Жители пострадавшего от крушения Су-34 дома в Ейске начали получать компенсации

230 жителей дома в Ейске, потерявшие имущество при падении военного самолета, получили по 100 тысяч рублей, сообщил оперштаб Краснодарского края.

Единовременную материальную помощь в размере 100 тысяч рублей при полной утрате имущества на каждого члена семьи уже получили 230 жителей дома по ул. Коммунистической, 20/1. Всего приняли 259 заявлений, эта работа продолжается.

Кроме этого, 795 жильцов разрушенного дома получили по 10 тысяч рублей, а всего на эту выплату подано 834 заявления. При частичной утрате имущества жильцы могут претендовать на выплату 50 тысяч рублей, за легкий вред здоровью — по 200 тысяч рублей. Те, кто получил тяжелый и средний вред здоровью, могут рассчитывать на 400 тысяч рублей. Родственникам погибших полагается миллион. Всего на компенсации жителям дома из резервного фонда Краснодарского края выделили 67 млн рублей.

При этом, по данным издания «Кавказский узел» жильцы дома сообщили, что власти расселили всех желающих в отель и выплатили компенсации. Они также рассказали о проблемах, с которыми столкнулись после ЧП.

Жильцы против того, чтобы их дом восстанавливали. По мнению Ларисы Загорулько, дом можно только построить заново, но не восстановить. «Мы хотим жить в нормальных условиях, в нормальных помещениях, чтобы не бояться за своих детей и за их жизни. Там все перекрытия поехали. Я уже не говорю про масштаб разрушений, запах гари. Мы сейчас ждем какого-то предложения от местных и региональных властей, но нам пока ничего не сообщали, не предлагали и ничего с нами не обсуждали», — сказала она.

Другая жительница отметила, что категорически против, чтобы туда возвращаться. «К тому же никому из нас еще не показали результаты экспертизы. Мы даже не знаем — подлежат ли эти руины восстановлению в принципе», — добавила Наталья.

Глава Ейского района Роман Бублик сообщил, что результаты экспертизы будут готовы вскоре, и краевой департамент строительства примет решение. «Нам еще информацию не доводили. Я не видел заключения. Ждем. Переживания людей — преждевременны», — считает он.