СПОНТАННЫЙ ТРЕП С MUNGOLIAN JET SET

Раз уж часто говорят о партизанском маркетинге, далее поговорим о партизанской журналистике. Попав 21 ноября, притом совершенно случайно, в киевский клуб “Хлеб”, я не знал, кто этой ночью выступает, где их откопали и к чему такая помпа. Оказалось, группа называется Mungolian Jet Set, что означает буквально “Сливки мунгольского общества” – и, несмотря на то, что известны эти музыканты ну в очень узких кругах, происходящее на сцене захватило сразу же.

Разодетые в костюмы, призванные быть похожими на одеяния монгольских ханов, патлатые, донельзя колоритные бородачи-скандинавы рубили просто не возможные по композиционной сложности, а также красоте и убедительности пост-диско / пост-фанк. Использованы были погремушки, неизбежный в этих случаях лэптоп c надкушенным яблочком и агрегат Novation (Кнут Севик), полукустарная ритм-секция (Петер Баден), бас-гитара (Кристиан Эдвардсен). Особенно же примечательным, конечно, показался мне ди-джей и вокалист Пауль Нюхус, более знакомый европейской клубной сцене с конца 80-х в качестве DJ Strangefruit. Напоминая в своем синем камзоле, придурковатых черных шароварах, шапке серого меха и кроссовках Nike шкодливого лесного гномика, он пританцовывал и ставил домашние заготовки, верещал роскошнейшим фальцетом и не забывал при этом лихо опрокидывать в себя бесчисленные стопки с украинской водкой да общаться с благодарной публикой, стоявшей просто на ушах. Именно с него и пары дринков начал я общение с участниками группы уже после окончания программы.

Парни, вы просто абзац! Вы покрошили “Хлеб” на сухари!

Пауль Нюхус: Ага, спасибо! Очень приятно слышать.

Вы откуда вообще? Из Швеции?

ПН: Неа, мы норвежцы. Из Осло.

О, Норвегия! Отличная у вас литература, кстати – Юхан Борген, Николай Фробениус, Тургрим Эгген, Ю Несбе и Эрленд Лу…

ПН: Надо же! Ты, вижу, разбираешься в хороших книжках!

А тебя, когда был школьником, считали ботаником?

ПН: Конечно, я был стопроцентный нёрд, без памяти влюбленный в музыку. Все остальное было мне совсем не интересно.

Ха-ха, примерно то же самое! В 11 я маме заявил, что буду музыкальным журналистом. Высмеяла, ты представь! Но вообще манера пения, какая у тебя, наверно главная удача вашей музыки. Давно ты начал петь?

ПН: Да не, всего лишь года 3 или 4 как. Воспринимаю это баловством на самом деле. Я дурачусь.

Но ты офигенно пищишь! Хотел бы я брать столь высокий регистр! Просто наизнанку выворачивает. Между тем, когда вы углублялись в ваши инструментальные фантазии, работали чисто с саундом, по чести говоря, я позевывал…

Кнут Севик: По чести говоря, мы еле терпим дуралея Пауля с его пением! Все время портит нашу музыку своими воплями. Хотя в целом очень старается…

Как вам то, что во всей Норвегии живет людей не больше, чем в Киеве?

ПН: Ну такое... дело не в количестве. Хотя, конечно, привкус Севера в нашей музыке никак не скрыть. Несмотря на то, что мы во многом вдохновляемся музыкальной традицией народов Азии.

Между прочим, я приехал в Киев из России, точней из азиатской ее части…

ПН (удивленно): Да ладно? Правда, что ли? (Отставляет в сторону стакан, обеими руками делая моей физиономии монгольские глаза, оценивает результат)

Петер Баден: Из России? Мы в Москве там выступали как-то…

Гм, если бы вы съездили подальше, чем в Москву, то знали бы – Москва не Россия. Но вернемся к вашей музыке. Она звучит, как будто с самого рождения вас воспитала коммуна хиппи из фильмов Люкаса Мудиссона. Ретрофутуризм, психоделики, free love, space disco, ABBA, Moroder и краут-рок…

ПН: Ну да. Плюс много чего еще. На первый взгляд как будто музыка 70-х, только мы же на Восток глядим, а все эти клише и звуковые формы западной поп-музыки расшатываем, как умеем. Адаптируем – и вроде бы не без успеха – к современности. Хотя уже не молодые люди. Мне вот 39, например.

Ого! А пороху как в 20! Не женат еще? Уж очень европейцы инфантильно выглядят обычно.

ПН: Я не женат официально. У меня гражданская супруга. И дочке пять лет уже. Когда она родилась, я дико парился по поводу – пора, мол, себе найти приличную работу и т.д. Но, к счастью, беспокоился зря.

То есть вполне хватает заработков на музыке? Отлично! Кстати, вы подписаны?

ПН: Конечно. Мы не лохи! Рекорд-лейбл у нас есть.

Тьфу, какая жалость! С людьми подписанными не очень возможно, я заметил, сотрудничать… сплошные обязательства перед третьими лицами.

ПН: Нет, ты не понял – у нас же свой лейбл! Мы сами его основали. Очень маленький, а потому независимый. Такой вот дружеский, почти семейный бизнес.

Это по приколу, да! Хотя вот если б Интернет в жизнь поколения 70-х вошел чуть раньше, вы бы тоже ликвидировали свой DIY-лейбл, как это сделал я лет 5 назад. В наше время уже можно быть самому себе и лейблом, и букинг-менеджером, и продюсером, и автором текстов, и подтанцовкой, и пресс-атташе… ну вы понимаете.

ПБ: Слушай, у тебя найдется business card?

Ха-ха, на фиг она мне! Давайте лучше я вам ссылку напишу на свой майспейс… найдемся.

ПБ: Обязательно. Ты очень современно мыслишь.

Пауль, напоследок: слышал новый слоган фирмы Nike? JUS SUCK IT!

ПН: No way! Ты шутишь! Ну скажи мне… ты ведь шутишь, да?

Андрей Лав-Марков при участии Антона Васильева (Music Trash Brothers)

Фото: Sascha Ramones