Защита, второй состав

Питерские правозащитники создают Общественный совет по правам человека. Решение об этом было принято во вторник на собрании представителей «Мемориала», «Гражданского контроля», «Солдатских матерей», «Лиги избирательниц», Союза ученых, движения «За Россию без расизма» и других.

Большая часть участников упомянутого совещания перед выборами петербургского омбудсмена подписала обращение к депутатам ЗакСа (о нем рассказывала «Новая газета») с требованием не допустить, чтобы этот пост занял Игорь Михайлов. Правозащитники констатировали, что его избрание не только «нанесет ущерб престижу Законодательного собрания в глазах граждан», но и «исключит возможность сотрудничества правозащитного сообщества Петербурга со столь важным для города институтом защиты прав и свобод граждан».
Обращение это, как известно, было уверенно проигнорировано большинством парламентариев (по крайней мере, теми тремя десятками, которые голосовали за г-на Михайлова). Что неудивительно: у «Единой России» и ее союзников само по себе словосочетание «права человека» вызывает, похоже, примерно такие же реакции, как в свое время — у партийно-советской номенклатуры, полагавшей его исключительно буржуазным изобретением. И теперь, поскольку с избранием Михайлова, считающего себя государственным чиновником, положение с защитой прав человека не имеет никаких шансов улучшиться, правозащитники берут инициативу на себя: создаваемый совет должен объединить усилия всех общественных организаций, ведущих правозащитную деятельность, часть из которых имеют многолетний опыт работы.
Ну а Игорь Михайлов во вторник был торжественно представлен губернатором Валентиной Матвиенко на заседании городского правительства. Пресс-служба Смольного сообщила, что губернатор «обратилась к руководителям отраслевых комитетов, главам районных администраций с просьбой оказывать уполномоченному всю необходимую помощь и поддержку» и отметила, что «сегодня нужно усиливать социальную защиту граждан, и это одна из главных задач нового института».
Еще Валентина Ивановна сообщила, что ей бы «хотелось, чтобы этот институт работал эффективно», что «в случае несоблюдения прав человека мы должны оперативно реагировать и принимать все меры» и что «ни одно обращение граждан, ни одна жалоба не должны остаться без ответа — до тех пор, пока петербуржцы не будут знать, что их права защищены, они не будут чувствовать себя гражданами европейского города».
Мысли бесспорные — вот только для их реализации на должности омбудсмена должен быть совсем другой человек. Достаточно вспомнить, как г-н Михайлов усиливал социальную защиту, выступая против надбавок бюджетникам и школьных завтраков. Или как он отстаивал чаяния пенсионеров, тех, кто пришел к Мариинскому дворцу протестовать против монетизации. Что касается более близких по времени событий, то весьма характерна его реакция на Марши несогласных: мол, вышли, покричали — а что толку? И среди тех, кто выступал против силовых разгонов акций оппозиции, он что-то не был замечен... То-то почувствуют теперь себя наши земляки европейцами…
Впрочем, новоявленный омбудсмен не унывает: главное — он уже на коне. Да и правозащитники, по его мнению, высказанному по радио, никуда не денутся: все равно придут, сколько бы ни возмущались и ни говорили о невозможности сотрудничества.
Не исключено, что кто-то и придет, решив, что даже от такого омбудсмена все равно надо требовать работы по профилю. Но, скорее всего, эти попытки будут тщетными. Большинству из тех, кто уже имел дело с г-ном Михайловым, хватало весьма небольшого времени, чтобы понять, что он ясобой представляет.

Борис ВИШНЕВСКИЙ