Главный принцип современного рок-авангарда. Часть4

Одним из первых теоретиков и практиков беспредметного авангардного искусства был видный русский художник Василий Кандинский. В своих работах он стремился обрести способность к свободному выражению чувств, однако обычная привязанность к предмету только мешала ему. Однажды Кандинский понял, что цвет и линии, складывающиеся в различные ритмические фигуры, сами по себе рождают эмоции, воссоздают настроение, и художник поставил перед собой глобальную задачу: «Духовным взором проникнуть в глубину мироздания».

Именно при помощи ритма решает ту же задачу и московская группа «Вежливый отказ». Важнейшим приемом для музыкантов этого коллектива является смещение. «Тема ухода, покидания явно проступает в творчестве ВО и в поступках участниках группы, - справедливо замечает музыкальный критик Феликс Сандалов. - Кроме того, на афише московского концерта изображен убегающий прочь Лев Толстой. Впрочем, автор иллюстрации не знал о существовании у Отказа песни «Писатель» со следующими словами: "Лев Николаевич Толстой, убегай и не стой"»

Поскольку «отказовцы» декларируют примат музыки и ритма над текстом (и над смыслом вообще), то прием смещения наиболее последовательно проводится именно на уровне структуры самых песен. Участников группы всегда интересовала авангардная «кривая музыка 20-х годов», которой свойственны сдвинутые метрические формы, построенные на наложении ритмических рисунков. «Музыки стало больше, и она стала динамичнее, - рассказывает об этом процессе лидер «Вежливого отказа» Роман Суслов. - Если раньше я ее сознательно минимизировал, потому что времени было мало (жил я в деревне), то сейчас музыкальная составляющая стала более развитой. Вещи получаются достаточно сложные – полиритмичные, с разными размерами. Несмотря на рваный переменный размер и метр всех наших новых песен, это выглядит достаточно логичным - в силу той мелодики, которая там заложена».

Постоянные метрические сдвиги позволяют музыкантам «ВО» по-новому взглянуть на вещи и отказаться от зафиксированных логических связей.

Можно поставить под сомнение продуктивность такого подхода и возразить, что от перемены мест слагаемых сумма не изменяется. Но в том-то и дело, что Суслов парадоксальным образом избегает слагания стихов в текстах новых песен в привычном смысле слова. Показательный момент: некоторые песни, вошедшие позже в новый альбом «Гуси- Лебеди», Роман Суслов долгое время вообще исполнял на концертах на «птичьем языке». Более-менее осмысленные тексты появлялись лишь значительно позже, и Суслов честно признается, что сделал это во многом вынужденно: «К песням нужен текст, он востребован, поэтому, сочиняя к песням стихи, я иду навстречу публике. Это нужно было сделать, и, могу сказать, что получилось достаточно легко и ненавязчиво, что для нашей музыки очень важно. Я просто поднатужился – и написал».

Именно так создавалась «Бурятская морская» - одна из самых ярких и фактурных песен новой программы «Отказа». К ней в итоге Суслов сочинил текст об океанах, чайках и надутых парусах. Можно встрепенуться и спросить: откуда же в Бурятии моряцкие реалии?! Но можно подобрать к песне ряд любопытнейших трактовок. Во-первых, вспомнить, что в XIX веке территория нынешней Бурятии входила в состав простиравшегося до Тихого океана монгольского царства. Во-вторых, прислушаться к трубачу «Вежливого отказа» Андрею Соловьеву, который утверждает: «Это рассказ о том, что все вокруг немного сместилось, съехало с катушек. И произошедшие перемены коснулись каждого. Даже если ты никуда не едешь, то все равно просыпаешься утром, а за окном совсем другой пейзаж, незнакомые люди, чужие голоса. А на полке рядом с дорогими сердцу лаптями и баклушами почему-то стоит микроволновка и бутылка колы».

Предметы у «Вежливого Отказа» то и дело сдвигаются с привычных, отведенных им мест. Роман Суслов очень похож на философа-соллипсиста, который резко оборачивается назад, чтобы зафиксировать пейзаж, не успевший занять свои обычные позиции. Поразительно, но музыканту такой трюк, как правило, удается! Этот взгляд не может принадлежать тривиальному человеку. Не потому ли образ Суслова-музыканта фатально не стыкуется с широко растиражированными биографическими подробностями лидера «ВО», который большую часть времени проводит в деревне. «Меня мало заботит благоустройство группы и сплетни вокруг моего проживания в деревне, я лишь несу некоторую ответственность перед музыкантами «ВО», которые честно ждали то моих новых вещей, то моего возвращения, - говорит он. - Не думаю, что мой отъезд сильно повлиял на естественный для «Вежливого Отказа» ход событий».

Ключом к пониманию нынешнего «Вежливого отказа», возможно, является строчка из той же «Бурятской морской»: «Портрет твой на майке, Райка». Образ человека, абстрактное знание о нем являются куда важнее личной истории и пресловутых биографических данных. В этом тоже заключается одна из отличительных черт авангарда. «Интерес авангарда обращен к чистому мышлению, - пишет Валерий Турчин в книге «По лабиринтам авангарда». – Во всех его манифестах звучит постоянная апелляция к сознанию. Сознание, которое им видится, должно, по их представлению, существовать само по себе, его необходимо «вычленить». Поэтому и вся деятельность их – только создание инструмента для подобной операции».

Подобное вычленение как раз и нужно для решения поставленной Василием Кандинским задачи Кандинский – ««духовным взором проникнуть в глубину мироздания». Ее же решает и «Вежливый отказ», который своими экспериментами освобождает сознание от всевозможных штампов, стереотипов и бесконечных информационных нагноений, готовя его для восприятия подлинной сути окружающих вещей. Вместе с Федором Чистяковым, «Мордором» и другими современными рок-авангардистами, «ВО» приближают нас к вечному сиянию чистого разума. Правда, каждый из них ведет туда своими потаенными тропами…

И на десерт Роман Суслов и "Вежливый отказ" в передаче Дмитрия Диброва "Антропология" (1998г.)