Прощай, любить не обязуйся

И чё, наши уже в городе, захватили узлы связи, мосты и спецстоянки автотранспорта, а я опять всё самое главное прощелкал? Снова не успел к моменту дележки пирога? Ну, у меня так всегда, только где чего начнут раздавать, так сразу или зубы разболятся, или живот прихватило, или, чаще всего, обычное, но очень злое похмелье и совсем не до чего.

Вообще, еще только что было на то совсем не похоже, но я почему засомневался и откуда вопрос возник? Сам Радзиховский торжественно объявил о нашей победе и в связи с ней, громко хлопнув дверью, удалился с сайта «Эха Москвы». Поскольку частью и одним из результатов этой победы свободы и демократии явилась травля известного публициста

Да, да, вы правильно поняли. Затравили Леонида Александровича. Вот и Гонтмахер даже в атаку бросился: «Я категорически против его травли, которая в последнее время приобрела какие-то фантастические масштабы».

Ну, это, господа, как-то уже совсем некрасиво и по-детски. Что Радзиховский, что Гонтмахер, люди всё-таки уже не столь юные, чтобы не помнить, что такое настоящая травля. Впрочем, и у молодых достаточно примеров перед глазами. Я уже не стану вспоминать о судьбах десятков известнейших телевизионных журналистов, которые, обычно после получения какой-нибудь авторитетной профессиональной премии, выгонялись из эфира и полностью оставались без работы с практически «волчьим билетом».

Но вот Подрабинек написал несколько строк и интернет-издании, которое и читают-то полтора человека, но написанное так кое-кому не понравилось, что человеку создали условия пикетами под окнами квартиры и огромным количеством иных гадостей, при котором вообще появилась серьезная угроза его личной безопасности. И чуть ли не встал вопрос об отъезде из страны. Вот это называется травлей. И устроил её, между прочим, лучший многолетний друг Радзиховского. Устроил лично и совершенно этого не скрывал.

А тут что? Я принадлежу к самым внимательным читателям тех СМИ, в которых вообще может появляться фамилия Радзиховского. Ничего особого не почувствовал и не обнаружил. Но после демарша Леонида Александровича, еще раз себя перепроверил и внимательнейшее всё пересмотрел. Ну, была статья Пионтковского. Несколько слов в одном из текстов Каспаров написал. Шендерович довольно вежливо и скорее с юмором, чем с такой уж злобой, что, кстати, и сами Радзиховским было отмечено. Всё это не по федеральным телеканалам, не разгромными псевдо документальными сериалами НТВ, а так, тихонечко, на сайтах и в блогах, практически междусобойчик.

И уж раз такой разговор пошел, должен ради объективности отметить, что сам Радзиховский много лет в определениях свои оппонентов не стеснялся. И постоянно повторяемое им «демшиза» является одним из самых мягких, а уж в своем последнем крике души вообще довольно свободно обошелся со всеми, обозначив полную палитру, от «юродивых» и «вечных лоханкиных», до просто «врунов» и совсем уж экзотических «Демэллочкилюдоедок». Гонители же как-то обошлись вовсе без ругани и остались в пределах вполне приличной лексики.

И это называется травлей? Это те люди и те издания, которые вообще, в принципе, способны на травлю и могут ее организовать. Да, ну и еще, конечно, Юлия Леонидовна:

«…Господину Радзиховскому… Чем вы занимаетесь сейчас, это не журналистика, это такое мелкое сутяжничество на службе Суркова. Вас стало невозможно читать. Это, знаете, как в уголовном деле – часто берешь и читаешь. Там, протокол, написано в протоколе: «На глазах 10-ти свидетелей БМВ снесла остановку», а там замечание адвоката: «Вот у одного из этих свидетелей носки были синие, а в протоколе указано, что красные, поэтому протокол недействителен».

Ну, как говорил раввин из старого еврейского анекдота, во-первых, это красиво. Хотя в данном случае «красиво», видимо, стоит заменить на «правда». Так вот, во-первых, то правда. Но дело даже не в этом. У меня тут все ходы записаны.

Даже если предположить, что он слушал «Код доступа» в эфире, что не очень похоже на Леонида Александровича, то и в этом случае с момента произнесения приведенной фразы до публикации текста Радзиховского прошло всего два с чем-то часа. И вряд ли за это время публицист мог успеть и принять столь радикальное решение, и оформить его в письменном виде, и разместить на сайте. Так что, скорее всего фамилия Латыниной оказалась добавлена в уже готовое произведение в последний момент уже просто для комплекта. А до того там в списке гонителей кроме Пионтковского и Каспарова и вовсе более никого не было. Как-то крайне скудно получается.

Нет, чую я, не вся подобная чепуха стала причиной внезапного и громогласного удаления Радзиховским самого себя с сайта «Эха». Какие-то невидимые глазу моему тектонические сдвиги происходят. Просто Радзиховский их, похоже, чувствует много лучше меня. «Вы не знаете, как поступить. А он знал. Поэтому он Король, а мы с вами сидим на стене второго еврейского кладбища и отгораживаемся от солнца ладонями».

«В других местах, с вашего разрешения (или без него) я буду и дальше публиковаться – там хотя бы демшизчитателей нет. Надеюсь, те издания вас не так возбуждают», успокоил нас, читателей Леонид Александрович.

Успокоение слабое, я давно уже и на «Эхе» проглядывал изредка и не очень внимательно, а в упомянутых таинственных изданиях и вовсе мало шансов, что смогу продолжать знакомиться с творчеством замечательного в прошлом журналиста, так что, похоже это расставание уже навсегда.

Никогда не был даже в малейшей степени фамильярен по отношению к Радзиховскому, можете проверить, но на прощание от избытка чувств могу позволить себе маленькое послабление:

Прощай, наш ласковый Леня, возвращайся в свой сказочный лес. Я даже как-то почти по-родственному свыкся с твоим фантастическим занудством, и лично меня последнее время оно почти совсем уже и не раздражало. Переживу, но мне будет тебя не хватать. Улетай с миром.

…«Завтра возможна гололедица» - крупными буквами написано у меня на главной странице «Яндекса». Не стану спорить, но всё же я бы посчитал более верным написать вместо этого - «Завтра, как всегда, возможно всё».

http://auvasilev.livejournal.com/283149.html