Интервью с Птицу ЕМЪ

Для начала, давайте пройдемся по новому русскому хип-хопу, по людям, делающим музыку с речитативом, но не относящих себя к жанру. К примеру, 10 декабря к нам приезжает «макулатура», ваше отношение к этим ребятам?

Коля: Мы с ними недавно выступали, прикольные ребята.

Саша: До этого мы их даже не слышали.

Даже несмотря на то, что ваше противоречие в том, что вы делаете стебный хип-хоп, а они — экзистенциальный мизантроп-рэп?

Саша: Знаешь, очень много зависит от личностного фактора. Женя мне показался по-злому веселым человеком. Но их музыка не по нам все-таки, хотя было бодро и весело.

Из печатных изданий про вас пишет «Афиша». Ваше отношение к этому журналу?

Саша: До тех пор, пока он (прим.— Александр Горбачев, муз. обозреватель журнала «Афиша») нас не позвал на «Среду» мы и не знали про то, что они нас упоминают. На каком-то из немногих наших концертов в Москве, Саша подошел к нам и сказал, что у него в планах сделать наш концерт под эгидой «Среды Горбачева».

В Екатеринбурге «Афиша» пользуется спросом?

Коля: Хрен его знает, лично я не читаю.

Саша: Да, она продается, просто мы ее не читаем.

То есть, когда вы начинали делать свои первые музыкальные шаги — это была сугубо локальная тема? Вы не расчитывали на популярность?

Коля: Нет, не рассчитывали. Мы делали это для себя и друг для друга.

Саша: Да, у нас и музыка такая, что вряд ли с ней можно стать популярными, если мы про «4 позиции Бруно» говорим. До 2005 года мы даже у себя в городе не выступали, а потом долгое время играли для 15-20 человек. У нас было такое злачное местечко, где даже отсутствовал туалет, приходилось отливать за дверью, вот там мы и созревали.

Какие были социальные условия вашей жизни в период взросления?

Саша: Мы живем в отдаленных от центра районах, вокруг много что происходило и происходит. Но нам удается спокойно заниматься своим делом.

Вы в отличие от героев ваших песен, не застряли в этом болоте, не сидите с пивом на лавке. В силу чего?

Саша: Почему? Сидим порою. Но одно другому же не мешает. Нам с Тошиком (прим.— Антон Клевцов, третий участник 4 Позиции Бруно) захотелось очень мрачной музыки лет восемь назад, и мы начали пытаться её писать. Не зная ни программ никаких, ничего.

Вслепую по минному полю?

Саша: По сути, да. У Коли — пять классов музыкального образования, у меня где-то столько же.

А на чем?

Коля: Я на скрипке.

Саша: Пианино. Это было очень давно, многие вещи уже забыты, но все равно остались какие-то базисы, понятие о гармонии и это уже в плюс. Но потом нам стало интереснее экспериментировать со звуком, с эмоциональным воздействием на слушателей.

Вы ведь начинали с idm, в одном интервью рассказывали о влиянии Autechre.

Саша: Пока мы были не в теме, сильно удивлялись от такой музыки. Думали, что там контрабасы, звуки каких-то бумажек используются, а потом, когда поняли, что это все гораздо проще — немного разочаровались. Написание музыки должно быть вроде какого-то культа, все должно быть пронизано чем-то, да хрен знает... А у них вроде программа такая, которая, как рулетка мелодии им сама выбирает.

А из вашего города, кто на вас повлиял?

Саша: Да, никто. Ты «Чайф» имеешь ввиду или что? (смеются) У нас есть одна хорошая группа — «З.Л.О.». Сейчас «Цветы зла» называются.

Коля: Повлияли ли они?

Саша: В определенный момент.

«Цветы зла» — это от Бодлера пошло?

Саша: У них «З.Л.О.» — как аббревиатура. Играют синт-панк-нойз, даже не знаю, как описать. Многие люди не выдерживают на концертах — уходят. Они нам подарили несколько инструментов: синтезаторы, древние вонючие процессоры, которые пердят, стоит их лишь только задеть. Так что на звучание очень даже повлияли, да.

Значит вам ближе экспериментаторский подход; вы не знаете, что за гаджет, но хотите разобраться в нем?

Саша: Мы знаем, что должно получиться и для достижения этой поставленной задачи, пытаемся использовать все что есть. Иногда это даже может быть сэмпл попсы какой-то.

Сейчас эта тема вовсю обыгрывается, берут старый трек, замедляют...

Саша: Да мы это делаем года с 2003го, да и до нас наверняка это делали. У нас тогда денег не было на аппарат, сейчас вот только начинают появляться какие-то деньги, которые можно тратить на инструменты. Вот мы себе недавно сэмплер купили. Вообще, девайсы не могут повлиять на главенствующую идею, видение музыки.

Сэмплы, которые вы используете для «Птицы» — это музыка, на которой вы выросли?

Саша: Нет, мы просто брали то, что хорошо звучит и вписывается по настроению. У Васильева, например, голос смешной — пришелся кстати.

У «4 позиции Бруно» есть почвенные тексты, отличные по настроению от урбана. Вам ближе индустриальные города или деревни?

Саша: По мироощущению — мы горожане. Я бы не сказал, что они деревенские, но они достаточно…

Коля: Деревянные.

Саша: Да, кстати. Может это оттого, что мы долго в подвале играли. Да, какая-то психоделия теплотрасс присутствует.

У вас на Урале свой особенный сленг; есть какие-то связки подобных слов в вашей речи? У вас деньги — это филки?

Саша: Нет, так не говорят. У нас, когда говорят «рубль» — имеют в виду тысячу рублей. А в Москве нам сказали, что это — сто рублей. У нас, например, скоростных наркоманов называют «свистками», а тут думают, что мы имеем в виду милиционеров.

Урал — это пограничье между центральной Россией и Сибирью. Что вам ближе?

Саша: Нам больше в Сибири нравится, там как-то уютней.

Какие русские музыканты вам импонируют?

Саша: «Kunteynir» — крутая группа, ранние альбомы «Гражданской Обороны». Lapti тоже. Из рэпа — у «Черной Экономики» интересно слушать минуса.

Ваша жизнь как-то изменилась после того, как о вас начали узнавать за пределами Екатеринбурга?

Коля: Эта известность гроша ломаного не стоит.

Саша: У нас все по прежнему, играем со «З.Л.О.` м», приходят 50 человек, милиция иногда останавливает концерты.

Коля: Да, такое бывает.

Из-за чего?

Коля: 4 раза останавливали. Обычно из-за шума просто, жильцам домов мешаем и всё такое. Последний раз один чувак, которого в клуб не пустили, начал бросать в дверь клуба мусорные контейнеры, диваном старым дверь задвинул... Нормальный парень, через полчаса после этого пили с ним пиво.

Вы занимаетесь словом, поэтому — вопрос о ваших предпочтениях в русской поэзии.

Коля: Я стихи не люблю, только прозу.

Саша: Я тоже.

Ok, что из прозы читаете?

Коля: Елизарова любим и Ирвина Уэлша.

По материалам газеты «tip».

Photo by: оф. фото группы, Павел Ермаков

Беседовал: Павел Ермаков, Илья Brainsdown