У тебя телефонов моих номера

Обозреватель «Новой» Борис Вишневский — о том, почему диктатура не умеет бороться с кризисами

медицинских работников погибло в Петербурге и Ленобласти с начала пандемии COVID-19 (*по данным «Списка памяти»)

«Во попали!» Так, не сговариваясь, характеризуют нынешнюю ситуацию обладатели прямых (дополнительных городских) телефонных номеров сотовой связи. Еще недавно статусные и удобные короткие номера теперь, похоже, принесут своим владельцам лишь головную боль и убытки.

Сотовый скандал: обещанные «бесплатные входящие» – вовсе не для всех?

Обещания – как дутые пузыри

Первая тревожная информация поступила в мае. Была она крайне скупа и занимала от силы четверть стандартного листа. Из уведомления следовало, что семизначный городской номер моего мобильного, зарегистрированный в сети «МегаФон», будет начиная с 13 июня отображаться как федеральный – с префиксом 921. При этом уточнялось, что связаться со мной можно будет и так и этак – и по короткому пути, и по длинному (подразумевая, что варианты эти равнозначны). Иными словами, выходило, что по существу ничего не меняется. Оговаривалось, правда, что получать SMS- и MMS-сообщения на прежний номер (с кодом Петербурга – 812) я смогу только от абонентов «МегаФон Северо-Запад». Вот, в общем-то, и все.
Услужливые эксперты тут же смикшировали негатив, объясняя в теле- и радиоэфире, что, дескать, большинство трубок успешно распознают номер звонящего по последним семи цифрам, – поэтому волноваться не о чем.
Наступило 13-е число. Я обзвонила наугад порядка десяти своих знакомых, обладателей мобильников самых разных марок, в памяти которых (или на SIM-карте) записан мой номер. Нигде не распознается! На экранах «Сименсов», «Нокиа», «Моторол» высвечивается неизвестный федеральный номер, а то и вовсе абракадабра. А ведь некоторые люди в принципе не берут звонки от «чужих»... Делать нечего – придется оповещать всех (!), с кем я общаюсь, и просить каждого вручную внести коррективы в телефонную книжку...
Новый пакет сведений мне и моим родным, тоже владельцам прямых мегафоновских номеров, доставили позавчера, 20 июня. В текстовке, в частности, говорится, что начиная с 13 июня при пополнении счета нам «необходимо указывать федеральный десятизначный номер». Спасибо, что предупредили! А мы-то еще на прошлой неделе положили на счет одного из прямых городских номеров кругленькую сумму; квитанцию, заполненную как обычно (номер же сохраняется!), в пункте оплаты приняли не моргнув глазом. А деньги не дошли. Пришлось потом полдня бегать, доказывать, что ты не верблюд.
Однако главный сюрприз поджидал впереди. При внимательном изучении бумаги от МегаФона выяснилось, что обещанных с 1 июля «бесплатных входящих для всех» (на мобильные – с любых телефонов) обладателям прямых городских номеров не видать, как своих ушей. Не считая 100 минут в месяц (деловой человек, принимающий десятки звонков, израсходует этот бонус за два-три дня), входящие вызовы со стационарных телефонов – официальная формулировка: «с номеров сети общего пользования» – на прежний, семизначный номер вашего мобильного будут тарифицироваться. Для вас, конечно. Оператор изящно именует сие «платой за переадресацию». Ох уж эти мне «переадресации», «реорганизации»... Как ни назови – деньги-то из кармана вынимать абоненту!
Более того, повсеместное распространение информации о том, что, мол, семизначные номера у их владельцев никто не отнимал, может привести к тому, что люди, особенно пожилые, не вникая в тонкости, начнут вовсю звонить со стационарного телефона на прежние, прямые номера абонентов сотовых операторов, искренне полагая, что это бесплатно для обеих сторон. Подчеркнем: на какой номер ему позвонили, на семизначный или на десятизначный, абонент может узнать только постфактум, проверив баланс.
И на этом фоне нам упорно, чуть ли не как великое благо, снова и снова преподносят возможность сохранить за собой прямой номер сотового (и связанный с ним тарифный план). Спрашивается: а на кой черт он мне – при таком раскладе?!
Раньше абоненты мирились с увеличенной в разы по сравнению с федеральными тарифными планами абонентской платой; с явно завышенной ценой минуты разговора, поскольку иметь «короткий» телефонный номер было удобно и в определенной степени престижно. Теперь же, когда прямые номера превратились в федеральные, перечисленные достоинства в одночасье испарились – возникли проблемы. За что же нам предлагают доплачивать?
А перейти на гораздо более экономичный – и без подводных камней, стандартный федеральный тарифный план... нельзя. Вернее, можно, но для этого придется окончательно расстаться со старым номером (не только с кодом). Легко сказать! У меня, например, мой прямой городской мобильный без малого пять лет. Он растиражирован на всех моих визитных карточках, на подписях электронных почтовых сообщений – да мало ли где. Его знают сотни, если не тысячи людей. Возвращаясь в наш город из дальних странствий, даже спустя годы, любой человек всегда может меня найти – достаточно набрать знакомую комбинацию цифр. Как показывают спонтанные опросы, для подавляющего большинства владельцев прямых сотовых, оказавшихся в подобном положении, проще изменить любимому, чем поменять номер...
Готовя этот материал, мы адресовали оператору ряд вопросов. В том числе – не усматриваются ли в создавшейся ситуации признаки нарушения прав потребителей? А также не ставится ли вопрос о неких компенсациях за моральный и материальный ущерб владельцам дополнительных городских номеров – по крайней мере тем из них, кто был верен МегаФону долгие годы и принес ему немалую прибыль? К сожалению, представители Северо-Западного филиала ОАО «МегаФон» от комментариев отказались, мотивировав это тем, что «в настоящий момент у нас очень много вопросов по данной теме, а будет еще больше». Ограничились тем, что пригласили нас на брифинг, «посвященный изменениям в обслуживании», который должен состояться через неделю.
Что ж, видимо, продолжение темы не заставит себя ждать.

Валерия СТРЕЛЬНИКОВА
фото ИНТЕРПРЕСС