«Казус Романенко»

Новостник «КП» рассказал о первой реакции на антивоенную акцию и совершил каминг-аут

Позавчера вечером, 11 февраля, 24-летний редактор ленты новостей Владимир Романенко опубликовал на сайте «Комсомольской правды» 22 антивоенных материала с заголовками: «Зеленский посетил фронт, пока Путин отсиживался в бункере», «Крым — Украина: Россия обязана вернуть полуостров», «Россия начала готовить к войне детей», «Пытки над Навальным: как в российских тюрьмах обращаются с политзаключенными». Это — только часть материалов. Они не простояли на сайте и 10 минут.

«Продолжение следует» разыскало Романенко. Он рассказал, что занимался подготовкой материалов сам.

Он — не сторонник Навального, не взламывал сайт, а лично от себя выступил против войны, режима, пыток политзэков, и материалы ему помогли распространить друзья, вопреки разошедшемуся суждению, с которым выступили не только пропагандистские телеграм-каналы, но и «Команда Навального». За антивоенную акцию, утверждает экс-новостник «КП», ему никто не платил.

Вместе с тем, федеральные телеграм-каналы, известные публикациями сливов и утечками слухов из силовых и кремлевских структур, сообщают, что теперь новостники «Комсомолки» не смогут размещать новости сами.

О том, какой была первая реакция на поступок Владимира Романенко и почему он решил совершить каминг-аут сразу после разрыва с пропагандистским изданием, — читайте в материале.

О реакции «Комсомолки» после акции

Федеральный телеграм-канал BRIEF, аффилированный с прокремлевским «Незыгарем», назвал антивоенную акцию новостника «КП» Владимира Романенко «казусом Романенко» и опубликовал сразу несколько сливов из редакции «Комсомолки».

После акции среди сотрудников редакции шло «разбирательство по факту случившегося». В руководстве СМИ сочли «серьезным ЧП» публикацию антивоенных материалов с целью «дискредитировать и подорвать репутацию издания».

Очень прошу всех быть ответственнее и понимать, что делаете. Мы все работаем плечо к плечу, доверяя друг другу, —

заявила в корпоративном письме сотрудникам главред и гендиректор «Комсомольской правды» Олеся Носова.

До сих пор издание официально не прокомментировало инцидент. При этом Владимир о своем увольнении не знает и, так как его удалили из всех рабочих чатов, фактически работать не может.

Редакция «Продолжение следует» направила запрос в редакцию «КП» и лично написала Носовой в Facebook. Мы спросили, работал ли у них такой сотрудник и работает ли он сейчас, насколько достоверна информация, что в «Комсомольской правде» действует цензура и есть запрет на публикации, связанные с Евгением Пригожиным, ЧВК «Вагнер» и чиновниками Госдумы. К моменту публикации этого материала ответ так и не поступил. Когда он придет, мы опубликуем его.

При этом, как следует из постов в телеграм-каналах, руководство «Комсомолки» предположило, что «новостник мог пойти на такой шаг не самостоятельно и не из-за своих проукраинских взглядов, а по просьбе неких “конкурентов КП”». В конце концов после инцидента доступ к публикации материалов рядовым сотрудникам закрыли, заявив, что «это неизбежная мера после произошедшего» и «не жест недоверия к вам [новостникам], а жест защиты всего нашего коллектива, за который мы, как руководство, несем ответственность».

Владимир Романенко не был сильно удивлен такими действиями редакции, тем более что «подобные акции уже происходили неоднократно» — и реакция на них типична.

— Вспомнить хотя бы акцию двух сотрудников «Ленты.ру» на 9 мая (тогда они также опубликовали на сайте десятки антивоенных материалов. — Прим. ред.) или кейс Марины Овсянниковой (экс-редактор «Первого канала» появилась в кадре вечерних новостей с плакатом «Нет войне!». — Прим. ред.). Я подозревал, что после моего поступка ужесточат проверку материалов, будут чистки среди «удаленщиков», но что руководство испугается так сильно — не ожидал. Скорее всего, им спустили директиву сверху, и в других пропагандистских СМИ спохватятся так же — будут досконально проверять, кого допускают к работе, — рассказал «Продолжение следует» экс-сотрудник «КП» и добавил, что сочувствует коллегам, которым усложнил жизнь.

О реакции людей

Владимир Романенко отмечает: пока большая часть незнакомцев, написавших под его видео в профиле в Instagram, поддержала его. Близкие — завалили сообщениями «личку». Приятно было получить и сообщение от коллеги по «КП» со словами: «Надеюсь, справишься с прессингом и хейтом. Не держи зла на бывших коллег» — и пожеланием удачи. Остальные коллеги почистили переписку с Владимиром. Одна — сделала это сразу же после акции, напоследок написав: «Заебись, нахуй. Я относилась к тебе как к человеку. Не ожидала от тебя такого».

Еще одним приятным событием стало сообщение бывшей преподавательницы из университета, где учился Владимир, со словами: «Отличная работа!».

Но далеко не все из окружения Романенко оценили такой поступок.

Так, по его словам, ему написала бывшая коллега, не из СМИ. Она поинтересовалась, сколько ему «заплатили европейские пропагандисты».

— При этом она знает, что я нахожусь за границей и не в стране Евросоюза. Фактически эту акцию проспонсировала сама пропаганда — ведь я это делал в свой рабочий день и на оставшиеся от работы в «КП» деньги все еще живу. Я остался без работы и без денег, но пропаганда все равно считает, что кто-то мною руководил, — говорит Романенко.

Из семьи экс-журналист «Комсомолки» о случившемся рассказал пока только маме. По его словам, «она была в шоке» и жутко перепугалась, что они больше не смогут увидеться, ведь в Россию Владимир вернуться не сможет. И хотя еще до своего отъезда, работая в «КП», он говорил матери о своем намерении навсегда покинуть Россию, она до конца в это не верила, полагая, что мобилизация — не самый веский повод уезжать из страны.

О каминг-ауте

Другим веским поводом для отъезда Романенко назвал свою ориентацию. Вчера он выступил с заявлением, что является открытым геем и, если бы он остался в России сейчас, его бы попросту убили.

Как убивали многих ЛГБТК-персон до этого. И как будут убивать сейчас. Они не смогут полноценно принимать себя, открыто любить, растить семьи и быть счастливыми. Только потому, что люди в Кремле этого не хотят. Меня безумно печалит, что я не могу быть самим собой в стране рождения, и очень жаль, что <…> моих будущих детей я буду растить не на Родине, а в другой стране, —

говорится в его посте.

Он добавил, что понимал: после принятия закона о запрете ЛГБТК-пропаганды, до которого он успел уехать в другую страну, спокойной жизни в России ему не будет.

— ЛГБТК-персон репрессируют, закрываются заведения. Медийные ресурсы, где пишут о меньшинствах, запрещены. Это довольно неудобная для Кремля история. Я понимаю, что гонения будут продолжаться и будут еще более жестокими, чем до этого. Давно намеревался рассказать о своей ориентации, и вчерашняя акция позволила мне наконец-то начать вести открытую жизнь. Пока мне очень страшно, ведь этим поступком я отрезал от себя довольно важную часть — семью, которая меня не примет, — поделился экс-новостник «Комсомольской правды».

Романенко говорит, что его родственники поддерживают войну, и запрет ЛГБТ, введенный в России, точно скажется на их личном отношении к Владимиру.