Около ноля

Экономические прогнозы – дело неблагодарное. Они крайне редко сбываются, поскольку ни один ум, ни один компьютер неспособны учесть все факторы, влияющие на развитие ситуации.

И все же иногда тенденцию уловить удается. Когда полгода назад в статье «Невидимая труба рынка» я высказал соображение, что цены на нефть вряд ли всерьез и надолго упадут ниже 50 долларов за баррель, трудно было предполагать, насколько точным окажется это предположение.

И впрямь оказалось, что ниже этого уровня ценам упасть трудно, поскольку сланцевая нефть становится нерентабельна. Но резко рвануть вверх цены тоже не могут, поскольку при таком сценарии американцы начнут размораживать свои высокотехнологичные нефтяные разработки и вступать в конкуренцию с русскими и арабами, качающими ресурсы традиционным способом.

То, что нефть удержалась от катастрофического падения вниз, стало одной из важнейших причин сравнительной мягкости нашего кризиса. Владимир Путин даже высказал соображение, будто бы у нас вообще кризиса нет, а есть лишь легкие неприятности.

Это неверно. Россия находится в состоянии классической рецессии, когда два квартала подряд (полгода, проще говоря) ВВП падает. Путин, может, и не чувствует кризис, поскольку его рейтинг по-прежнему высок, но миллионы граждан, судя по состоянию потребительского рынка, кризис почувствовали. Продажи жилья и машин вообще находятся в катастрофическом состоянии. Даже на рынке товаров повседневного спроса ситуация серьезно ухудшается.

Однако народ не голодает. Немногие теряют работу. Падение реальных доходов связано не столько с тем, что людей увольняют, отправляют в неоплачиваемые отпуска или оставляют надолго без зарплаты, а с тем, что цены сильно выросли, тогда как заработки и пенсии фактически перестали за ними гнаться.

Более того, у нас нет серьезных оснований считать, что ситуация изменится в лучшую сторону. Экономисты уже и предложить ничего не могут, настолько политики загнали их в угол.

Добиться развития можно двумя способами. Либо очень мало зарабатывать, делать благодаря низким издержкам продукции какую-нибудь дешевую дрянь и заваливать ею весь мир, благо у конкурентов себестоимость выше. Либо хорошо зарабатывать, повышать производительность труда так, чтобы даже при сравнительно высоких зарплатах наши товары были конкурентоспособны на мировом рынке за счет высокого качества и новизны.

Первый вариант развития для нас невозможен именно из-за того, что нефть не упала ниже 50 долларов. Это поддержало рубль. Он за последние полгода несколько отыграл потерянное у доллара. И сегодня Центробанк даже поддерживает доллар, скупая американскую валюту для своих международных резервов, поскольку без такой поддержки она упадет еще больше. Сравнительно дорогой рубль означает, что наши зарплаты, выраженные в долларах, евро или другой иностранной валюте, остаются немаленькими. Но производительность труда при таких зарплатах в России плохая. Мы не завалим мир товарами и даже внутри страны от импорта защищаемся лишь с помощью запретительных мер на продуктовом рынке.

Второй вариант развития для нас невозможен, поскольку для повышения производительности труда нужны инвестиции. Эффективный работник – не тот, который быстро руками машет, а тот, который работает на высокоэффективном оборудовании. Однако серьезных инвестиций мы в обозримой перспективе не получим. Капитал из России бежит. Крым к нам, капитал – от нас. Такая вот печальная закономерность.

Ввязавшись в ненужные международные конфликты и оказавшись под санкциями, Россия превратилась в своеобразную горячую точку на экономической карте земли. В горячих точках, как известно, люди живут и работают. Но делают это лишь от безысходности. Каждый, кто может, покидает опасную зону. Так же ведут себя и капиталы. Они бегут в безопасные места, а в России остаются лишь те, которым по каким-то причинам трудно перекочевать в иные, более благополучные страны.

Все это означает, что мы вошли в застой, или по-научному – в стагнацию. Из кризиса страна рано или поздно выйдет. Нельзя падать бесконечно. Но про счастливые времена экономического роста и увеличения благосостояния, скорее всего, придется забыть. Мы будем то чуть-чуть подрастать, то слегка падать, то крутиться около нуля. И все больше отставать от тех стран, которые идут как по первому, так и по второму варианту развития.