"Мы упускаем ребенка!!! Нам нужен преподаватель русского языка", — с трагичными нотками шептала в телефон мама сегодня утром.
Споры о том, как растить Елизавету Александровну, продолжаются в семье уже десять лет, со дня ее рождения. Дома, в смешанной семье, всегда говорили на русском, и мы с братом умудрились, постоянно живя в Грузии, вырасти абсолютно русскоязычными, грузинский учили уже будучи взрослыми, и когда родилась племянница, семейный совет принял решение "сделать ребенка двуязычным".
Несмотря на тщательно выстроенную языковую стратегию, ребенок заговорил на русском. Пришлось переучивать, к чему был привлечен логопед, чтобы ставить грузинское произношение. Лизавета на грузинский переходить отказывалась. Ребенка решили "погрузить в языковую среду" и отдали в грузинский детский сад... Через год вся группа заговорила на русском. К школе, ценой неимоверных усилий, ситуацию удалось выправить, и сейчас мы имеем ребенка, который свободно и без акцента говорит на двух языках. Но — пишет и читает только на одном, на грузинском.
Рассказы Елизавета Александровна пишет на русском языке, но... грузинскими буквами, иногда вставляя английские идиомы на языке оригинала, почерпнутые из многочисленных онлайн-игр.
Мама, которая гордится своими дворянскими корнями, прабабкой, выпускницей Смольного, каллиграфическим почерком и абсолютной грамотностью своих детей, в ужасе рассматривает каляки внучки на обрывках из ученических тетрадей, не зная, за что хвататься: выправлять почерк на грузинском или учить русской грамматике.
Страницы объявлений в газетах исчерканы красным фломастером — идет отбор преподавателя русского языка. Выбраковка ведется полным ходом: устный русский у ребенка и словарный запас такой, какой далеко не у каждого педагога... "Эта женщина с трудом говорит по-русски и утверждает, что дает уроки..." — возмущается мама.
Предложений — очень много. Без работы осталось огромное число преподавателей из закрывшихся за невостребованностью в последние годы русских школ. Стоит частный репетитор для ребенка по русскому языку недорого, в несколько раз дешевле английского, от пяти до восьми долларов за час. Учебники у репетиторов старые — с советских времен. Русские прописи и учебники, спешно доставленные из Москвы через знакомых, вызывают у участвующих в кастинге преподавателей завистливые вздохи.
А учить Лизавета хочет английский. "Я поеду в Лондон учиться на дизайнера, потому что в Москву меня все равно не пустят", — рассуждает она. Рассказ о том, что "существуют российские визы, которые невозможно получить", она услышала несколько лет назад, когда просила повести ее в московский зоопарк. С тех пор в Москву она не просится, знает, что поездка невозможна.
Но, слушая разговоры взрослых, ребенок проникся проблемой и сделал мне подарок на 8 марта, старательно надписав открытку: "Иа тебю лублу...И иа очин астраумна и красиваа..".
Спрятала листочек от мамы, чтобы не расстраивалась.