МЕНЯ КТО-НИБУДЬ СЛЫШИТ?!

Слова, вынесенные в заголовок, составляют лейтмотив фильма, поставленного Александром Постниковым.

Эта краткая фраза звучит
с разными интонациями: от робкой надежды до яростного отчаяния.
Фильм называется «Слепцы».

Ровно тридцать лет назад (в год Чернобыля!) на экран, тогда ещё советский, вышла лента Константина Лопушанского «Письма мёртвого человека». Её следует вспомнить, чтобы включиться в реалии, предлагаемые новой картиной: здесь сюжет начинается ровно в той точке, которой заканчивался там. Люди уходят в почти (если не заведомо) безнадежный поиск зыбкой надежды.

Обширное и запустелое подземелье, где происходит значительная часть действия – подвалы здания Томской драмы. Некогда они были оборудованы под бомбоубежище. Зимние съёмки открытого снежного пространства делались на замёрзшей Томи выше города, в районе Синего утёса.

Сразу же – поправки и оговорки. Во-первых, сюжета как такового в новом фильме нет, есть только фабула, весьма напряжённая. Во-вторых, никакого сравнения двух кинематографических работ нет и быть не может – настолько они разные по всем параметрам, кроме, разве что, силы эмоционального накала. В-третьих, блистательный актёрский ансамбль той картины ( Ролан Быков, Вацлав Дворжецкий, Вера Майорова, Виктор Михайлов) слишком контрастирует с труппой, занятой в «Слепцах»: здесь нет ни всесоюзно, ни всероссийски известных исполнителей.
В этом-то и суть.
Но вернёмся к содержанию.
…Бесконечная снежная пустыня. По ней движется цепочка людей, одержимых мечтою – добраться до Города. Он, Город звучит непременно с большой буквы, ибо являет собою и цель, и надежду, и смысл жизни. Поскольку весь остальной мир снесён ядерным катаклизмом.
Тщету такого стремления зритель понимает сразу: ведь ему в самом начале показывают этот населённый пункт, вернее, то, что от него осталось. Сюрреалистическое подземелье, катакомбы, облицованные сталью. И всё население – один человек, не имеющий ни имени, ни обозначенной профессии, – ничего, кроме яростной воли к жизни да воспоминаний.
И навыка рисовать тушью.
Его чёрно-белые картины составляют как бы лейтмотив всего происходящего. В них – фиксация прошлых событий и предвидение будущих. Отчётливо экспрессионистская манера здесь более чем уместна.
Графика работает на режиссёрский замысел на редкость точно и ясно, что само по себе нечасто бывает в кинематографе.
Потому автора этих рисунков следует выделить красной строкою.
Это – Борис Перцев.
Его, кстати, мельком показывают на экране, в сцене воображаемой ресторанной идиллии. Вальяжный и благополучный представитель богемы – и только взгляд, умный и внимательно цепкий, выдаёт: перед нами – художник.
Фильм не лишён драматических коллизий. Главная из них – столкновение двух микросоциумов, являющихся антиподами по самой своей сути. Суть конфликта – яростная борьба за выживание.
Границы добра и зла определены достаточно явственно, хотя и ощутимо сдвинуты относительно привычных для нас понятий. Но ведь в том мире вообще всё сдвинуто! Согласно неписаным законам жанра, именуемого антиутопией.
В главной роли – Андрей Самусев, артист универсального таланта. Здесь он – трагик, и трудно представить его возможности в комическом амплуа. Однако режиссёр, выдерживая чистоту жанра, заставляет исполнителя становиться «на горло собственной песне», что, безусловно, правильно. Зрителю же, желающему убедиться в справедливости оценок, рекомендую посмотреть предыдущий фильм Постникова – «Злоумышленники».

Восемь человек из тех, что работали над фильмом – из театра «Индиго», семеро – из «Чудо-театра».
В этом заключается некая интрига, поскольку (сообщаем для тех, кто не знает) эти два театра объединяют исполнителей, имеющих дефекты слуха или нарушения опорно-двигательного аппарата.
Вряд ли такое сообщение будет способствовать прокатному успеху «Слепцов». Всё же обычная публика предпочитает не только лихо закрученные сюжеты, но и известных актёров.
Тем ценнее работа Постникова. Тем дерзновенней его замысел и важнее воплощение. Он сделал кино вполне профессионального уровня, без всяких скидок на природные недостатки своих артистов. И они выкладываются по полной, демонстрируя не только высокое человеческое достоинство, но и подлинное служение искусству.
Простите за некоторую высокопарность, но других слов тут не подобрать.
Настоящий кинематограф, как и всякое искусство вообще, требует от зрителя соучастия в работе. Осмысление – непростой процесс, в чём-то схожий с соавторством.
Лично я смотрел «Слепцов» трижды.

…В бункере, где заключён герой А. Самусева, есть одна-единственная книга, оказавшаяся здесь, должно быть, по случайности. Да, но что это за книга?
Альбом репродукций Иеронимуса Босха.
Режиссёр показывает его только мельком, не акцентируя зрительского внимания. Но намёк достаточно прозрачен, и особенной расшифровки вовсе не требуется.
В сложном мире мы живём. В тревожном и нервном.

Автор идеи, он же режиссёр-постановщик – Александр Постников. Он же – один из кинооператоров.
С камерой работал также Евгений Макаров; главный оператор – Александр Сакалов.
Администратор съёмочной группы – Татьяна Топчий.
Тексты диалогов написали Валерий Козловский и тот же А. Постников.
Видеоэффекты – Виталий Лисовский.
Монтаж – Андрей Колемасов.
Композитор – Станислав Пастухов.
Звукооператор – Сергей Сумцов.
Художник по свету – Андрей Долгих.
Фотограф – Валентина Половникова.
Грим – Тамара Русинова.
Костюмы – Елена Фарукша.
В ролях (кроме уже названных): Александр Ларионов, Екатерина Мельдер, Игорь Савиных, Олег Стрелец. Анна Топчий.
А также: Татьяна Балова, Анастасия Берендеева, Роман Захаров, Анна Иванова, Надежда Иванова, Дмитрий Коваленко, Ольга Ларионова, Никита Тимофеев.
И ещё: Александр Белоусов, Наталья Карпушина, Ирина Лукина, Дмитрий Тюренков, Виктор Харгель, Олег Шарепа, Евгений Шулепов.

Фильм снят при поддержке Администрации ТО, Театра драмы, Регионального отделения Союза театральных деятелей Российской Федерации. Зрелищного центра «Аэлита» и кафе «Библиотека».