Интервью с 7he Myriads

Группу 7he Myriads любят промоутеры, девочки в Рэй-бэнах из разных уголков страны и французский музыкант Anoraak. В одну из гастрольных поездок оказавшись в родном Екатеринбурге, Алексей Крюк и Виталий Тетерин зашли в гости к блоггеру Ракете, чтобы рассказать, чем им не угодил Tiga, что общего между Cut Copy и группой Виагра, и кто помогает Daft Punk записывать новый альбом.

Ракета: Я заметил, что начинающие исполнители обычно слушают более опытных музыкантов, работающих в том же жанре. Опытные музыканты, в свою очередь, часто вдохновляются музыкой, совершенно отличной от той, которую они сами пишут. А какая музыка влияет на ваше творчество в настоящий момент?

7he Myriads: Вообще, хоть мы и пишем танцевальную музыку, наше мировоззрение во многом сформировано влиянием различных рок-групп. Наш повседневный плей-лист – это Faith No More, Radiohead, Deftones или английский прогрессив рок 60-х и 70-х и немецкий краут. Недавно раскопали отличную андеграундную группу Tin House, например. Новый альбом Gorillaz произвел сильное впечатление. Хотя, конечно, параллели с музыкой подобного плана в собственных треках нам и самим подчас нелегко обнаружить. Ну а из более традиционной танцевальной музыки мы сейчас подсели на американский хаус начала 90-х – вот его влияние, скорее всего, будет ощутимо как минимум в одном из наших новых треков.

Ракета: Самая запомнившаяся вам гастрольная поездка?

7he Myriads: Из любимых городов хочется отметить Ижевск и Магнитогорск. Но больше всего запомнилось наше петрозаводское фиаско. Концерт в Петрозаводске анонсировали очень хорошо, по радио крутили ролики, были растяжки на центральных улицах и афиши в человеческий рост. Такие, как если приезжает Мадонна или Бритни. В итоге, к часу ночи на вечеринку пришло 5 человек. Правда, в этот же день в Петрозаводске выступала популярная хип-хоп группа KREC из Питера, так вот на них пришло человек 30. После того случая, когда нас спрашивают, сколько людей обычно приходит на наши концерты, мы говорим, мол, почти столько же, сколько на концерт KREC.

Ракета: Приходится в разных городах подстраиваться под публику? Где-то позволять себе эксперименты, где-то играть проще…

7he Myriads: К сожалению, нет, у нас же программа заранее записана на CDR, а если публика вызывает на бис – мы просто включаем диск заново. Ха-ха! Ну а если серьезно, интерактивность лайвов у современных электронных групп ограничена. Посудите сами – на сцене 2-3 человека, и они, конечно же, не могут играть сразу на 6 инструментах, поэтому канва композиции в любом случае задана заранее, на макбуке. Приходится выезжать на непредсказуемых соло и неожиданных комментариях между композициями)

Ракета: Где проходят ваши самые лучшие выступления?

Леха: Больше всего мы любим концерты в Екатеринбург – здесь мы, собственно, и оттачивали свой стиль, очень много выступали, здесь наши треки знают и любят. Собираются друзья, подпевают, лезут пьяные на сцену…

Виталик: Ну а в Питере, например, мы очень здорово выступали на разогреве у Anoraak. Мероприятие задержали, вся программа несколько сдвинулась, и мы вышли на сцену, когда по плану должен был начать выступать Anoraak. А Леха как раз еще и немного похож на него, и люди сначала не поняли, что к чему… В общем, было весело!

Ракета: Питерская аудитория – особенная?

7he Myriads: На самом деле, в каждом городе публика особенная. Сейчас нет какого-то единого канала раскрутки хитов, молодежь не слушает радио, все качают музыку с разных блогов. С точки зрения ди-джей сетов, везде приходится играть по-своему, общего тренда нет. Где-то бывает тяжело найти с залом общий язык, потому что люди сих пор слушают Джастис. Хотя бывает и так, что в небольшом городе люди прутся под психоделическое диско. В общем, формирование сцены в каждом городе полностью в руках местных промоутеров и диджеев.

Ракета: А из петербургских промоутеров кто хорошо делает свое дело?

7he Myriads: Вечеринки Galaxis – точно не те мероприятия, которые можно себе позволить пропустить. Их организаторы Chance и Fanick привозят как раз тех крутанов, которых мы сами с удовольствием слушаем – Tim Sweeney, Pete Herbert, Stevie Kotey… Причем только найдешь какого-то крутого музыканта, послушаешь один трек, второй, зайдешь на LAM – а там анонс Galaxis с его именем. Типа «А мы давно в теме!». Ну и вечеринки Тимофея в Дружбе, Superlax, тоже стоит отметить. В общем-то, эти ребята как раз и начали играть в Питере диско в современном понимании этого любимого нами слова.

Ракета: Какой стиль вы, в таком случае, терпеть не можете?

7he Myriads: Кантри, конечно! Особенно когда эти ковбои с гитарами начинают подвывать, изображая волков!

Ракета: Группы вашей лиги в России обычно поют по-английски. А вы почему выбрали русский?

7he Myriads: Да мы просто поем по-английски с очень плохим акцентом! Не хочется, чтобы наша музыка вызывала раздражение у понимающих людей! Хотя вообще ситуация с английскими текстами достаточно специфическая. Мы сами, да и большинство людей, судя по всему, воспринимает английский вокал как какой-то дополнительный инструмент, не особо вслушиваясь в смысл. Возьмите, например, тексты с последнего альбома Tiga, или международный хит пятилетней давности «My Humps» от Black Eyed Peas. Трудно представить, чтобы адекватный, образованный человек стал слушать песни с подобными текстами на русском языке.

Ракета: То есть, на западную аудиторию вы вообще не ориентируетесь?

7he Myriads: На самом деле у нас сейчас довольно много инструментальных композиций, которые отлично воспринимаются людьми независимо от их национальной принадлежности. Мы даже ведем переговоры с одним небольшим, но значимым западным лейблом о выпуске EP. Думаем, что пригласим в ближайшее время посотрудничать кого-нибудь англопоющего.

Ракета: А кто для вас вокалист мечты?

7he Myriads: Karin Dreijer Andersson из The Knife, Jay-Jay Johanson, Chris Cornell из Soundgarden и Audioslave, или David Gilmour из Pink Floyd.

Ракета: Вы поп или андеграунд?

7he Myriads: С точки зрения мировой сцены мы, конечно, поп – у нас песни с вокалом, понятными мелодиями и про любовь. Но вообще, английский мейнстрим – это Gorillaz, австралийский – это Cut Copy и Midnight Juggernauts, а в России – это группа «Виагра». Поэтому с точки зрения российского музыкального мейнстрима мы – андеграундная группа, и попасть в число русских поп исполнителей у нас нет никакого желания.

Ракета: Как музыканты о чем вы мечтаете? Какая у вас большая цель?

Виталик: Было бы здорово записать акустику на Abbey Road!)

Леха: А еще хотелось бы собственную крутую студию в вилле на острове в средиземном море. Просыпаешься, пьешь кофе, выкуриваешь сигарету, распинываешь пьяных друзей, слушаешь наработки, записанные в бреду прошлой ночью… И параллельно было бы классно помогать молодым перспективным артистам. Вот, например, Карен Kremsoda из нашего объединения АВРОРА – у него отличная музыка, необычные идеи, но не хватает именно технической базы, профессионального звука.

Ракета: Как вы относитесь к критике?

7he Myriads: В этом плане нам близка британская традиция интернет общения – там писать негативные и даже критические комментарии как-то не принято, там принято хвалить. Молодым музыкантам, которым написали хотя бы один положительный отзыв, это дает толчок к дальнейшему развитию, в то время как 5 необоснованных негативных комментариев наоборот заставляют руки опуститься. А в России критиковать больше принято в форме оскорблений, поэтому мы обычно не читаем комментарии на том же Look at me…

Ракета: Вообще, это интервью как раз для LAM…

7he Myriads: То есть, мы хотели сказать, что комментарии на Look at me оставляют исключительно музыкально эрудированные, грамотные люди, и уж если они поставили +, значит так и надо, а если обругали – значит заслужил.

Ракета: Вы перебрались с Урала в Санкт-Петербург, что это вам дало?

7he Myriads: С одной стороны, в Петербурге много новых впечатлений и знакомств, интересных людей и классных вечеринок. Естественно, это обогащает наше творчество какими-то новыми идеями. Другое дело, нередко бывает так, что впечатлений слишком много. Ты еще не успел переварить их и перевести в музыку, а на подходе уже новые впечатления. К этому привыкаешь, и в какой-то момент вместо творчества ты начинаешь заниматься погоней за впечатлениями. В Екатеринбурге культурная жизнь поспокойнее, и сконцентрироваться на работе намного проще. А вообще мы оба из небольшого города Каменска-Уральского, и вот там-то условия для работы просто идеальные: тишь, гладь, и всегда рядом близкие люди. В общем, лучший вариант для артиста – это работа каким-нибудь егерем, вахтовым методом. Месяц ты в Петербурге, месяц в глухом лесу, с макбуком и синтами.

Ракета: Вы много времени проводите по отдельности, в разных городах. Как дистанционно записываете треки?

Леха: В основном один кидает наработку другому, тот ее критикует, все переделывает, кидает обратно. И так пока не доведем все до ума. Такой пинг понг.

Виталик: А если работаем в одной студии, то обычно я играю на гитаре, а Леха сидит ВКонтакте или просто ползает по инету, и отпускает ценные комментарии.

Ракета: Сколько вообще времени вы уделяете музыке и ради чего, кроме социальных сетей, вы от нее отвлекаетесь?

Леха: Больше всего отвлекаемся ради любимых девушек, конечно же! «Почему ты ко мне не приезжааааешь?» Ну а в целом мне очень трудно заставить себя долго сидеть за работой, то вечеринка какая-нибудь, то Симпсоны по телевизору начнутся. Но это не менее важный вклад в развитие группы, ведь на вечеринках и вконтакте я налаживаю связи с нужными людьми, а Симпсоны – это чтобы у меня с ними было больше общих тем для разговора! Хотя самое плодотворное время – это когда Интернет отключают за неуплату и тебе несколько дней лень идти до терминала. Кто-то недавно говорил о том, что распространенный стереотип «творческой личности нужно долго ждать, чтобы пришла муза» - это фигня полная. Надо просто садиться и делать. Идеи приходят в процессе.

Виталик: Я занимаюсь музыкой около 13 часов в сутки. Если творческий процесс не идет, начинаю читать техническую литературу, открывать для себя тайны студийного сведения или узнавать о новых возможностях оборудования. По правде говоря, я и двух дней не могу без этого провести, начинается ломка. А к социальным сетям у меня иммунитет.

Ракета: Наверняка у вас есть источники вдохновения кроме непосредственно студийной работы.

Леха: Закономерности нет, классные мелодии настигают нас неожиданно. Часто бывает, что приходит мелодия в голову, и ты по дороге домой в течение часа пытаешься ее не потерять, потом встречаешь кого-то, или, еще хуже, заходишь в магазин за продуктами, а там играет попсовое радио… Я однажды стоял в длинной очереди за билетами, и в голове вдруг заиграла мелодия. Сказал человеку передо мной, что сейчас приду, отошел в угол и начал напевать на диктофон.

Виталик: Еще очень часто вдохновение приходит, когда ты только уснул. Приходиться вскакивать и записывать, из-за этого у нас такие мешки под глазами.

Леха: Блоггер DaJennie недавно рассказывал, как ему приснилось, что он с Дафт Панк пишет новый альбом. А на следующий день Карену Кремсоде приснилось, что он новый альбом Daft Punk слушает. Вероятно, это как раз и был тот альбом, который Daft Punk записали с DaJennie)

Ракета: Много у вас черновиков?

7he Myriads: Больше, чем ты можешь представить! Они появляются все время. Бывает, делаешь ремикс, городишь звуковые конструкции, а потом понимаешь, что вокал с музыкой уже как-то не очень сочетаются. Удаляешь вокал, начинаешь работать над треком, потом вспоминаешь, что делал ремикс. Снова включаешь акапеллу, что-то наигрываешь, и получается еще один самостоятельный трек. А ремикс в итоге выходит из какой-то старой наработки, которая изначально тоже должна была быть ремиксом, только на другую группу. Обычно 80% черновиков в итоге остаются за бортом, хотя вот тот же наш новый трек Number 1 – это как раз одна из первых композиций. Иногда хочется даже вставить в альбом короткие зарисовки, интерлюдии из лучших наработок, как это делает хип-хоп продюсер Madlib.

Ракета: Кстати, я знаю, что вы раньше активно слушали хип-хоп. А с рэпперами не хотите записаться?

7he Myriads: Очень давно хотим, но все не можем найти подходящего эмси. То есть, допустим, Смоки Мо классно читает, но его тексты едва ли подойдут под наш саунд. Хочется чего-то более кибернетического. По текстам как у 2H Company, но в более традиционной хип-хоп манере.

Ракета: Кто ваша любимая аудитория? К кому вы обращаетесь в песнях?

Виталик: Леха в свое время перестал играть техно как раз из-за того, что на эту музыку собирались в основном люди в спортивной одежде и с расширенными зрачками. Нам хочется, чтобы наши песни воспринимали осознанно, а не под влиянием наркотического прихода.

Леха: В идеале, нам хотелось бы писать музыку для ценителей, экспертов, именно поэтому мы потихоньку приправляем ее отзвуками психоделик рока и какого-нибудь турецкого фолка. Чтобы она имела культурную ценность, а не только заставляла танцевать. В общем, мы рады видеть на наших концертах молодых интеллигентов со своими прекрасными девушками!)

Ракета: С чем еще можно совмещать профессию музыканта?

7he Myriads: Если в клубе есть Wi Fi, то мы, параллельно с выступлениями, играем на Форексе. Это иногда мешает лайвам… но зато приносит нам кое-какой дополнительный доход!

Ракета: У вас на подходе какой-то свежий материал?

7he Myriads: Сейчас готовится пара ремиксов на наших друзей – на Yogo Yogo из Петербурга и Сансару из Екатеринбурга. А вообще у нас готов альбом, включающий как песни с русским вокалом, так и инструментальные вещи. Там много новых треков, а старые композиции подверглись серьезной обработке. Раньше наш звук был сугубо электронным, сейчас мы добавили больше живых инструментов, в том числе и на выступлениях. Лайв 7he Myriads образца 2010 года – это гитары, акустика, свечи и песни на два голоса в духе Саймона и Гарфанкела. Электронная бардовская песня, ха-ха.

30 мая 7he Myriads выступят на малой сцене фестиваля Transmusicales