Отклонившиеся от вертикали

Осенью 2009 г. на виду всего Петербурга совершено очередное преступление перед культурным наследием. Были демонтированы две из трех фабричных труб, являющихся составной частью архитектурного комплекса Товарищества Невской бумагопрядильной мануфактуры, основанной в 1833 году на заре российской индустриализации. Трубы были разобраны вместе с несколькими краснокирпичными фабричными зданиями 1920-х гг. по ул. Красного текстильщика, дома 10–12.

Фабричные трубы Вера и Надежда ликвидировали ради нового строительства

Конец индустриальной революции
Согласно полученной информации КГИОП, две трубы, включенные в список выявленных объектов культурного наследия, имеют отклонения от вертикали, осадки в основании и трещины. Поэтому не подлежат ремонту и должны быть ликвидированы. Третья, уцелевшая пока труба, в состав объекта культурного наследия не входит и фактически остается без защиты закона. (Впрочем, судьба уничтоженных ее сестер свидетельствует о том, что и нахождение в списке охраняемых объектов ничего не меняет).
Этот фабричный комплекс, основные корпуса которого возведены во второй половине XIX века — один из наиболее художественно ярких примеров промышленной архитектуры Петербурга, играющий важную градообразующую роль в панораме Невы.
Вертикальные акценты зданий мануфактуры — три разновысокие трубы — носили имена Вера, Надежда, Любовь, в соответствии с названиями паровых котлов, обеспечивавших энергией одно из самых передовых предприятий России, которое положило начало индустриальной революции в стране. Эти трубы стали знаковыми не только в истории техники, но и для социальной истории старейшего петербургского предприятия с богатыми трудовыми традициями. Трубы Невской мануфактуры стали символом фабричного Петрограда — достаточно вспомнить видеоряд фильма «Они были первыми», кинотрилогии «Максим» и др. Уничтожение их — невосполнимая утрата в сознании людей.
Близкий сосед Петербурга — столица текстильной индустрии финский город Тампере, перепрофилировавший такие же старые фабрики, оставил тем не менее первые паровые котлы и трубы как символы национальной истории. Они бездействуют, но служат декоративными акцентами и памятью места. Аналогичные примеры известны в Берлине, Манчестере и других крупных городах мира.

«Любовь» пока еще жива

Авария — дочь КГИОПа
Неоправданно лишив цельности архитектурный облик, допустив уничтожение его вертикальных акцентов, власти города снизили художественную ценность ансамбля, который великолепно смотрелся в окружении таких знаковых объектов, как Смольный собор и Мост Петра Великого.
Вот мнение Маргариты Штиглиц — сопредседателя Санкт-Петербургского отделения ВООПИиК:
— Причина, по которой инвестор хочет избавиться от знаменитых труб, даже если они и пришли в неудовлетворительное техническое состояние, вряд ли объясняется только необходимостью освобождения места под новое строительство.
На территории фабрики вполне допустимы перепрофилирование, а значит и реконструкция и новое строительство в пределах высотных параметров. Однако для принятия решения на разборку объектов культурного наследия недостаточно лишь проведения технической экспертизы. Ведь существуют различные способы укрепления, реставрации и консервации подобных сооружений. Они требуют лишь определенных затрат, возможно меньших, нежели их воссоздание. Кто это сравнивал? Почему в такой спешке, без проведения и согласования историко-культурной экспертизы по данному комплексу, уточняющей предметы охраны, возможности реконструкции и концепцию использования, принятой Советом по историко-культурному наследию, проводятся подобные работы?

Сносы нынешней осени: фабричные здания 1920-х годов

Профессиональное сообщество давно ратует за сохранение этого объекта и повышение его статуса. Известно, что историко-культурная экспертиза всех выявленных объектов культурного наследия города, проведенная в 2004 году, рекомендовала включить этот комплекс в Реестр объектов регионального значения. И хотя Совет по историко-культурному наследию пока не рассматривал этот вопрос, тем не менее отклонил в 2006 году историко-культурную экспертизу фирмы «Аллегория», рекомендовавшей исключить здания из Реестра.
Снесли Веру и Надежду без всякой ясности, что же будет дальше. По словам генерального директора ОАО «Прядильно-ниточный комбинат им. С. М. Кирова» Вячеслава Мартынова (его цитируют «Санкт-Петербургские ведомости»), трубы должны воссоздать.
Вот только в ответе на обращение депутата Законодательного собрания Алексея Ковалева заместитель председателя КГИОП Разумов приводит лишь технические свидетельства аварийности труб, об их воссоздании ни слова — а ведь это объекты культурного наследия!
Что это, как не свидетельство абсолютного непонимания ценности уцелевших образцов индустриальной культуры прошлого — и, кстати сказать, прямое нарушение взятых на себя государством международных обязательств по сохранению архитектурного наследия ХХ столетия, изложенных в Рекомендации государствам — членам Совета Европы.
То, что органы власти и инвесторы не способны оценить значимость одной из важнейших страниц нашей национальной истории и воспринимают фабричные сооружения как сугубо утилитарные, приводит к невосполнимым утратам. Ведь Петербург, символом которого является кораблик на шпиле первой судостроительной верфи страны — Адмиралтейства, всегда был ведущим промышленным центром России. Этим (и фабричными трубами в том числе) надо гордиться.

Сергей ВАСИЛЬЕВ
Фото Дмитрия РАТНИКОВА

Досье «Новой»
Невская бумагопрядильная фабрика барона Людвига Штиглица (ул. Красного Текстильщика, 10–12 — Синопская наб., 74–78) основана в 1833 г. Специализировалась на производстве пряжи, в том числе высших сортов.
В главном корпусе (арх. Н. Я. Анисимов; здание не сохранилось — сгорело в 1894 г.) работали станки, привезенные из Манчестера и Шеффилда. После смерти барона Штиглица в 1843 году предприятие перешло к его сыну Александру, а позднее — к приемной дочери последнего Н. М. Половцевой. В 1850-е годы строится еще одно фабричное здание (проект военного инженера Л. В. Гламы). В 1890 году фабрика входит в состав Товарищества Невской ниточной мануфактуры. Основной корпус ниточной мануфактуры возведен по проекту архитектора П. С. Купинского в 1888 г. и надстроен в 1892 г. Л. Л. Петерсеном. Самое позднее сооружение комплекса — Вторая Прядильная фабрика (арх. Л. Л. Петерсен, 1895 г.).
В конце 1890-х фабрику приобрел крупный английский ниточный трест, в 1908 г. вобравший в себя и Невскую бумагопрядильную мануфактуру, обеспечивавшую пряжей ниточную фабрику. Национализированы в 1919 г. Оба предприятия в 1922 г. вошли в состав «Бумагопрядильной фабрики им. С. Халтурина», с 1937 г. — Прядильно-ниточного комбината имени С. М. Кирова.
В годы Великой Отечественной войны здесь выпускали маскировочную сетку. До последнего времени ПНК имени Кирова оставался крупнейшим предприятием по производству ниток и единственным в стране по производству так называемых ниточных изделий (вышивальных, вязальных, штопальных ниток).
В 2007 г. по заказу владельцев ПНК разработана концепция развития территории, ограниченной Синопской наб. и ул. Тульской, Моисеенко и Красного Текстильщика, предусматривающая размещение здесь бизнес-центров, гостиницы и жилых зданий. Само производство может быть перенесено (один из вариантов — в район Мурманского шоссе).
На месте снесенных недавно корпусов 1920-х годов устроена автостоянка.
Северные корпуса ПНК сданы в аренду городу (под Единый центр документов, где происходит оформление загранпаспортов, планируется также разместить здесь подразделения налоговой и миграционных служб, а также ГАИ).