Цветочная лавка

– Мне нужен букетик для дочери, – говорит женщина в рыжей шубе и достает из кармана телефон. - Да, скоро буду, зашла за цветами. Да, твои любимые. Ну и не страшно, что не сюрприз, ты же самих цветов не видела.

Анна аккуратно разворачивает пачку розовых ронункулюсов. Свежая партия приехала из голландских теплиц меньше часа назад, и их еще не успели отправить в холодильник. Тугие бутончики пережили перелет, но выглядят так будто только сорваны с клумбы:

– Смотрите какие! Берем? А к ним много зелени. Может быть, укроп?

Отсечь лишнее

Анна ныряет в стеклянный холодильник. Там нет непонятной тары с тухлой водой – все цветы стоят в больших, чистых вазонах. Ловко переставляя аквариумы с десятками свежих стеблей внутри, женщина извлекает в пространство магазина две граненые вазочки с нежными розовыми бутонами и укропом. У нас не киоск с дежурными розами, у нас цветочный магазин. А мы флористы. То есть Анна – флорист, а я подмастерье.

– Надо зелени побольше, – говорит покупательница в шубе.

– Листочки придется оборвать, иначе они сразу же начнут гнить в воде и цветы долго не простоят, – объясняет Анна, оставляя только укропные зонтики, – флористы должны уметь отсекать все лишнее.

Это Анна обращается уже ко мне, видя, как я нерешительно снимаю листья со стеблей гвоздики. Пока флорист по спирали закручивает веточки в букетик, мы с Машей сортируем пришедшие цветы. Обрываем листья, обрезаем черешки, ищем цветочный брак:

– Вот сразу три розы оказались безголовыми, – расстраивается она. Красивая шатенка Мария тоже стажер. Окончила университет специалистом по пиару, потом долго искала работу и вот пришла в цветочную лавку. Маша умеет шить красивые платья, хорошо рисует, а последние три месяца учится собирать букеты.

Каллы и гвоздики

– Какие хорошенькие, – из-под пленки Маша достает семейку калл. Они, как грибы, прижались воронками друг к другу.

– Мне нравятся каллы, такие простые, лаконичные, хороши сами по себе и в букетах свадебных, – улыбается Анна, скручивая уже мужской букет из сине-красных анемонов.

Наша покупательница решила порадовать и зятя весенним приветиком. Я в цветочных лавках бываю редко, и живую каллу видела только на свадебной фотографии родителей.

– Я тоже выходила замуж с каллами. Каллы и красные гвоздики, наверное, это был самый красивый букет, – улыбается женщина в рыжей шубе.

– Тогда все с каллами замуж выходили, – смеется Анна, отдавая букеты. Нежно-розовый для дочери и яркий, с крупными анемонами, для зятя, – и я тоже.

Мечта

Анна работает флористом десять лет. В прошлом году она исполнила мечту и вместе с мужем открыла собственный цветочный салон, который превратила в творческую мастерскую.

Здесь оборачивают подарки, собирают букеты и делают сотни разнообразных мелочей для интерьера. Вчера привезли старое пианино. Оно станет красивым белоснежным аксессуаром.

– Всего-то и надо содрать лак и перекрасить.

По образованию Анна – художник-декоратор. Но заниматься станковой живописью у нее никогда не хватало терпения.

– Мне всегда казалось, – говорит Анна, – что при работе с цветами результата нужно ждать меньше всего. Над большими букетами можно работать несколько часов, но это все равно быстрее, чем, если бы мы их выращивали.

– А какие цветы вам дарит муж? – вдруг спрашиваю Анну.

– Муж мне цветов не дарит, – говорит Аня, – для нас это больная тема. У нас же свой магазин.

Не потеряться в разнообразии

Астромерии, фрезии, анемоны, махровые тюльпаны – в холодильнике только экзотика. Есть даже сирень. В феврале! Но какая-то не настоящая – совсем не пахнет. Бордовые розы Анна не заказывает принципиально.

– Это очень банальные цветы, почти дежурные, – распыляется Анна, – для каждого человека и для каждой ситуации есть свои цветы. Они должны подходить по темпераменту.

Мы с Машей разбираем ирисы: зеленые стрелки листьев с фиолетовыми кончиками. Маша аккуратными движениями оттягивает листья, расправляет лепестки. Цветок распушается на глазах. Раскрытые цветы несу в холодильник. Маша просит захватить вазу с питтоспорумом, я растерянно оглядываю его содержимое и не могу определить нужный цветок.

– Ничего, – смеется Маша, – выучишь. Я поначалу их записывала, а потом заучивала. Недели две ушло, чтобы все запомнить.

Цветы со стержнем

– Маша, – Анна выходит из подсобки, – ты собираешь юбилейный букет для женщины. Возьмешь ронункулюсы, английские розы и много-много зеленушечки. У тебя на все около часа. Потом за ним придут. Между прочим, теща Башкатова.

Маша откладывает цветы и зелень в специальную вазу, чтобы было видно каждый цветок. У ронункулюсов лишь редкие экземпляры могут похвастать могучим стеблем.

Поэтому цветочное большинство армируют. Вставляют вовнутрь проволоку. Тогда голова цветка не падает.

– Жалко цветочки, – говорит Анна, – но это производственная необходимость. Делать это надо аккуратно, что не травмировать слишком сильно. Так же укрепляют и герберы.

Букетишки

– Мы идем на задание, – Анна дошнуровала ботинки и уже запахивает дубленку, – наши соседи сегодня празднуют открытие. Надо украсить зал. Пошли осматриваться.

Наш цветочный магазин находится в старинной кирпичной двухэтажке. Теперь за соседней дверью открылась кофейня.

– Какое здесь все прованское, – улыбается Анна, – но ваз у них нет. Будем ставить маленькие букетишки прямо в бокалы. А потом разнесем их по столам.

– Вот смотри, – снова показывает мне Анна, как собирается букет, – цветы будто вплетаются. Тогда вся конструкция держит форму.

В ее ловких пальцах непослушные и хрупкие ронункулюсы быстро принимаю нужное положение, красиво смешиваясь с листвой вечно-зеленого кустарника. В моих – все рассыпается, а стебель ломается. 15 минут мучений, два сломанных цветка – первый букетик готов.

– Неплохо, – серьезно говорит Анна, – только вот приподнять надо.

Нам нужно сделать еще десяток таких же. Глядя на то, как я безуспешно пытаюсь вкрутить в букет кривую веточку, Анна замечает:

– К нам много людей приходит на стажировку, но остаются немногие. Флористом может быть не каждый. Нужно особое видение, чтобы сразу понимать, какому цветку нет места в этом букете, Безжалостно отсекать все лишнее.

Но я думаю, что уходят не только поэтому. Быть флористом тяжело физически.

Делать букеты, сидя – моветон, простоять 12 часов подряд – серьезное испытание. У меня с непривычки давно ноет спина. До закрытия магазина остается еще два часа.