Оригинал материала
«Обалдеть можно»
Михаил Ходорковский начал разбор 12 тезисов обвинения
В Хамовническом суде Москвы вчера продолжил давать показания экс-глава ЮКОСа Михаил Ходорковский, оказавшийся на скамье подсудимых по своему второму уголовному делу. Выступление в рамках изложения доводов защиты он начал еще во вторник, но то заседание большей частью было посвящено подаче и рассмотрению различных ходатайств. Вчера же г-н Ходорковский приступил к детальному анализу версии обвинения, согласно которой он вместе со своим бывшим партнером, руководителем МФО «Менатеп» Платоном Лебедевым похитил в 1998--2003 годах около 350 млн тонн нефти у дочерних предприятий ЮКОСа на общую сумму почти триллион рублей.Г-н Ходорковский рассказал об истории создания компании, обозначил 12 тезисов обвинения, которые намерен опровергнуть, заступился за бывших подчиненных и поведал о том, на что на самом деле ЮКОС истратил 16 млрд долл., хищение которых ему вменяется. Вооружившись лазерной указкой, г-н Ходорковский успевал и зачитывать заранее приготовленные тезисы, и комментировать сменявшие друг друга всевозможные наглядные схемы, демонстрируемые при помощи проектора прямо на стене зала заседаний.
«Мне достоверно известно, что нефть, добываемая «Самаранефтегазом», «Юганскнефтегазом» и «Томскнефтью» (дочерние компании ЮКОСа), из системы трубопроводов и резервуаров этих добывающих предприятий ими же сдавалась на узле учета в систему трубопровода «Транснефти». Что, как очевидно, исключает ее изъятие на этом этапе, -- рассказал подсудимый. -- Мне также известно, что ежегодные инвентаризации в «Самаранефтегазе», «Томскнефти ВНК», «Юганскнефтегазе» с 1998 по 2009 год ни разу не выявили пропажу нефти в масштабах, сопоставимых с предъявленным обвинением, т.е. в объемах, превышающих ее добычу, согласно обвинению».
«Данный факт отражен в ежегодной отчетности этих компаний, подтвержденной их аудитором и им не отозванной. Сам факт пропажи нефти у добывающих предприятий ЮКОСа с 1998 по 2003 год выдуман недобросовестными следователями с начала и до конца, без какого-либо сообщения кем-либо об этом факте и соответственно без какой-либо проверки», -- на этих словах г-н Ходорковский показал судье и залу ходатайство, в котором просил следователя приобщить к уголовному делу ряд документов, в том числе и акты инвентаризации. По словам подсудимого, следователь отказался приобщать эти документы, мотивировав отказ тем, что они «не имеют значения для данного уголовного дела».
Г-н Ходорковский также сообщил, что внимательно следит за рассмотрением в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) иска акционеров ЮКОСа к России. По его словам, позиция России там противоречит предъявленному ему обвинению в данном процессе, поскольку в Страсбурге государство утверждает, что нефть, якобы похищенная экс-главой ЮКОСа, была реализована. Он также отметил, что в обвинительном заключении ставится знак равенства между деяниями, которые, по сути, различны. «Хищение нефти путем присвоения -- это одно, а путем обмана -- другое. Прокуратура считает, что я должен угадать, в чем меня обвиняют», -- отметил г-н Ходорковский.
Подсудимый заявил, что он физически не мог незаконно изъять часть прибыли ЮКОСа, как утверждается в обвинительном заключении, поскольку все средства, полученные компанией, были потрачены. «В частности, в обвинении речь идет о подозрении в незаконном изъятии мною 9,6 млрд из 15,8 млрд долл. прибыли, полученной ЮКОСом с 1999 по 2003 год», -- отметил он, подробно рассказав, на что же именно компания истратила эти почти 16 млрд долларов.
По его словам, к ноябрю 1999 года у компании имелось 200 млн долл. Еще 15,8 млрд долл. было получено ЮКОСом в виде прибыли за период с 1999 по 2003 год. В итоге, по словам подсудимого, все эти деньги были полностью израсходованы. «9,4 млрд было истрачено на приобретение активов, в частности компании «Сибнефть», за которую мы заплатили около 6,7 млрд долл. Еще 2,6 млрд долл. было выплачено в виде дивидендов и еще порядка 4 млрд было вложено в увеличение добычи», -- пояснил г-н Ходорковский.
Он также отметил, что деньги были потрачены среди прочего и на строительство различных социальных объектов -- стадионов, бассейнов и домов культуры, а также на ежегодные премии персоналу компании, который насчитывал порядка 100 тыс. человек. В связи с этим г-н Ходорковский сделал логичный вывод, что он не мог одновременно похитить и нефть, и прибыль, полученную от ее продажи. «Для любого нормального человека, очевидно, что это не дополняющие друг друга, а взаимоисключающие обвинения. Если присвоена нефть, то даже выручка от ее продажи никак не может оказаться у потерпевшего», -- заявил он.
Далее г-н Ходорковский назвал 12 тезисов обвинения, которые он собирается опровергнуть в своих показаниях. «Обвинение утверждает, что мы создали вертикально интегрированную систему управления имуществом для его хищения. Ложь. Она действительно создана, но произошло это еще в январе 1993 года по постановлению правительства №354, которое действовало на основании указа президента от 17 ноября 1992 года», -- сообщил подсудимый, добавив, что согласно тому же указу появился не только ЮКОС, но также ЛУКОЙЛ, «Роснефть», «Транснефть» и другие компании.
Попутно г-н Ходорковский рассказал суду, как работают нефтяные компании, сообщив, что не только нефть, но и все нефтепродукты заранее распределяются еще до их добычи и переработки. «Мы обязаны за 14--17 дней до закачки нефти в трубопровод уведомить об этом «Транснефть», за 14--30 дней -- РЖД и другие структуры», -- сказал он, отметив, что в этих условиях похитить всю нефть просто невозможно.
Кроме того, г-н Ходорковский выразил возмущение по поводу того, что его не вызвали свидетелем по делу бывшего юриста ЮКОСа Светланы Бахминой и других фигурантов дела ЮКОСа. В 2006 году г-жа Бахмина, имевшая двух несовершеннолетних детей, была осуждена на шесть с половиной лет колонии за хищение имущества «Томскнефти» и уклонение от уплаты налогов. Родив в колонии третьего ребенка, она была освобождена условно-досрочно в апреле 2009 года.
По словам подсудимого, вся вина г-жи Бахминой состояла в том, что она юридически оформила сделку, по которой из состава ЮКОСа вывели ряд строительных подрядчиков, содержание которых было компании невыгодно. «Мы отправили их в свободное плавание на рынок, и нам уже не нужно было постоянно содержать эти структуры, тратя на это огромные деньги. Если, допустим, ЮКОСу требовалось пробурить скважину или какие-то другие работы, мы пользовались услугами независимых подрядчиков на самых выгодных условиях. Благодаря этому решению нам удалось снизить себестоимость барреля нефти с 8 до 1,5 долл. и удерживать этот показатель до 2003 года, -- поведал г-н Ходорковский. -- Бахмина не виновата, все решения принимал я. Сажать юриста за то, что она оформляла сделки, подло. Просто обалдеть можно! Я также считаю, что следствие в лице группы Бирюкова--Каримова обмануло Басманный суд, не допросив меня по делу Малаховского и Переверзина. В результате осуждены невиновные. У меня нет никаких претензий к бывшим сотрудникам ЮКОСа».
Напомним, что бывший замдиректора дирекции внешнего долга ЮКОСа Владимир Переверзин и экс-гендиректор фирмы «Ратибор» Владимир Малаховский были признаны виновными в хищении имущества в особо крупном размере, совершенном организованной группой лиц, а также в легализации денежных средств организованной группой. В 2007 году их приговорили к 11 и 12 годам лишения свободы соответственно.
В целом заседание прошло спокойно. Почти умиротворяющая речь подсудимого, который спокойным голосом последовательно переходил от одного тезиса своей защиты к другому, в первой половине дня была прервана лишь очередной словесной стычкой двух самых активных участников процесса -- Платона Лебедева и прокурора Валерия Лахтина. После того как г-н Лебедев позволил себе жесткую реплику в адрес обвинительного заключения, прокурор ответил ему не менее резко. В результате судья Виктор Данилкин сделал обоим замечания. «На протяжении последних дней вы позволяете себе явное неуважение к суду, причем это выражается в хамском виде», -- сказал председательствующий, обращаясь к экс-главе «Менатепа». Судя по всему, увещевания судьи подействовали на подсудимого, и остальную часть заседания он вел себя относительно спокойно.
Вчера же стало известно, что угроза наказания нависла над сотрудниками Хамовнического суда и приставами, позволившими адвокатам пронести на прежнее заседание литровую банку с нефтью и трехлитровую емкость со скважинной жидкостью, с помощью которых г-н Ходорковский планировал провести следственный эксперимент. «Вы не зря испугались, что я принес бензин. Я хочу отметить, что нефтеперерабатывающие заводы не хранят нефть в каких-то резервуарах, так как это опасно», -- отметил уже вчера г-н Ходорковский. На это судья поинтересовался у него, не принесли ли опять его адвокаты нефть. После отрицательного ответа подсудимого г-н Данилкин заявил: «Вот и славно, а то администратор суда уже работы лишился».
Напомним, что появление в суде горючих веществ вызвало в зале заседаний резкий специфический запах, а также недовольство г-на Данилкина. Однако, как стало вчера известно от сотрудников суда, в настоящее время по данному факту лишь проводится служебная проверка. До ее окончания никто из сотрудников суда пока не уволен.
Следующее заседание намечено на 9 апреля. На нем, как предполагается, Михаил Ходорковский продолжит давать показания.