Оригинал материала
Агнец вопиющий
«Антитела» на московских экранах
Берлинская полиция торжествует: наконец-то пойман, хотя и почти случайно, жестокий маньяк-детоубийца по имени Габриэль Анхель. На его счету множество отвратительных деяний, в том числе, судя по всему, и убийство маленькой девочки в деревеньке неподалеку от столицы. В том, что это дело рук Анхеля, не сомневается никто... кроме малахольного деревенского полицейского Михаэля -- единственного человека, с которым по непонятным причинам готов разговаривать убийца. Михаэль приезжает в город, чтобы начать бесконечные беседы с Анхелем, который медленно, но верно подтверждает догадку полицейского: маньяк действительно бывал в его округе, но является только свидетелем отвратительного деяния. А настоящий убийца находится на свободе, и Михаэль знаком с ним куда лучше, чем мог предположить...Потрясающий фильм Кристиана Альверта можно с полным правом считать немецким ответом на «Семь» Дэвида Финчера: полицейскому Михаэлю приходится искать разгадку страшной тайны не только (и не столько) в уликах и показаниях, сколько в областях куда более возвышенных. Криминалистика тут накрепко повязана с теологией, и многозначительное имя маньяка никак не случайно. Но самое главное -- невозможно объяснить всю значительность картины, не раскрыв при этом важнейших поворотов сюжета, и тем самым навлечь на себя праведный гнев тех, кто только собирается посмотреть фильм (а сделать это необходимо в обязательном порядке -- триллеры такого уровня появляются на экранах не то что не каждую неделю, но и не во всякий год). Волей-неволей приходится обходиться недомолвками и умолчаниями. То есть в принципе вести себя точно так же, как Анхель, играющий с Михаэлем в кровавые шарады. Но, по счастью, Кристиан Альверт не ограничивается выдумкой очередного сюжета, в котором все становится на свои места в самый последний момент: в «Антителах» есть нечто большее, чем просто изумительно изобретенная головоломка. Так же, как и в «Семи», обращение к библейским символам не просто трюк на грани кощунства.
Только поначалу, на первый и не самый внимательный взгляд кино может показаться виртуозной постмодернистской штучкой: а что если переписать Книгу Бытия (точнее, ту ее часть, в которой идет речь о жертве Авраама) в стилистике Томаса Харриса, автора «Красного дракона», «Молчания ягнят» и «Ганнибала». От этого парадоксальным образом предупреждает полицейских в одном из эпизодов фильма и сам убийца: «Вы тут имеете дело не с Ганнибалом Лектером». На самом деле, если и можно с чем-то сравнивать подход Альверта, так с «Хрониками Нарнии» Клайва Льюиса. Для тех, кому воскресную школу заменили столь же регулярные киносеансы, «Антитела» рассказывают о самом главном -- пусть и в непривычной, шокирующей форме кровавого психопатологического триллера. Но на результате это не отражается -- катарсис, который возникает ближе к финалу, самый настоящий. Дух дышит где хочет.