«Либо вы боретесь за свои права, либо нет». Интервью с сооснователем «Диссернета» Андреем Заякиным

«Диссернет» — это сообщество ученых, юристов и журналистов, которые проводят общественные экспертизы кандидатских и докторских диссертаций. Активисты сообщества ищут там плагиат, ссылки на несуществующие научные статьи и другие нарушения.

Мы поговорили с сооснователем проекта Андреем Заякиным, о том, какие есть главные проблемы в российском высшем образовании и что делать студенту, который поступил в плохой вуз.

Это интервью вышло в июне 2021 года для казанской «Грозы». Мы публикуем его с незначительными изменениями.

О «Диссернете»

— Можно ли доверять «Диссернету»?

Доверять вообще никому не нужно. Декарт, я напомню, сказал, что если вы ученый, то omnia dubitanda sunt — вы во всем обязаны сомневаться. Ваша обязанность — если вы ученый или если вы хотя бы учились в университете — подвергать сомнению любое утверждение, которое предлагается вам как знание, а не как мнение.

«Диссернет» — это, можно сказать, образец таких правильных сомнений. Потому что каждое свое утверждение мы всегда иллюстрируем доказательными материалами. Мы показываем: вот текст Иванова, вот текст Петрова. Текст Петрова написан на пять лет раньше. Пожалуйста — если вы умеете читать по-русски, сравнивайте и сами делайте из этого выводы.

— Расскажите, как проводится экспертиза.

Главное, что отличает «Диссернет» от любых других текстологических проектов в России, это то, что мы сочетаем скорость и мощность компьютерной проверки с проверкой человеческой. Каждая наша экспертиза делается следующим образом: сначала человек с помощью компьютера находит источники; затем эти источники в автоматическом режиме сравниваются [с исходным] текстом. Такое автоматическое сравнение мы никогда не выпускаем на публику — сперва его изучает человек, который в нашем сообществе выполняет функцию рецензента. Рецензент проверяет каждую страницу: действительно ли имеются совпадения; действительно ли отсутствуют кавычки.

Такое сочетание машинных мощностей и человеческого усердия, внимательности и знания русских букв, обеспечивает фантастическую эффективность.

Проект постоянно развивался с 2013 года, и сейчас я могу с некоторой гордостью сказать, что фактически нам в «Диссернете» удалось устроить полную, кромешную, тотальную проверку всех диссертаций, имеющихся в Российской государственной библиотеке и потихонечку-потихонечку мы эти данные делаем доступными публике.

— Кем финансируется проект?

У нас много донаторов — более 1600 человек. Нам помогают с краудфандингом фонд «Эволюция» и фонд Немцова. Это позволяет нам развивать и поддерживать сайт (в перспективе запланировано полное обновление сайта, а это структурированная картотека на 25 000 пролинкованных персональных карточек), заказывать тексты, недоступные нам бесплатно, заказывать довольно обширные работы, которые выполняют юристы и их помощники для подачи многочисленных заявлений по лишению ученых степеней, совершать нотариальные действия, ездить на диссоветы, проводить лекции и семинары.

— Других источников нет?

Для тех направлений, которые требуют финансовую поддержку (я некоторые из них перечислил), источником являются пожертвования. При этом значительная часть деятельности «Диссернета», которая потребляет довольно много человеческих ресурсов, обеспечивается трудом волонтеров. Проведение экспертиз, хождение на диссоветы, рецензирование экспертиз, дистанционная библиотечная и компьютерная помощь.

О проблемах и успехах высшего образования в России

— Назовите, пожалуйста, три самые главные проблемы высшего образования в России сейчас.

Во-первых, главная проблема — это то, что наши социальные науки, унаследовали всех-всех тараканов, которые содержались в социальных науках Советского Союза. Экономика, юриспруденция, политология, социология — беда бедой. Это показывает и наша практика по извлечению плагиата, и наша практика по заявлениям о лишении ученых степеней.

Мы имели опыт столкновения с этими людьми в диссертационных советах. К сожалению, в их мозгах содержится огромное количество совковых тараканов — таких совершенно раскормленных всеми этими марксистско-ленинскими учениями, диалектическим материализмом, научным коммунизмом. Они просто немножко мимикрировали под те специальности, которые стали востребованы в 90-е и нулевые года. Но когда ты ковыряешь такого профессора, ты видишь, что это специалист по научному коммунизму. Это серьезная проблема — потому что это гниющий труп посреди библиотеки — люди приходят за знаниями, а уходят отравленные трупным ядом советской лженауки в сфере социальных дисциплин.

Во-вторых, проблема состоит в глубокой растленности и коррумпированности верхушки наших вузов — что доказывается докладами «Диссернета», где мы подробно объясняем, что происходит с этими руководящими кадрами.‍

В 2019 году «Диссернет» опубликовал исследование о руководителях 676 российских вузов на предмет соблюдения норм, правил и принципов академической этики. По данным сообщества, 64 ректора — с плагиатом в собственных диссертационных работах; 32 ректора неоднократно имели отношение к защите недобросовестной диссертации; 31 ректор — с некорректными научными статьями. Таким образом, — подводит итог «Диссернет» — из 676 руководителей проанализированных вузов примерно каждый пятый имеет отношение к нарушению академической этики.

Третье, я бы сказал, очень сильная замкнутость. Отсутствие каких-либо форточек, через которые шел бы свежий ветер.
Я имею в виду очень высокую степень провинциальности российской науки. Это невключенность в мировые тренды, отсутствие реальных коллабораций и на этом фоне распространение коллабораций фальшивых.

Здесь под российской наукой я имею в виду прежде всего те разделы, которые наиболее проблемны и с которыми я наиболее часто сталкиваюсь в ВАКе — это социальные науки. Как показывает мой многолетний опыт наблюдения за представителями этих наук в естественной среде обитания, почти все они обладают одними и теми же проблемами.

Подробнее об этом написано в статье Анны Абалкиной «Диссертационный изоляционизм».

Цитата: Сегодня становится очевидным, что научное экономическое сообщество в России не только очень слабо интегрировано с зарубежной наукой, но и разобщено внутри страны, не сложилось принятого языка общения между разными группами ученых, а в регионах и даже в ряде столичных вузов нередко наблюдается изоляционизм.

— Какие есть успехи?

Не являюсь специалистом по успехам и поэтому не могу ответить на ваш вопрос.

— Как за время работы проекта менялось отношение вузов к «Диссернету»?

У нас вообще очень мало обратной связи от руководства вузов. У нас есть обратная связь от рядовых сотрудников — и она, как правило, положительная. Коллеги, пользуясь случаем, призываю писать на info@dissernet.org все, что думаете о нас.
Я был бы очень рад послушать что-то такое искреннее, что было бы сказано руководителями вузов. Но, боюсь, они, во-первых, не будут говорить, а во-вторых, не будут говорить искренне.

Давайте я вам анекдот расскажу. Несколько дней назад в Москве проходила конференция Ассоциации научных редакторов и издателей (АНРИ). Один из ключевых участников этой конференции — председатель этического совета АНРИ Анна Кулешова. Вот, что она предложила в качестве резолюции конференции:

— Лица с доказанными нарушениями академической честности не имеют права обладать властью принятия решений.— Лица, нарушающие этику научных публикаций, должны быть отстранены от своих должностей и от преподавания в университетах.— Зарплата научного редактора должна быть достойной, конкурентоспособной и обеспечивать приток молодых кадров в отрасль.— Авторы и издания, попавшие под давление руководства и принуждение к неэтичным научным практикам, должны быть уверены, что получат защиту.— Эксперты, нарушающие нормы научной и академической честности, не имеют права на государственные награды и надбавки. Ранее выданные награды должны быть отозваны, если доказан факт академических нарушений.— Продажа авторства в научных статьях, продажа готовых научных статей и другие схожие практики должны быть запрещены на государственном уровне.

Что вы думаете? Тут же началась чья-то истерика, начались звонки, тут же Анну сняли с должности председателя этического совета АНРИ. А все из-за чего? Не знаем, но вы поглядите на плагиат ректора МИСиС Алевтины Черниковой — того вуза, где проходила эта конференция. Вам все станет ясно.

Одно дело говорить красивые слова на камеру, а реальная реакция в жизни — она вот такая: максимальное задействование административных рычагов, чтобы сделать вид, что проблемы нет.

О выборности ректоров и о том, что делать

— Кажется, что в России начинается тенденция, когда ректорами становятся люди из среды профессиональных менеджеров, а не из науки — это скорее хорошо или плохо?

Судя по всему, такая тенденция есть. Делались соответствующие исследования — и «Диссернетом», и изданием «Проект» — о социальном происхождении всех этих университетских управленцев. Судя по всему, тенденция есть, что руководить наукой приходят люди, которые, может быть, умеют руководить, но которые при этом вряд ли специфически предрасположены руководить именно наукой, потому что самой наукой они вряд ли сколь-нибудь много и долго занимались.

Я считаю, что это однозначно плохо. Я считаю, что нет такой вещи, как специфические компетенции руководителя университета. Я считаю, что ежегодная ротация — вплоть до ротации по жребию из числа профессоров университета (с определенными возрастными границами, с определенным количеством лет, которые профессор проработал в университете) — дала бы гораздо более продуктивные результаты для высшего образования, чем вот такие назначенцы.

Университет мгновенно демократизируется. Прекратят относиться к преподавателям как к скоту, как к крепостным крестьянам. Потому что все будут понимать — сегодня начальник я, а завтра начальник кто-то другой. Это создаст нужную обратную связь. Ректор не будет вести себя как барин с холопом, — что мы многократно видели. Он десять раз подумает, прежде чем оправдать фальшивую диссертацию; прежде чем брать деньги себе в карман за фальшивую диссертацию; прежде чем проплатить публикации дурацких статей.

— В свете того, что вы говорите — что должен чувствовать добросовестный студент, который узнает вот такое о своем институте и вузе? Что ему делать?

Я, может быть, сейчас жестко скажу, но, ребят, зачем нужно было поступать в такое место? Все маленькие, что ли?

Прогуглите университет, куда вы идете. Погуглить, кстати, это не пустой совет — по очень большому числу пациентов «Диссернета» (то есть тех, кто засвечен у нас с плагиатом или руководством фальшивыми научными работами) первая ссылка в Гугле — ссылка на «Диссернет». Поэтому, пока не поздно, бегите из этого ада.

А преподавателям — я понимаю, что я сейчас обидные вещи сказал: про ад и так далее — я хочу сказать: коллеги, у вас есть органы самоуправления, до той или иной степени еще не отмененные — конференции сотрудников университета, ученый совет. Пожалуйста — ставьте вопрос об экспертизе диссертаций, ставьте вопрос об отставке вашего начальника. Но если вам слабо — ну тогда терпите, что ваш университет заслуженно называют нехорошими словами.

Одно из двух: либо у вас есть смелость сказать то, что есть на самом деле, либо нет.

Либо вы боретесь за свои права, либо нет.