Интернет-карма «План Ломоносова»

Интервью с участниками группы в канун выхода дебютного альбома.

В независимой творческой среде возникло новое явление — группа «План Ломоносова», играющая задорную, насыщенную музыку, в звучании которой сочетается панк, альтернатива и рок-н-ролл, в содержании — честность и ирония, стёб и лирика. Вокалистом новоиспечённой команды стал актёр Александр Ильин, известный большинству соотечественников по роли Семёна Лобанова в сериале «Интерны», его соратниками — музыканты Денис Хромых и Андрей Шморгун, участники многих проектов, гитарист Андрей Обухов, барабанщик Сергей Иванов и мультиинструменталист Илья Ильин. Мы встретились с тремя из шести музыкантов «Плана Ломоносова» — Александром, Денисом и Андреем, и поговорили с ними об их замечательном детище и его истории, о том, что такое «чистая музыка» и нужно ли её продвигать, а также узнали, как найти смысл в абстракции и серьёзность в сатире.

— Как возник проект «План Ломоносова»? В чём его идея? В общем — с чего все началось?
— Александр Ильин: Ситуация развивалась так: я был на съёмках в Ярославле, и мой коллега, поставил мне записи своей группы. «Ну, да, прикольно», - подумал я. Клёвая вообще штука — в группе участвовать, это совсем другая сфера, быт, которой я не знаю, и имею чисто романтическое о ней представление. Не скажу, чтобы я с детства мечтал делать музыку. У меня было ощущение, что собрать группу — это что-то нереальное. А тут вот перед тобой живой человек сидит и говорит: «Вот я пою, послушай». Я ему отвечаю: «Блин, я бы тоже обеими руками вписался в подобную тему!». А он мне: «Ну а в чём проблема? Давай приедем в Москву, я тебя там познакомлю с музыкантами». Я согласился. Но что я могу предложить музыкантам на этой самой встрече? Ничего. Играть я не умею, три аккорда у костра максимум. Как сочинять музыку, как сочиняются песни — я понятия не имею. Думаю: напишу я стихотворение, чтобы быть хоть как-то полезным. Понятно, что я буду абсолютно доверять их мнению, потому что они в этом разбираются, а я — нет. Написал я несколько стихотворений, текстов песен, приехал в Москву, а этот мой друг — исчез. Показал я эти стихотворения брату своему, друзьям, чисто ради прикола, потому что понял, что эта идея с музыкой опять уплыла куда-то далеко, на уровень романтических представлений. Прошёл год примерно, мне звонят мои друзья, мой брат, говорят: «Вот тут у нас есть чувак из музыкальной индустрии, поговори с ним». «О чём я с ним буду разговаривать? Я не готов сейчас говорить о чём-либо». Ну они сами там пообщались с ним о чём-то, а потом звонит мне этот самый человек, которого я никогда в глаза не видел (кстати, я его в первый раз увидел совсем недавно на концерте, причём совершенно случайно) и говорит: «Мне твои друзья сказали, что ты хочешь делать музыку, записывай номер продюсера Лены». Я ей позвонил, у меня ещё тогда нога была сломана, поэтому встречу назначил поближе к дому. Встретились мы с Леной и — как раз — Андреем Шморгуном, поболтали, назначили репетицию. На первой репетиции были Денис, Вася…

— Андрей Шморгун: И несколько людей, которых мы теперь не видим.
— Саша: Вот так это, по сути, и завертелось: мы посидели, я прочитал ребятам стихотворения. Потом уже пошёл процесс естественного отбора. Общий язык мы очень быстро с ребятами нашли. Что мне вообще нравится во всём этом, что всё идёт не против течения, нет напряжения, нет сроков, нет ограничений, есть только чистый кайф от общения друг с другом и сочинения песен. Настоящий кайф, который музыка и должна людям приносить. Мы сами его почувствовали, а, значит, его будут чувствовать и другие люди, хотя бы какая-то их часть.
— Денис Хромых: В результате естественного отбора и плодотворных репетиций, мы решили собираться дома и записывать «демки». После того, как Саша стал петь, соседи начали волноваться, стучать в дверь, звонить. До милиции, правда, не доходило. В итоге вокал писали уже в студии.
— Саша: Вообще наша группа прошла определённый путь своего становления. У нас был некий промежуточный состав, пять-шесть человек, которых сейчас уже в группе нет. Андрей для себя ещё в самом начале решил, что эта команда должна быть идеальной, и он не должен напрягаться ни с кем. Где-то полгода мы были в таком творческом поиске. Что касается музыкантов, люди приходили и уходили, и в итоге сейчас Андрей получил идеальную группу, какой он её и планировал с самого начала. У нас одинаковое настроение, мы друг друга понимаем и преследуем одинаковые цели.

— Саша, а какова судьба того самого первого стихотворения, что с ним стало?
— Саша: Оно не одно было, я несколько написал.
— Андрей: Все стихотворения, которые мне Саша на первой встрече прочитал, вошли уже в форме песен на наш альбом.

— Как вы себе представляете аудиторию своей группы?
— Саша: Этот вопрос мне кажется странным. Я для себя могу представить абсолютно любого человека. Понятно, что у меня в половине текстов — нецензурная лексика, но меня это не смущает.

— Давайте поговорим о стиле творчества «Плана Ломоносова». У Андрея — панк-причёска, у Дениса — хэви-металл-причёска. Насколько данные жанры имеют отношение к вашему творчеству? Присутствует ли в ней так же, на ваш взгляд, полистилистика?
— Саша: Вряд ли причёска имеет отношение к музыке. Отрастив длинные волосы, лучше играть на гитаре ты не станешь.

— Вопрос, скорее, про жанровое влияние.
— Саша: На наше творчество повлияла музыка, которую мы слушали. Помню, в школе брат дал мне послушать Bon Jovi. Мне эта группа очень понравилась, но это было очень давно, ещё в младших классах. Конечно, потом, я слушал «Кино», «Гражданскую Оборону», Sex Pistols, The Exploited, Manowar, The Offspring. Manowar мне нравились, потому что у них в текстах — очень много фэнтези. Я одно время читал подобные книжки, даже увлекался битвой на мечах, пока мне брат во дворе не выбил глаз. Серьёзным кумиром, конечно, был Курт Кобейн. Группу Nirvana я до сих пор слушаю почти каждый день. Есть в музыке Кобейна какая-то «крайность», то, чего все боятся сделать: а все боятся в своём проекте делать какой-то «жесткач». Егор Летов — та же история. Интересная ситуация была с Петром Мамоновым: когда мы с ним снимались в фильме «Царь». Я его тогда спросил: «Пётр Николаевич, а что вы вообще слушаете?». «Я слушаю себя, ребят» — ответил Мамонов. Вот и я сейчас, уже довольно давно, слушаю только свой альбом, и мне не надоедает. Он вызывает у меня улыбку, поднимает настроение. Ощущение другое абсолютно. Если в театральной сфере я всё видел на примере своих родителей и старших братьев, с ними этот путь проходил, то музыка для меня — это совсем неизвестная сфера. Для меня это своего рода приключение, путешествие. Ты физически можешь оставаться в Москве, а твой энергетический поток направляется в такие места, где ты никогда не бывал. Для меня это что-то вроде «Алисы в стране чудес». Всё непонятно, всё в новинку. И время от этого всего растягивается. При этом ты в этом мире уже обживаешься, развиваешься, вырабатываешь какую-то свою линию… Например, у меня существует такая принципиальная позиция, что песни должны звучать на русском языке. Бытует мнение, что русские тексты не очень хорошо ложатся на рок-мелодии, на рок-культуру, и все стремятся писать песни на английском языке. А на самом деле, ошибка заключается в том, что люди не умеют красиво складывать слова своего языка, который намного богаче того же английского. И не пользоваться таким ресурсом — просто глупо и кощунственно.
— Денис: Я думаю по поводу нашей стилистической основы следующее: за счёт того, что мы все разные, в результате родился вот такой проект, в котором есть и панк, и рок, и рок-н-ролл. Весь опыт, который мы накопили в предыдущих коллективах, здесь мы успешно реализовали.
— Саша: И винегретом это не выглядит. Есть какая-то общая тема, которая проходит через совершенно разные по стилистике песни.
— Денис: Через весь альбом проходит идея, которую слушатель поймёт, когда прослушает его от начала до конца.
— Саша: И у нас нет рамок. Нет человека, который навязывает тон всей группе.
— Андрей: Мы не стесняемся тратить время на идеи, которые кажутся бредовыми, мы из бредовой идеи пытаемся сделать настоящую. Потому что если какая-то идея пришла человеку в голову, то она как минимум заслуживает рассмотрения с разных сторон.
— Денис: Мы — музыкальные художники, на самом деле. Шесть человек, которые рисуют музыкальную картину, своими мазками доводя её до «ломоносовского» состояния.
— Саша: У нас ведь ещё и время такое. Если бы мы возникли раньше, не было бы призмы коллективов, которые были до нас, и музыка бы наша воспринималась по-другому. Мне кажется, в нашей музыке чувствуются не влияния, а…
— Андрей: Вдохновение?
— Саша: Внутренняя наполненность. Мы никого не копируем, но при этом мы знаем чужой опыт. А ведь 50 лет назад этого опыта могло и не быть. Как раз эта ситуация даёт нам возможность делать всё, что угодно.

— Как возникло название вашей группы? Что такое «План Ломоносова»?
— Денис: Начнём с того, что в прошлом году со дня рождения Ломоносова прошло 300 лет.
— Саша: Мне кажется, этим надо не начинать, а заканчивать, потому что к юбилею Ломоносова наше название не имеет никакого отношения. Придумав его, мы только спустя полгода догадались, что в этом году у него ещё и юбилей. Уточним: мы были абсолютно трезвыми, просто сели и начали придумывать. Когда родилось именно такое словосочетание, все захохотали и поняли, что смех — это лучшая реакция из всех возможных. И, что характерно, касательно предыдущих вариантов возникали какие-то вопросы, а тут все вопросы отпали. «План Ломоносова» — уникальное словосочетания! До нас его не существовало. Хотя, по сути, это же полная ахинея — «План Ломоносова».

— Ну почему ахинея? Воображение сразу же начинает работать. Сразу представляется Ломоносов, босиком идущий покорять Москву — у него ведь тоже был свой план!
— Денис: Ну да. Планы у него были серьёзные! И вообще, он мужик был серьёзный. Свободный!…
— Саша: А почему босиком?

— Вопрос, скорее, Андрею и Денису, поскольку у Саши «План Ломоносова» — это первый музыкальный опыт, а вы уже много лет занимаетесь музыкой: чем коренным образом отличается то, что вы делаете в группе «План Ломоносова», от того, что вы делали раньше?
— Денис: Я музыкой начал заниматься в 2001 году и всегда считал, что творчество должно быть свободным и чистым. От творчества я получаю кайф, и он дороже всего остального. Во мне ещё с детства воспитали гармонию — в музыкальной школе, в оркестре, поэтому, когда гармония внутри меня нарушалась, я всегда старался что-то поменять: уходил в другую группу, в другой проект. Я очень счастлив, что сейчас я встретил ребят, что у нас получился вот этот коллектив. Мы очень верим в него.
— Андрей: Во-первых, самое главное, это — свобода. В этой группе я свободен. На данный момент это первая и единственная группа, где я могу играть то, что хочу. Возможно, это будет ахинея, но мои друзья в этом коллективе воспримут это, и, возможно, из этой ахинеи получится песня. Такого не было никогда и нигде, ни в одной группе, в которой я играл.

— А как вы считаете, даже вот такую «чистую музыку» нужно продвигать, или если в ней есть «зерно», наполнение, она сама найдёт своего слушателя?
— Денис: Сарафанное радио никто в России, в принципе, не отменял.
— Саша: Любое послание может дойти до кого угодно, если там есть содержание.

— У «Плана Ломоносова» уже были живые выступления?
— Саша: Когда мы досняли очередной блок сериала «Интерны», меня продюсеры попросили выступить по случаю окончания проекта.

— И как вас восприняли?
— Саша: Очень хорошо. У нас светлая музыка, по сути. В ней, конечно, затрагиваются актуальные проблемы, но это не выглядит так, как если бы по телевизору о чём-нибудь серьёзно рассказывал какой-нибудь депутат.

— Саша, насколько процесс создания музыки для тебя трудоёмок? Не отвлекает ли он от других занятий, от основной профессии?
— Саша: Я к музыке отношусь как к отдыху. Это глоток свежего воздуха для меня.

— Если брать ближайшие перспективы, какой план есть у «Плана Ломоносова»?
— Саша: Мы решаем задачи по мере поступления: выпустить альбом, сделать его презентацию. Что будет дальше — никому не известно. Я вообще ничего не планирую, не люблю обламываться.

— Вам интересны какие-то совместные проекты?
— Саша: Рано пока думать о совместных проектах. Я вообще странно к таким мероприятиям отношусь. На первый взгляд, это интересно, но, мне кажется, это всё из-за того, что люди не уверены в себе.
— Андрей: Я думаю, сотрудничество должно происходить каким-то естественным путём. Сначала группе необходимо устояться как боевой единице, потому что не должно получаться так, что мы хотим добиться популярности за счёт кого-то. Мы хотим сначала устаканиться как группа, а потом уже записывать дуэты.

— Вы говорили про равноправие всех участников команды в представлении идей, а есть ли у вас какое-то функциональное разделение?
— Андрей: Сегодня один отвечает за организацию репетиций, а завтра приносит мелодию, и мы понимаем, что это будущий хит — такое тоже может быть. Всё решается в процессе. Главное — взаимодействие в коллективе. Коллектив — как организм. У него есть, например, рука: она может взять ложку и поднести её ко рту, а может взять медиатор и играть на гитаре. Так же и человек: он может делать что-то одно, а потом взять и сделать что-то такое, что всех остальных вдохновит на грандиозные поступки. Это главное в коллективе, на мой взгляд.
— Денис: Очень часто люди не понимают принцип работы рок-группы. Рок-группа ведь состоит из импровизаций, комбинации каких-то идей. В результате мозговых штурмов на репетициях все и вырастает.

— Пробежавшись глазами по трек-листу дебютного альбома, можно подумать, что основной упор делается именно на сатирическую сторону жизни.
— Андрей: Сатира здесь состоит в том, что когда ты видишь названия песен, у тебя могут возникнуть одни линии мышления, а когда ты услышишь эти песни — ты очень удивишься.

— В вашей группе на сайте «ВКонтакте» очень много предложений о концертах. Вы задумывались о туре по России, или же вы сторонники «точечных заездов»?
— Саша: Тур пока планировать вообще сложно. Я сам как минимум до ноября связан контрактом с кинопроизводством, времени на гастроли с группой у меня пока нет.
— Денис: Я думаю, поначалу это будут какие-то точечные выступления.
— Андрей: Мы не будем бросаться на все предложения, сломя голову, мы всё будем делать в кайф.
— Денис: Чтобы и организаторам было хорошо, и нам.

— Представим такую ситуацию: на Thankyou.ru вышел ваш альбом, люди его активно скачивают, и какой-нибудь безымянный Dj, не спросив разрешения, делает ремикс на одну из ваших композиций, как вы к этому отнесётесь?
— Андрей: Я — за.
— Саша: Я бы отреагировал негативно, может быть, даже набил е...ло. Всё, что связано с нами — связано только с нами.
— Андрей: Договориться можно в любом случае. Здесь ключевой момент в том, что человек делает это без спроса.

— А если это искренний порыв поклонника, который даже не подразумевает, что он должен спрашивать разрешения?
— Саша: Разница вот в чём: если это сделал какой-то поклонник и тут же в группе «ВКонтакте» разместил этакое «народное творчество», то, понятное дело, претензий к нему никаких не будет. А если это какой-то Dj, который посредством этого наживается, то это уже совсем другое дело.

— Ваш новый альбом размещён на сайте Thankyou.ru, который работает по системе «pay what you want»: можешь качать бесплатно, а если хочешь выразить респект — воспользуйся кнопкой «спасибо». Насколько подобный вариант продвижения музыки кажется вам перспективным, и какие у него могут быть альтернативы?
— Саша: Мы такой вариант рассматривали, в принципе, изначально. Даже если смотреть на это с финансовой стороны, баснословных денег в нашей стране на продаже музыки не заработаешь. Как только ты продал первый диск, твоя музыка сразу же появляется в интернете. Мне кажется, такая система — это очень хорошая идея. Возьмём такую ситуацию, что кроме как на наших ресурсах, человек нигде не может послушать нашу музыку. Если у него нет денег, значит он вообще не сможет услышать альбом. Да это же полный бред! Людям, которые выражают вот эту самую «благодарность», нужно понимать, что их деньги пойдут на запись следующего альбома, потому что никакого спонсора у нас нет. Музыку мы делаем за свой счёт.
— Андрей: И так, маленькими шажками, мы приближаемся к новому альбому.
— Саша: Но если у человека нет денег, никто не заставляет его платить. Слушай на здоровье! Мне нравится эта идея с точки зрения честности отношений. Всё равно сейчас у русского артиста основной источник заработка — это концерты. А ещё такой аспект: ты можешь купить диск, а музыка тебе не понравится. А так — ты сначала оценил, а потом решил — платить или нет.
— Денис: Это — что-то новое в отношениях между людьми.
— Саша: Человек, который платит за музыку, по сути, — благотворитель.
— Андрей: Интернет-карма!

Беседовали Наталья Малахова и Максим Проскуряков

— «План Ломоносова» на Thankyou.ru