| Евреи Ирака, несмотря на войну, не желают уезжать из этой страны. Как ни удивительно, но в Ираке, враждовавшем с Израилем, сохранилась еврейская община и всегда была открыта синагога. «Евреев в Ираке -- 38 человек. Это старики. Молодых несколько человек всего», -- сказал корреспонденту газеты «Время новостей» живущий при синагоге и раньше выполнявший обязанности раввина еврей Тауфик Софэр (на снимке) 1914 года рождения. Он болен, с трудом двигается и произносит слова. Не был женат. Детей нет. Брат умер в Лондоне. Саддама г-н Софэр не ругает: «Он мне ничего плохого не сделал. К иракским евреям Саддам хорошо относился».
Большинство евреев покинули Ирак задолго до прихода Саддама к власти в конце 70-х. В 1940 году евреев в Ираке, предположительно, было 130 тысяч. После создания государства Израиль и арабо-израильской войны 1948 года осталось всего 7 тысяч. Уезжали не столько в Израиль, сколько в США и Европу. К 1967 году в Ираке жило чуть более сотни евреев. Саддам их не трогал, но держал под контролем.
Синагога работает в багдадском районе Баттавин, хулиганистом и грязноватом. Год назад, еще до войны, ваш корреспондент долго кружил в этом районе, пока не понял, что вот за тем глухим бетонным забором, больше похожим на ограждение тюрьмы или военного объекта, синагога-то и скрывается. Хозяин магазинчика напротив испугался вопроса о евреях, но рассказал, что каждую субботу три или четыре семьи приходят сюда молиться.
Найти синагогу было непросто. Запросы журналистов о посещении министерство информации забалтывало. Ворота тоже открывались перед незнакомцами не всегда. Иногда службы безопасности Ирака запрещали старому раввину принимать чужаков. Вроде как для его же спокойствия. В 1999 году двое экстремистов-палестинцев сумели-таки разыскать место, где еще помимо синагоги собирались иракские евреи, и застрелить двоих из них.
За Тауфиком уже который год присматривает мусульманин Мухаммад, нанятый местной еврейской общиной. По его словам, бетонный забор спас синагогу, где хранятся ценные свитки Торы, от разграбления мародерами. Тауфик говорит, что не хочет уезжать из Ирака, а умрет здесь, хотя и не торопится. «Я тоже не уеду. Еще чего. Это моя родина, моя страна. Мне здесь нравится», -- соглашается с ним Нидаль, молодая еврейка. Но за пределами бетонной еврейской «крепости» свое иудейское происхождение она не особо афиширует. Елена СУПОНИНА, Багдад--Москва |
