Сколько в России человек живет?

Недавнее интервью министра образования и науки Дмитрия Ливанова Владимиру Познеру оставило в моей душе неизгладимое впечатление. Прежде всего, явным несоответствием сказанного действительности.

Я не о бесплатном образовании, об этом говорено было в предыдущий раз, я о высоком качестве нашего образования.

Первое замечание, которое напрашивается сразу, касается самих критериев характеристики хорошего-плохого.

Хорошее определяется не тем, что у нас лучше, чем у соседей, а тем, что оно вообще, само по себе, хорошее — то есть удовлетворяет запросам личности и общества, соответствует той идеальной планке, которая ему задается не столько конкретно-историческими условиями, сколько логикой развития личности и общества вообще, традиционными, общечеловеческими ценностями и представлениями, если хотите.

Когда я слышу, что у нас хорошее образование, я всякий раз задумываюсь над тем, какой должно быть кошмар представляет собой образование в других странах, раз у нас оно такое хорошее.

Но, позвольте, скажут, а как же недавние высокие места в рейтингах?

Спору нет, места в рейтингах недавних, в PISA, в частности, заняты у нас высокие.

Но вот вопрос, насколько это высокое место соответствует реальному положению дел?

Глядя из окна на то, с каким остервенением тузят друг дружку наши школьники, хорошо зная уровень их знаний, широту кругозора, неспособность прочитать и объяснить прочитанное, отсутствие навыков дискуссии, аргументации, элементарного этикета, невольно усомнишься в адекватности того, что говорит министр.

Думаю, всякий, кто имеет дело с типовым продуктом наших школ, хорошо знает, что он и конкретно-историческим запросам, и идеалу вообще никак не соответствует.

Я вижу нашу молодежь каждый день не только по телевизору. И не могу сказать, что она меня радует. При том, я хорошо понимаю — передо мной жертвы нашей вполне еще приличной, по мнению министра, школы.

Живой пример. Невольный опрос студентов на предмет общего количества населения Российской Федерации огорошил меня не то, что незнанием точной цифры (по слухам, ее не могла установить и сама перепись), но чрезвычайной удаленностью ответов от официально установленной планки в 143 млн человек.

Цифру близкую к ней (130-140 миллионов) мне назвали человека три-четыре из пятидесяти. В основном преобладали ответы 40-70 миллионов. Но были ответы и 10 миллионов, и даже 1 миллион.

Цифра в один миллион сперва огорчила меня, а потом сподвигла на философские размышления.

Может, и в самом деле так есть, может быть, благодаря нашему "хорошему" российскому образованию мы движемся к хрестоматийной ситуации, когда "народу много, а человек всего один"? А один миллион — это и есть цифра тех, кто в конечном итоге выживает после нашего "хорошего" образования как человек. Это такая качественная, а не количественная оценка нашего народа, нашего населения.

Может быть, и в самом деле наше образование хорошо для народу, для массы, для рейтинга и отчетности, и мы зря требуем того, чтобы оно еще давало нам человеков?