Жертвы и самодуры

Пока новый куратор строительного блока Смольного определяется с приоритетами, девелоперы выстраиваются свиньей в информационном демарше

Помимо документов по Конюшенному ведомству (о возвращении которого в казну Петербурга объявил Игорь Албин, см. «Новую» от 25.06.2015), вице-губернатору предстоит ревизовать не один десяток резонансных проектов, обернувшихся противостоянием бизнеса и защитников наследия. Интересанты тем временем торопятся сформировать нужный информационный фон – не жалея коричневого при создании образа своих оппонентов.

Деликатные бизнесмены и активисты-монополисты

Последнее время оказалось богато на публикации, подводящие к скорбному выводу: если не окоротить распоясавшихся градозащитников, катастрофы не миновать – инвесторы разбегутся, казна опустеет, памятники развалятся, а руководство города будет дискредитировано.

Одно деловое издание публикует топ-10 «девелоперских проектов, по которым Смольный передумал» (большей частью из-за протестов граждан). Сопровождая подборку подсчетами миллионных условных потерь инвесторов и исходящих от них заявлений о намерении судиться. Причем в список включены и те объекты, по которым отказные решения принимались еще во времена Матвиенко, как «Охта-центр» или присевшая на два этажа новая Биржа.

«Невское время» публикует статью «Другой альтернативы нет» – перечисляя невыполненные Смольным обещания о предоставлении альтернативных участков застройщикам, «проекты которых оказались в центре скандала». При этом действия КГИОП по включению предоставляемых под проекты реконструкции зданий в госреестр объектов культурного наследия приравниваются к «градозащитному экстремизму». Этот обзор венчает пророчество: «Петербург опять прославится как столица государственного самодурства и получит дыру в бюджете».

Редактор отдела экономики той же газеты Владимир Новиков – вдруг признавшийся, что относит к градозащитникам и себя (а старожилы-то, как говорится, не упомнят) – обрушивается на них с обвинениями в монополизации права на судебные тяжбы – по итогам которых «и проигрыш, и выигрыш служат поводом для новых пиар-акций». А вот когда «в суд решила подать жертва градозащитников, это было воспринято как попытка пользоваться чужим оружием». «Жертва» – если кто еще не догадался – это компания братьев Зингаревичей. Подавшая иск против Совета по сохранению культурного наследия. Раззадорил журналиста депутат Ковалев, прокомментировавший известие об иске так: «Последняя выходка инвестора наглядно демонстрирует нам его абсолютное пренебрежение решениями Совета по сохранению культурного наследия, нетерпимость к критике в свой адрес и неготовность идти на компромисс».

Тогда как, по мнению автора заметки, проект перекройки Конюшенного ведомства «в высшей степени культурен и деликатен». И вообще, «сколько можно позориться перед всем миром, разрывая по воле неких «общественников» крупнейшие проекты и при этом сетуя, что от нас бегут инвесторы? Если Смольный регулярно пытается сидеть на двух стульях, может, суд поможет ему выбрать какой-то один?»

Справедливости ради стоит сказать, что следом «Невское время» публикует отклик активиста группы ЭРА Николая Лаврентьева, который аргументированно дезавуирует утверждение о «культурности и деликатности» проекта компании Зингаревичей. Но редактор отдела экономики предпочитает не вникать в эти доводы, сверяясь с проектной документацией, материалами историко-культурной экспертизы и сопоставляя их с предметами охраны и требованиями законодательства. Он сосредотачивается не на документах, а на претензиях к гражданским активистам – выплеснутых под заголовком «Сомневаюсь в искренности градозащитников». Владимир Новиков признает, что ему не впервой уже обращать свой гнев на «странную избирательность в действиях лидеров градозащиты». Мол, «воистину хамские проекты они словно не замечают: ни апарт-отель, построенный небезызвестным Василием Сопромадзе у стен Инженерного замка, ни «Монблан» Полонского, ни разного рода апартаменты, клубы, рестораны, которые заполонили Приморский парк Победы». Но стоило появиться такому инвестору, как братья Зингаревичи – «который дорожит своим реноме, считается с общественным мнением, – градозащитники тут как тут».

«Простите, часовню тоже я… развалил?»

Странную неосведомленность в истории защиты Петербурга выказывает человек, причисляющий себя к охранителям города. Занимаясь этими вопросами более четверти века, за которые был собран внушительный архив, имею что возразить. По каждому из упомянутых отрицательных примеров прослеживается своя многолетняя история противостояния: исследования проектных материалов и правомочности согласований, обращения во всевозможные инстанции, акции протеста и инициирование прокурорских проверок, публикации в СМИ.

Например, по «Монблану»: первые обращения депутата и члена президиума СПб ВООПИиК Алексея Ковалева, датированные 2004 годом, или представленный им же в 2007-м губернатору Матвиенко расчет упущенных городом выгод в связи предоставлением участка под этот проект, в том же году «Новая» начинает публикацию моих расследований всех нарушений по «Монблану». Для привлечения внимания к этому и другим опасным проектам нами с ВООПИиК проводились экскурсии и круглые столы, свое весьма резкое решение выносил Союз архитекторов Петербурга. Аналогично и по Приморскому парку Победы, и по другим поставленным в укор градозащитникам случаям.

Кроме того, помимо защиты конкретных садов и парков, на протяжении последних лет гражданскими активистами проводилась громадная и кропотливая работа, направленная на комплексную защиту зеленых насаждений: это и народная инвентаризация, и работа с документами, и консультации с профильными специалистами, и участие в публичных слушаниях и корректировках законов о ЗНОП, ПЗЗ, генплане. Но Владимир Новиков предпочитает не вникать в детали, а походя обвинять градозащитное движение в пиаре и том, что оно-де «нередко становится лишь средством избраться (или переизбраться) в депутаты». Однако и примеры, когда парламентарии реально добиваются сохранения зеленых зон, также оборачиваются против них.

На «Фонтанке» выходит на правах рекламы материал под заголовком «Депутаты срывают программу реновации». Текст – о том, как «принятые депутатами поправки в закон о ЗНОП грозят остановить программу реновации в Ульянке и оставить жителей один на один с рассыпающимися хрущевками». Даром что эти самые жители который год судятся с «благодетелем» и выиграли уже 12 процессов против компании-застройщика, чьи многочисленные нарушения доказаны теперь судом.

Лукошко компромата из Булонского леса

Интернет-ресурс «Карповка», подконтрольный объявленному в розыск бизнесмену демонтажного профиля Игорю Тупальскому, вдруг посвящает аж три публикации уехавшему из России и давно никому не интересному Алексею Ярэме (основавшему в конце 1980-х группу ЭРА, после долгого перерыва вновь возникшему в среде активистов к середине нулевых и получившему в градозащитной среде репутацию провокатора, нацеленного на раскол движения и его дискредитацию). Мол, читатели сообщают – видели его в Булонском лесу, «известном на весь мир пристанище лиц легкого поведения, в том числе транспроституток», где «бывший градозащитник пребывал в беззаботной компании двух транссексуалов».

Тут же сообщается, что Ярэма имел отношение к организациям радикального толка, а в качестве «возможных причин бегства» из России называются «его позиция в поддержку действий официальной Украины и градозащитная деятельность, а также нетрадиционная сексуальная ориентация».

Не проходит и недели, как на том же ресурсе появляется второе посвящение Ярэме – в качестве «одного из самых одиозных личностей петербургского градозащитного движения». Опрошенные изданием активисты, не учуявшие никакого подвоха (о чем потом сильно пожалели), поделились своими воспоминаниями об этом персонаже, большей частью неприятными. Текст вышел под заголовком «Градозащитники: вспоминать Ярэму противно». Следом там же появляется и третий материал – тоже без всякого к тому информационного повода. С обмусоливанием давно всем известных и сто раз пересказанных СМИ версий о провокационной роли Ярэмы в деле «обороны» пакгауза Варшавского вокзала.

Примечательно, что в те же дни свою посильную лепту в формирование отталкивающе маргинального образа градозащитника вносит председатель КГИОП Сергей Макаров. 10 июня он публикует у себя в микроблоге фото некоего субъекта с фингалом под глазом, стоящего перед служебным подъездом комитета с откровенно идиотским плакатом: «Нет пьяному беспределу на Крестовском острове! Хватит бездействия! Макарова в отставку».

На вопрос кого-то посетителей его микроблога «А при чем здесь Макаров?» собственно Макаров отвечает: «И я задал вопрос, только не ему, а его сменщику. Ответом было: «Ничего не знаю, дали 1000 р., сказали постоять. Через полчаса уйду».

Есть повод в кои-то веки воздать должное профессиональным навыкам Макарова-юриста. Ведь хватило их, этих самых навыков, чтобы не приписывать признание в проплаченности реальному персонажу, запечатленному на фото, а вложить в уста «сменщика»-невидимки.

Какашкозакидательство с перерывом на завтрак

Вот на таком дурно пахнущем информационном фоне и выкристаллизовалась стратегическая задача «жертв градозащитников». Ею поделился гендиректор «Оранж Девелопмент» Сергей Русаков – в интервью, представленном «Телеграфом», так же подконтрольным Игорю Тупальскому (у которого прежде трудилась на ниве связей с общественностью Алена Мургина, ныне решающая те же задачи в компании братьев Зингаревичей).

Разбросав традиционные обвинения в политизированности и ангажированности градозащитников, господин Русаков берется и за Совет по сохранению культурного наследия, возглавляемый губернатором Георгием Полтавченко. Характеризуя этот совет как собрание «представителей рынка научно-исследовательских услуг», понуждающих инвесторов заказывать эти самые услуги – стоящие «баснословных денег, за которые девелоперы фактически вынуждены покупать душевное спокойствие».

Это такая прелюдия к ключевому тезису, предъявленному Русаковым: «Создать противовес Совету по культурному наследию – профессиональный совет, состоящий из строителей, который будет на равных разговаривать с градозащитниками».

Выходит, нынешний совет (с такими, например, экспертами, как профессор, доктор истории архитектуры Андрей Львович Пунин – оценивший проект Зингаревичей в отношении Конюшенного ведомства как самый варварский из всех ему известных решений последнего времени) недостаточно профессионален в сфере охраны наследия. Что уже пытались поправить пара Макаров – Оганесян, изгнав нескольких старожилов с учеными степенями и введя чиновников, президента Российской гильдии управляющих и девелоперов и архитектурного критика Марию Элькину (выступающую против воссоздания Дома Рогова).

Вновь актуальность задачи создания альтернативы совету обозначается «жертвами градозащитников» в релизе затеянного ими мероприятия под названием «Девелоперы, власти и градозащитники: новые вызовы и возможности для компромисса».

В приглашении, направленном в том числе и пятку своих мучителей, жертвы сообщают: «Предполагается, что по итогам круглого стола будет сформулирована резолюция, в основе которой будет лежать предложение о создании (например, при профильном вице-губернаторе) экспертной рабочей группы по разработке «дорожной карты» по корректировке сложившейся системы взаимоотношений между властями города, инвесторами и градозащитниками, которая, в свою очередь, должна помочь определить Стратегию сохранения развития исторического центра Санкт-Петербурга».

К приглашению прилагался список ожидаемых участников мероприятия: с десяток чиновников во главе с вице-губернатором Игорем Албиным, с полсотни представителей бизнеса и работающих по их заказам руководителей архитектурных мастерских – и на всю эту прекрасную компанию пять гражданских активистов плюс депутат ЗакСа Борис Вишневский.

Градозащитники (ВООПИиК, «Живой город»), не без оснований заподозрившие подставу во всей этой затее, от участия в сомнительном мероприятии уклонились. При изначально заданной расстановке сил иной реакции сложно было и ожидать. К тому же когда без них определили, кто именно должен представлять их организации и без них же сверстали повестку. С таким, например, прелестным вопросом, как «Интересы города, личные интересы представителей градозащитного сообщества и интересы бизнеса – как достичь объективности?» Также предлагалось обсудить «Что представляет из себя градозащитное движение в Санкт-Петербурге сегодня и методы его взаимодействия с властью и бизнесом?»

«Мы бы тоже хотели понять, что представляет собой девелоперское сообщество сейчас, – замечает на это руководитель центра экспертиз ЭКОМ Александр Карпов. – Что включает раскрытие информации о структуре собственности через офшоры, фамилии реальных бенефициариев того или иного проекта. Без этого никакой конструктивный диалог невозможен – о чем реально говорить с ширмами?»

Но Карпова-то как раз (с оглядкой на его безупречную логику и блистательное умение вести аргументированную полемику) и приглашать не стали.

Как он же и предсказывал, от участия в этом сомнительном мероприятии уклонились практически все обозначенные в листе приглашенных чиновники, не считая главного архитектора Владимира Григорьева. Поэтому, должно быть, слово «власть» убрали из названия мероприятия в пост-релизе, заодно изменив задним числом формат встречи – с круглого стола на «деловой завтрак». Манкировавшие приглашением градозащитники смогли убедиться в обоснованности своих опасений уже в день означенной встречи – получив в рассылке от «Красивого Петербурга» отчет под заголовком «Девелоперы и градозащитники позавтракали вместе». Отчет открывался жизнеутверждающим, но грешащим против истины утверждением: «Впервые в Петербурге за одним столом собрались люди, которые зачастую находятся «по разные стороны баррикад»…» Собственно, который год на этом поприще трудится группа Сокурова. А круглые столы с участием представителей власти, бизнеса и градозащитников регулярно проводились в нашем городе с 2009 года – на площадках «Росбалта» и пресс-клуба «Зеленая лампа» (совместный с ВООПИиК проект).

Содержательная часть релиза представляла пересказ Красимиром Врански пассажей из выступления Красимира Врански: эдакий набор благодушных призывов не делить горожан на девелоперов, чиновников и гражданских активистов с венчающим их глубокомысленным выводом: «Все мы граждане и должны выступать как граждане».

Впечатления другого приглашенного участника, Бориса Вишневского, совсем иные. В изложении депутата девелоперы и солидаризировавшиеся с ними архитекторы выразили озабоченность действиями градозащитников – которые смеют требовать документы, инициируют проверки и судебные дела (да еще и выигрывают их). В общем, «мешают жить», и с этим надо что-то делать».

Рецептов же, по словам Вишневского, предложено было три. Первый (от архитектора Евгения Герасимова): Как только к вам постучались градозащитники – сразу зовите полицию и требуйте отправить их в кутузку. Второй (от архитектора Михаила Мамошина): градозащитники должны подтверждать свою легитимность. Третий (от Марии Элькиной): градозащитников, которые судятся с инвесторами и мешают им реализовывать проекты, надо заставить нести материальную ответственность за необоснованные иски, наказывая рублем.

В порядке алаверды Борис Вишневский предложил два своих рецепта. Первый: выполняйте закон. Второй: заранее делайте известными свои планы, особенно в историческом центре Петербурга. И вступайте в диалог с градозащитниками и экспертами. Выслушивайте замечания и возражения. Старайтесь их учесть. А если вы за закрытыми дверями получаете разрешения и согласования, а потом вываливаете ваши планы как снег на голову (как в истории с Конюшенным двором) – не удивляйтесь, если мы будем мешать уродовать исторический центр всеми доступными нам законными средствами».

В общем, завтрак явно не задался. И, честно говоря, даже уже не любопытно вовсе – что там ест крокодил за обедом. Он, известное дело, хищник. Причем весьма прожорливый. И если не оградить его жесткими рамками, может быть очень опасен для окружающих.