, как мужчины в кокошниках пляшут народные танцы, то всматривались в формы клона поп-звезды, отмечая женственность лиц, гладкость коленок и пытаясь найти 10 отличий: слишком грубые руки, чересчур накачанный пресс...
Общая болезнь трансвеститов -- гротеск. Мало кому из них удается сделать из себя такую женщину, чтобы сторонний взгляд не заподозрил подделки. Поэтому лучше сразу признаться, что женщины они ненастоящие. Мужчине проще всего переодеться в то, что называется «теткой» или «бабой», -- достаточно надеть бесформенный балахон, перья и бусы. Смехотворность этого образа понятна им самим, так что выход один -- сказать несколько слов в духе «Бразилия, где много диких обезьян». Примерно это и составляет соль большинства трансвеститских выступлений.
Подзаголовок шоу -- «Блеск и перья» -- довольно точен. В образцы для подражания участники фестиваля выбрали исполнительниц, особо любящих мишуру: Лайзу Минелли, Уитни Хьюстон, Мирей Матье, «Бони М», «Аббу», Надежду Бабкину, «Ивана Купалу». Под фонограмму «девочки» танцевали и открывали рты так, что было видно: им самим это все очень нравится. А также отпускали шутки в адрес друг друга, показывая, как следует ходить, улыбаться и кланяться настоящей леди, и спускались в зал выбирать себе женихов. Во всем этом было гораздо больше того, что называют «бабским», чем в любой из женщин. Обычный синдром представителей меньшинства, взявшихся косить под большинство.
Так что в основном представленные номера относились к искусству пародии: на конкретных исполнителей и женщин в целом -- хотя вроде бы таковой цели не было. Собственно, искусством это названо, видимо, потому, что зритель должен оценивать красоту происходящего, а не женственность форм исполнителей и их способность к самоиронии. Образцом жанра стали те самые «Служанки». Но на фестивале «Трансвести-искусства» был всего один такой серьезный, без штучек, номер: хореографически выверенное «Танго» участницы «Райских птиц» Гертруды, обладающей такой внешностью и пластикой, что оценивать ее с точки зрения половой принадлежности в голову не приходило. Ольга КУЗНЕЦОВА |
