| Приватизация в ГДР принесла одни убытки К концу уходящего года в Германии окончательно завершается эпоха приватизации наследства, доставшегося объединенной стране от бывшей административно-командной экономики ГДР. Подавляющее большинство бывших государственных предприятий на немецком востоке было либо продано в частные руки, либо закрыто еще до середины 90-х годов созданным по решению последней Народной палаты ГДР специальным органом, на который и была возложена задача приватизации -- Попечительским ведомством. До настоящего времени еще существует его правопреемник -- Федеральное ведомство по специальным задачам в связи с объединением, которое закрывается к концу этого года.
Процесс приватизации восточногерманской госсобственности начался с шумной трагедии: весной 1991 года в Дюссельдорфе ультралевыми экстремистами был убит президент Попечительского ведомства Детлеф Роведдер. Разумеется, не только профессиональные террористы, но и значительная часть остававшихся без работы (правда, отнюдь не без средств к существованию) жителей новых федеральных земель протестовали против «распродажи ГДР». Ко времени убийства Роведдера уже была решена важнейшая, как считалось тогда, политико-экономическая задача приватизации -- была полностью передана западным концернам Preussen-Elektra, RWE и Bayernwerk электроэнергетическая отрасль ГДР. К тому же было успешно ликвидировано производство фотоаппаратуры Pentacon и автомобилей Wartburg.
Однако окончательная судьба большинства почти из 14 тыс. народных предприятий, подлежавших приватизации или «сворачиванию», оставалась еще открытой. Наиболее активная фаза избавления от обузы экономического наследия социализма на немецкой земле началась при Биргит Бройэль, новом президенте Попечительского ведомства, которая оставалась на этом посту до самого его закрытия в 1994 году. Ее, беспощадно расправлявшуюся с нерентабельным народным достоянием, прозвали «матерью всех банкротств». «Ни Попечительское ведомство, ни его правопреемник не ставили перед собой задачи устранения экономических последствий 40-летней диктатуры СЕПГ, -- сказал в беседе с корреспондентом газеты «Время новостей» Рихард граф цу Айленбург, работавший прежде в аппарате г-жи Бройэль, а затем в Федеральном ведомстве по спецзадачам в связи с объединением. -- Мы стремились к тому, чтобы перепрофилировать экономические структуры ГДР к функционированию в условиях конкурентной экономики».
При этом речь шла не только о крупных промышленных комбинатах, составлявших основу социалистической экономики на немецком востоке. С не меньшей основательностью Биргит Бройэль и ее сотрудники продавали все, что только можно было продать, -- морские и речные порты, леса, виллы, стадионы, сельскохозяйственные предприятия, дома отдыха и даже дрессированных животных из закрытого госцирка ГДР. Отдельной строкой в деятельности Попечительского ведомства была вписана задача приватизации имущества партии, армии и службы госбезопасности ГДР. Попечительское ведомство, управлявшее постсоциалистической экономикой, называли «вторым правительством ГДР» или «самой крупной фирмой, когда-либо существовавшей в истории экономики». Но даже при наличии опытных западногерманских экспертов-экономистов и мощной финансовой поддержке первые шаги по приватизации были сопряжены с серьезными осложнениями. «Прежде всего, не существовало реальных оценок стоимости приватизируемых объектов, -- рассказывает граф цу Айленбург. -- А после введения на территории ГДР 1 июля 1990 года западногерманской марки фирмы испытали истинный шок от ревальвации сразу на целых 400%. Положение осложнял полный крах восточных рынков, на которые было во многом ориентировано восточногерманское производство. Попечительское ведомство было вынуждено вкладывать миллиарды марок в переданные ему предприятия и тем самым поддерживать производство и осуществлять бесперебойную выдачу зарплат». В общей сложности в период активной фазы приватизации в 1990--1994 годах Попечительским ведомством было заключено 85 тыс. договоров на приватизацию, в результате чего от покупателей было получено инвестиционных гарантий в общей сложности на 100 млрд евро. Это позволяло в новых федеральных землях Германии сохранить или создать заново более 1,5 млн рабочих мест. Еще одним из результатов немецкой приватизации является закрытие более 3500 предприятий.
Не все при этом шло гладко. «В связи с криминальными деяниями вокруг приватизации экономика Германии потеряла приблизительно 150 млн евро, -- говорит граф цу Айленбург. -- Были при этом и крупные скандалы, такие, как, например, вокруг неожиданного банкротства фирмы Bremer Vulkan, которой были переданы восточногерманские судостроительные верфи и соответствующие многомиллионные государственные дотации». Подобное «приданое» выдавалось для поддержания социальной сферы вокруг приватизируемых предприятий. В свое время федеральный канцлер Гельмут Коль пообещал, что после германо-германского объединения в бывшей ГДР «никто в материальном отношении не станет жить хуже». Так оно на самом деле и произошло. Только после себя Попечительское ведомство оставило убыток в 105,5 млрд евро -- такую сумму составила разница между доходами от продажи госимущества и бюджетными субсидиями, необходимыми для социальной подпитки процесса приватизации и свертывания народного хозяйства ГДР. Юрий ШПАКОВ, Берлин |
