Храм молодости: Илья Масодов

Илья Масодов что Михаил Агеев - человек-фантом. Есть он или нет? Настоящий он или составной? Кому надо, тот знает. Впрочем, в случае с Масодовым ясна хотя бы причина - Министерство печати России вынесло предупреждение издательству, где выпускали Масодова. Чаще всего в предупреждении встречаются слова "дети", "насилие", "убиства", "жестокость".

Но у нас на дворе очередной Золотой век российской литературы. "Небесную соль" издательство "Колонна" выпустило уже после предупреждения Министерства. Естественно, из рассказов Масодова не исчезли ни убийства, ни насилие, ни тем более дети, - сладкие фантазии автора. Сладкие не как запах сдобных булочек, а скорее как васильковый запах разложения.

В четырндцати рассказах "Небесной соли" сосредоточено то безумное, что может выдавить из себя человек, - с особым осадком. Леонид Андреев и Андрей Платонов застыли мраморным изваянием, которое Масодов обносит словесной оградой. Илья Масодов сделал так, что гниение, присущее кобылице из "Цветов зла", стало наконец доступно и русскому языку, - он прямо на глазах покрывается уменьшительно-ласкательными суффиксами, междометиями и расцветает в язык слёз и цветных фломастеров.

Метафоры Масодова такие ёмкие, что их хочется потрогать, но вместо конфет он подсовывает что-то липкое и скользкое как медуза. Так, обманом, Масодов завлекает читателя в набоковский храм молодости, полного благороднокрылых серафимов, в котором у всех "уши маленькие и такие нежные, каким не бывает ничто на свете".Взрослые же в книге изображены мерзкими, неопрятными, с большими руками, носами, ступнями, туловищами, способные на что угодно, даже на самое непонятное и отратительное. Это в их мире кто-то в темноте произносит прямо над ухом: "отломи веточку", это в их мире снегири полны крови ("Дорога на Запад"), и пьяный отец завтавляет дочь танцевать и чирикать ("Гниды"). Взрослое - "Всё кругом" Зинаиды Гиппиус.

А всё что нам следует знать о храме молодости - в рассказе "Там": "когда-нибудь ты превратишься в маленького взрослого человека, самовлюблённого и жадного, ты превратишься в вещественное, ясный свет исчезнет из твоих глаз, растворится во влаге слёз, ты захочешь обычного, того, чего хочется мне, ты заговоришь на моём языке, ты сможешь понять меня, сохранить мою тайну, но не жди тогда, не жди от меня любви".

Надумали почитать книгу, могу отдать свою, - один раз я прочитала, а дальше неприятно как-то.