Борис Вишневский: "Мы устали. Уходи!"

Борис Вишневский

"Прошло двадцать лет - но этот день я помню так, как если это было бы вчера. 31 декабря 1999 года президент России Борис Ельцин в своем предновогоднем обращении заявил, что уходит в отставку раньше положенного срока. Чтобы Россия "вошла в новое тысячелетие с новыми политиками, с новыми лицами, с новыми, умными, сильными, энергичными людьми", - вспоминает депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга на своей странице в Facebook.

"Ельцин сообщил, что он сделал главное дело своей жизни: "Россия уже никогда не вернется в прошлое. Россия всегда теперь будет двигаться только вперед". И он "не должен мешать этому естественному ходу истории, полгода еще держаться за власть, когда у страны есть сильный человек, достойный быть Президентом, и с которым сегодня практически каждый россиянин связывает свои надежды на будущее".
Президентский пост был передан премьер-министру и "преемнику" Владимиру Путину, а президентские выборы, которые должны были пройти в июне 2000 года, перенесли на более ранний срок - 26 марта. Их результат известен: получив 51,95% голосов против 29,48% у Геннадия Зюганова и 5,80% у Григория Явлинского, Путин стал президентом.

Но еще 31 декабря он своим первым указом в статусе и.о. президента предоставил неприкосновенность Борису Ельцину, а также - материальные и социальные гарантии экс-президенту и членам его семьи.

Время единоличного правления Путина отсчитывается именно с этого дня. Дня последней ошибки Ельцина. За многое можно быть ему благодарным. За разрушение коммунистической системы и сопротивление ГКЧП, за реакцию на события в Вильнюсе и Риге в 1991-м и за отношение к свободе слова. Но за многое - и осуждать. За "черный октябрь" и две чеченские войны, за "шок без терапии" и за "выборы" 1996-го, за превращение в бранные слов "демократы", "либералы" и "реформы". И, конечно - за операцию "преемник".

Дело было не в его нежелании "мешать ходу истории" и "держаться за власть".
Продлить свое правление Ельцин не мог - его президентский срок ("Яблоко" доказало это в Конституционном суде) был вторым, и баллотироваться на третий срок было невозможно.

Теоретически, можно было пропустить один цикл и потом вернуться, но для этого нужно было соответствующее здоровье и силы, а также - человек, который (как впоследствии Дмитрий Медведев) согласится побыть "хранителем кресла", а потом безропотно его вернуть. Эти условия очевидно не выполнялись.

Так какая, собственно, для Бориса Николаевича была разница - пройдут или нет выборы президента на три месяца раньше? Сохранит он или нет возможность принимать какие-то решения еще на полгода или нет? При том, что это его, скорее всего, уже не очень интересовало. Главное было, как представляется - неприкосновенность себя и семьи. Как в узком, так и в широком смысле...

А вот для Путина и его лоббистов вопрос был принципиален. Владимир Владимирович, ведущий избирательную кампанию в должности премьера - это не совсем то, что он же ведущий ее в должности и.о. президента. Человека, от которого формально и неформально зависели почти все федеральные и региональные начальники - от которых, в свою очередь, зависел результат выборов.

Последствия не замедлили сказаться - особенно, после того, как отказались от борьбы за власть в стране и фактически присягнули Путину лидеры еще недавно так страшного для Кремля "Отечества" - Евгений Примаков и Юрий Лужков. После чего на протяжении трех месяцев избирательной кампании мы наблюдали массовое соревнование начальства в лояльности Путину и в скорости припадания к его стопам. И частоту появления Путина на телеэкране, превзошедшую частоту появления рекламы прокладок или стиральных порошков. И жалобы штаба Путина на то, что не получается освоить все добровольно предлагаемые средства...

Что было потом - известно. В том числе и с теми, кто, не удосужившись в свое время прочитать (или запомнить) брехтовскую "Карьеру Артуро Уи", страшно удивился, когда творение вышло из-под контроля создателей. Ну, а Ельцин на протяжении семи оставшихся ему лет, за редчайшими исключениями, молчал. "Курск", "Норд-Ост", Беслан, арест Ходорковского, разгром НТВ, "монетизация", отмена выборов губернаторов - все это не вызвало у него никакой публичной реакции. Говорят, что его ограждали от "нежелательных" контактов и держали на положении, подобном Ленину в Горках - разве что, "Известия" с рассказами об успехах реформ не выпускали в единственном экземпляре. Но, скорее всего, он и сам прекрасно понимал, что надежнее молчать. Не рискуя безопасностью и комфортом себя и родственников.

Через двадцать лет после его последней ошибки Россия, - вопреки тому, в чем Ельцин тогда уверял, - во многом вернулась в прошлое. С монополией на власть и номенклатурными привилегиями, "министерством правды" и преследованием инакомыслящих, декоративным парламентом и "позвоночным" правосудием, тотальной государственной ложью и отвратительным лицемерием, "негативным отбором" во власть, врагами, якобы осаждающими снаружи, и "национал-предателями", орудующими внутри.

Примечательно, что именно тот, кто когда-то считался символом борьбы с прежней системой, выбрал своим преемником и передал именно власть тому, кто принялся ее восстанавливать. И публично назвал одно из главных дел предшественника - прекращение существования СССР, - "крупнейшей геополитической катастрофой 20 века". В 1996 году Ельцина сохранили у власти, напугав граждан перспективой вымышленного "реванша". В 1999 году он сам создал условия для реального реванша.
Предварительно построив государство, где власть почти ни в чем не зависела от граждан.

Именно поэтому реванш, - пока!, - удался. Но он не может быть вечным. Когда исторический маятник неизбежно двинется на "обратный ход" - важно не повторить прошлых ошибок.

И последнее. "Я устал, я ухожу" - устарело. Актуально "Мы устали. Уходи!"