Оригинал материала
Молчать я не собираюсь
По существу дела хочу дать следующие показания.
С 2004 г. я не был руководителем Политической партии "СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ", не выполнял никаких организационно-распорядительных функций, не имел права подписи.
Как в ходе самой избирательной кампании по выборам депутатов Государственной думы в 2007 г., так и в предшествовавший ей период я занимался поездками по регионам и встречами с избирателями. Информацией о заключавшихся в период 2007 г. контрактах, договорах и т. д. не располагаю.
Относительно появившихся в средствах массовой информации сообщений об имеющихся претензиях Следственного комитета России к Алексею Навальному хочу сообщить, что мне неизвестно о каких-либо претензиях членов либо сотрудников Политической партии "СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ" к Алексею Навальному. Уверен, что он не совершал хищений либо мошеннических действий в отношении финансов и имущества СПС.
Полагаю незаконным возбуждение уголовного дела по данному факту в отсутствие потерпевших, поскольку какого-либо заявления о преступлении со стороны Политической партии "СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ" не поступало. Более того, данная организация ликвидирована еще в 2009 г. и не оставила правопреемников.
Полагаю возбужденное уголовное дело по факту якобы имевших место хищений либо мошеннических действий в период существования Политической партии "СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ" в 2007 г. политически мотивированным — как и остальные дела, возбужденные в связи с желанием руководства Следственного комитета России любым способом привлечь к уголовной ответственности Алексея Навального
В своем выступлении на расширенной коллегии Следственного комитета России в Санкт-Петербурге 05 июля 2012 г. председатель Следственного комитета России гражданин А. Бастрыкин выступил с речью (показанной многочисленными СМИ), суть которой сводилась к тому, что в любом случае нужно привлечь к ответственности Алексея Навального. Полагаю, что данные действия являются, безусловно, политически мотивированными и направлены на защиту интересов не столько самого гр-на Бастрыкина, сколько его сокурсника по Юридическому факультету ЛГУ им. Жданова гражданина Путина В.В. — в оппозиции к которому я нахожусь (как, очевидно, и Алексей Навальный). При данных обстоятельствах невозможно ожидать, что действия Следственного комитета России в отношении Навального будут объективными и непредвзятыми, направленными на установление истины.
При этом хочу особо отметить, что я, являясь патриотом своей страны, никогда не имел недвижимости, счетов, зарегистрированных фирм либо вида на жительство ни в Чешской Республике, ни в иных странах НАТО и вообще за рубежом.
Кроме того, будучи избранным губернатором одной из крупнейших российских областей, а затем первым вице-премьером страны, я никогда не участвовал в криминальных разборках с неугодными журналистами ни на обочине леса, ни в двухстах метрах от него, вследствие чего мне не приходилось по этому поводу ссылаться на ненадлежащее психическое состояние.
Хочу также отметить, что у меня создалась твердая уверенность, что Следственный комитет России борется с оппозицией, но при этом покрывает настоящих преступников. Так, в частности, я сам являюсь потерпевшим по уголовному делу № 440007, возбужденному 30 января 2012 г. Следственным управлением по ЦАО ГСУ Следственного комитета Российской Федерации по Москве по ч.1 ст.138 УК РФ — по факту явно противозаконного появления на интернет-сайте www.lifenews.ru публикации под заголовком "Life News публикует тайные переговоры Немцова с оппозиционерами", содержащей ряд аудиофайлов с моими личными переговорами по мобильному телефону с рядом лиц (всего более 30 аудиофайлов). Однако, как мне сообщили из прокуратуры СВАО г. Москвы, "по результатам расследования уголовного дела, предварительное следствие неоднократно приостанавливалось по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.208 УПК РФ, в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, последний раз 05.08.2012".
Таким образом, все силы возглавляемого гр-ном Бастрыкиным ведомства брошены на борьбу с оппозиционерами режиму его сокурсника по университету, но при этом за год установить реальных преступников Следственный комитет России не хочет и не в состоянии.
Учитывая все вышеизложенное, я не буду давать дальнейшие показания по данному уголовному делу — ст. 51 Конституции Российской Федерации.
Кроме того, я не буду давать подписку о неразглашении, поскольку считаю процесс в отношении Навального политическим, никакого отношения к борьбе с криминалом не имеющим. Мое молчание по этому делу — содействие политическим репрессиям. Молчать я не собираюсь.