Оригинал материала
«Не второй сорт»
Судье арбитражного суда вынесли предупреждение за грубость
Квалификационная коллегия судей Москвы на прошлой неделе вынесла предупреждение судье столичного арбитражного суда Нине Терещенко -- за волокиту и неэтичное взаимоотношение с коллегами. Сама г-жа Терещенко разбирательство, устроенное в ее честь, назвала 37-м годом, когда по доносам устраняли неугодного. Председатель арбитражного суда Олег Свириденко, который подал представление в квалифколлегию, напомнил, что разбирательство началось по инициативе самой г-жи Терещенко, в отношении нескольких сотрудников суда, но обернулось в итоге против нее самой, поскольку проверкой были установлены факты, «за которые нужно увольнять».Помимо затягивания сроков изготовления судебных актов и фальсификации данных отчетности, он обвинил г-жу Терещенко в грубости с помощниками судей, специалистами и секретарями. Г-н Свириденко заступился за сотрудников аппарата, заявив, что «они не второй сорт». Он просил квалификоллегию вынести самое строгое наказание -- досрочно лишить судью полномочий, и в этом его поддержала председатель Совета судей Москвы и председатель судебного состава арбитражного суда Галина Комарова. Но члены квалифколлегии в итоге решили ограничиться предупреждением.
Дело г-жи Терещенко, которая проработала судьей 16 лет, на квалифколлегии разбирали в среду. После краткого изложения сути представления г-на Свириденко, который охарактеризовал действия судьи как «умаляющие авторитет судебной власти» и «нарушающие кодекс судейской этики», слово взяла сама обвиняемая. Речь шла о ее работе в первом полугодии 2008 года. «Нарушения сроков изготовления судебных актов действительно были, -- призналась судья. -- Но все просрочки объясняются теми условиями, в которых приходилось работать, а не тем, что я не хотела работать или саботировала». Г-жа Терещенко пожаловалась, что кроме колоссальной нагрузки, ее помощники, специалисты и секретари увольнялись, уходили в отпуска или болели. Болела и она сама. «За две недели января я рассмотрела 58 дел, в феврале, из-за болезни, только 30, в марте -- уже 87, а в апреле 81 дело, -- поясняла г-жа Терещенко. -- Председатель Высшего арбитражного суда Антон Иванов говорил о том, что научно обоснованной нагрузкой на судей является 15,5 дела в месяц, а реально судьи в среднем рассматривают по 45, и это угрожает срывами процессов. У меня же было по 80 дел, иногда доходило и до 120. Нужно делать выбор: или просто укладываться в сроки, или рассматривать дела качественно».
Г-жа Терещенко не согласилась и с обвинениями в фальсификации отчетности. «Термин «фальсификация» используется в Уголовном кодексе, --сказала она. -- А применительно к статистической отчетности можно говорить о достоверности или недостоверности». Правда, то, что в ее отчетности было «легкое искажение», г-жа Терещенко не отрицала.
Грубого отношения к сотрудникам аппарата суда судья, по ее словам, также никогда не допускала. «Это не только не соответствует действительности, но и носит клеветнический характер, -- заявила она. -- Я судья, я старше тех, кто написал на меня жалобы. Многие из них меня вообще не знали и не видели, поработали два дня и уволились». Г-жа Терещенко утверждала, что никого не оскорбляла и ни на кого не кричала, но вот некоторые из сотрудников допускали по отношению к ней «командирский тон».
Председатель арбитражного суда г-н Свириденко заметил, что «фактура в этом деле очень проста». «Что касается «легкого искажения» отчетности, то в ней из 110 дел, рассмотренных судьей Терещенко с нарушением сроков, было сказано только о трех. Она связала это с нежеланием ухудшать показатели. Эта отчетность потом идет в ВАС. И если это «неважно», если не обращать на это внимание, то дальше нарушения пойдут и во всем остальном».
В ходе разбирательства на квалифколлегии выступило несколько свидетелей -- помощников и секретарей судей. Во время одного из конфликтов, по их словам, в отношении помощницы зампредседателя суда она допустила выражения, оскорбляющие ее национальность: призвала «спуститься с кавказских гор» и посоветовала «идти на рынок торговать хурмой». Г-жа Терещенко выразила сомнение относительно достоверности жалоб -- уж больно, по ее мнению, они были идентичны, а следовательно, могли быть написаны под диктовку. «Получается, у нас ввели практику доносов 37-го года», -- сказала она. Но председатель арбитражного суда напомнил, что проверка началась как раз по заявлению и жалобам г-жи Терещенко на этих сотрудников, и только после внутреннего расследования были установлены факты, за которые должна нести ответственность она.
«Всегда считал и считаю, что за такие проступки судей нужно увольнять, -- заявил г-н Свириденко. -- Судья не вправе повышать голос на помощников и секретарей. Они не второй сорт, они с судьями до конца и действительно во всем помогают им». Для того чтобы досрочно лишить судью полномочий, требуется соответствующее решение не менее двух третей от общего состава квалифколлегии, в которой состоит 18 человек. Но в тот раз необходимый кворум набран не был, а потому судья Терещенко получила лишь предупреждение. Возможно, иное наказание было расценено, как чересчур суровое, учитывая большой стаж ее работы в судебной системе.