| Завтра премьера нового французского триллера «Пекло» относится к числу тех фильмов, рекламируя которые, первым делом вспоминают не о режиссере, исполнителях главных ролей или сюжете, но о продюсере, обладающем собственным неповторимым стилем и подходом к кино. Таковы, к примеру, производитель летних голливудских блокбастеров Джерри Брукхаймер или академичный, склонный к неторопливым экранизациям толстых исторических романов Исмаил Мерчант. Таков и спродюсировавший «Пекло» Сэмюэль Хадида. Среди без малого двух десятков его фильмов -- опыты тарантиновских приятелей («Настоящий роман», «Убить Зои»), одна из первых и по сию пору лучшая киноадаптация японских комиксов-манга («Плачущий убийца»), экранизация Лавкрафта («Некрономикон») и невообразимый французский хит «Братство волка». Одним словом, именно те фильмы, которые на самом деле хочется смотреть, увесистые ломти настоящего жанрового кинематографа -- высококалорийного, сытного, обладающего еле уловимым и оттого еще более приятным привкусом фаст-фуда категории «Б». На сей раз Хадида взялся за приключенческий дорожный триллер в духе «Платы за страх» Анри-Жоржа Клузо. Само собой, старая жанровая модель (суровые мужчины на мощных грузовиках в плену природы и предательства) была до блеска начищена, упруго подкачана и оснащена новым мощным мотором.
Четверо отборных маргиналов -- теряющий зрение авиадиспетчер (Хоаким де Альмейда), дальнобойщик с богатым опытом выживания в пустыне (Жан-Юг Англад), молодой да ранний автомеханик (Сирил Тувенен) и наемный убийца по прозвищу Армани (Сагамор Стевенен) -- принимают участие в ограблении самолета с 15 тоннами золотого песка на борту. Теперь сыпучую драгоценность нужно перевезти через пустыню и сдать оптовикам-мафиози. С этого момента начинается гонка на выживание через североафриканские пески и грохочущие эхом прошедшей войны минные поля. И те, кто доберется-таки до финиша, не раз позавидуют навечно оставшимся в пустыне.
Режиссером этих больших гонок выступил дебютант Луи-Паскаль Кувелер, ранее известный как режиссер рекламных роликов, часто работавший с автомобильными фирмами. Именно такой постановщик и нужен был продюсеру -- суперпрофессиональный ремесленник, не раз имевший дело с грузовиками и закатами и самым главным для съемок считавший правильный выбор натуры. Плюс машины -- гигантские, грозные и безмозглые, как тиранозавры. Все остальное было отдано на откуп отличным артистам, которым попросту объяснили задачу и предоставили полную свободу действий в предлагаемых обстоятельствах. Это сработало: очень хорошие лицедеи придумывают свои характеры буквально на ходу -- и в антураже гигантских трейлеров, с ревом утопающих в песке, раскаленных добела металлических плоскостей и плавящегося в руках оружия выстраивают захватывающую драму характеров. Конечно, это не более чем высококлассные этюды, этакий не напрягающий никого, включая самих артистов, мастер-класс -- но очень скоро становится абсолютно все равно, когда, как и в каком составе концессионеры доберутся до пункта назначения. И что на самом деле хранится в тяжелых кофрах -- золотой песок, нитроглицерин или уникальная коллекция замороженных щей. В результате сокровища достанутся вовсе не тому, кто на них более всего рассчитывал, а тем, кто умирал от жажды и жары, придется найти успокоение в волнах неожиданного прилива. Но это и так было понятно с первых кадров. Настоящее пекло -- в глазах обезумевшего шоферюги Англада, прикованного недавними товарищами к канистре с питьевой водой и выброшенного из машины; под распухшими веками навечно приземлившегося авиатора Альмейды; на пластике солнцезащитных очков «арманьяка» Стевенена. Там -- жарко по-настоящему. На мозговых полушариях антигероев можно в один момент изжарить яичницу. В который раз борьба с внешними трудностями обернулась грызней людей-пауков, заключенных в многотонную банку на колесах. Ничего нового, но все равно пьянит и захватывает. Сэмюэль Хадида снова занялся своим делом: он производит впечатление. Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ |
