Две «стратегии-15,5»

По традиции питерские власти не согласовали ни одну из двух акций в защиту 31-й статьи Конституции о свободе собраний.
И по такой же традиции нацболы, собирающиеся вместе с левыми активистами и касьяновским РДНС у Гостиного двора, с явной враждебностью относятся к демократам из «Яблока», ОГФ и «Солидарности», которые вместе с правозащитниками собираются на Дворцовой площади.
Дескать, «настоящая оппозиция» — это только у Гостиного двора, где бьют и задерживают. А на Дворцовой собираются «соглашатели», чтобы «отвлечь горожан от настоящего митинга». Вот и сейчас заявленное активистами ОГФ намерение пронести 30-метровый российский флаг от Гостиного двора к Дворцовой, чтобы связать обе акции, было немедленно названо «провокацией», имеющей целью «увести людей с площади Свободы (так нацболы именуют площадку у Гостиного двора) и сорвать Стратегию-31».
На самом деле куда больше оснований называть провокацией не намерение пронести флаг от Гостинки до Дворцовой, а идею проведения протестных акций у Гостиного двора. Потому что там, в отличие от просторной Дворцовой, крайне неудачное место для митингов, где бы их ни проводили — у выхода из метро или чуть в стороне. И потому что заявки на Гостинку — если назвать, наконец, вещи своими именами — подаются не столько для защиты 31-й статьи Конституции, сколько для демонстрации своей непреклонности в борьбе с режимом и создания ситуации жесткого противостояния, которое должно заставить власть отступить. Чего, кстати, и не скрывают многие из тех, кто приходит к Гостиному двору.
Это не оправдывает полицейских зверств против участников акций — но позволяет понять, почему нацболы и левые так недружелюбно относятся к демократам, считающим, что цель акции — собрать как можно больше людей и обеспечить их безопасность, а не продемонстрировать «звериный оскал режима». И позволяет понять, почему на контролируемых «непримиримыми» ресурсах о «либерастах» отзываются с нескрываемой злобой.
Нечто очень похожее мы сейчас наблюдаем в Москве, где самопровозглашенный вождь российской оппозиции Эдуард Лимонов называет «подлостью» и «предательством» решение главы Московской хельсинкской группы Людмилы Алексеевой согласиться на компромиссный вариант митинга на Триумфальной площади. И заходится в крике: идите 31 октября на Триумфальной ко мне, где соберутся «свободные, прямостоящие люди», герои, не боящиеся «давить на власть», а не к Алексеевой, вокруг которой пройдет «митинг в загоне, митинг на полусогнутых, благословленный Сурковым»!
При этом никто из демократических лидеров, в свое время пришедших на Триумфальную площадь только потому, что там появилась Алексеева, не решается дать отпор Лимонову, позволяющему себе хамить человеку, имеющему, в отличие от него, безупречную репутацию. Ведь, в отличие от Лимонова и его нацболов, Алексеева не поддерживала ни войну в Чечне, ни российско-грузинскую войну. И сталинские деяния она, в отличие от нацболов, считает преступлениями, а не доблестью. И на Триумфальную площадь она, в отличие от Лимонова, не ходит с тремя кольцами охраны…
Сказки о «широком оппозиционном фронте», объединяющем всех противников режима, заканчиваются. Не потому, что объединению мешают обиды или амбиции — а потому, что плечом к плечу должны сражаться союзники, а не оппоненты. А враг моего врага — не обязательно мой друг.

Борис ВИШНЕВСКИЙ
Фото Михаила МАСЛЕННИКОВА