Прогнозная туманность: Центробанк улучшил прогноз для российской экономики, но признает, что реальность может его ухудшить

В 2022 году ВВП России упадет меньше, чем ожидал Центробанк в июле, но темпы его восстановления в 2023–2025 годах также будут более скромными, чем предполагалось, следует из нового «Доклада о денежно-кредитной политике» ЦБ. В 2022 году экономика сократится на 3–3,5%, а в 2023-м — еще на 1–4%, предполагает ЦБ, однако неопределенность остается достаточно высокой, поэтому вероятность такого сценария, по мнению регулятора, не превышает 25%. В более негативном сценарии, вероятность которого также составляет 25%, экономика не перейдет к восстановлению на всем протяжении прогнозного периода — до конца 2025 года.

Спад ВВП в 2022 году, согласно обновленному базовому прогнозу Центробанка, составит 3–3,5% против 4–6%, ожидавшихся летом, но восстановление экономики от санкционных шоков откладывается — нижняя точка спада ВВП теперь придется на середину 2023 года (а не на конец 2022-го, как ожидалось весной), следует из «Доклада о денежно-кредитной политике» ЦБ, опубликованного 8 ноября. При этом в IV квартале 2023 года будет наблюдаться небольшой рост — до 1,5% в годовом выражении (в предыдущем докладе ожидалось 1–2,5%). В 2024 году слабый восстановительный рост будет продолжаться (прирост в IV квартале составит 0,5–1,5% в годовом выражении), а в 2025-м темп роста экономики России стабилизируется в диапазоне 1,5–2,5%, прогнозирует ЦБ.

Этот базовый прогноз подразумевает, что потребительские доходы домохозяйств сократятся в 2022 году на 3–3,5% и останутся на том же уровне в 2023-м, а восстановятся лишь в 2024-м, в том числе при поддержке кредитования. Валовое накопление основного капитала в 2022 году практически не сократится — его поддержали одобренные ранее инвестпроекты, но уже в 2023-м сокращение может составить 3–7%, поскольку на следующие годы многие инвестпроекты уже скорректированы, а фактор бюджетной поддержки будет играть меньшую роль в результате постепенной консолидации бюджета (то есть сокращения бюджетного дефицита). В 2024 году валовое накопление будет расти восстановительными темпами на фоне все более устойчивой адаптации российской экономики.

Физический объем экспорта в 2022 году сократится на 15–16%, а в 2023-м — еще на 7,5–11,5% на фоне вступления в действие нефтяного эмбарго. В 2024-м сокращение замедлится до 1–3%, а в 2025-м возможен небольшой прирост до 2% за счет продолжающегося восстановления ненефтегазового экспорта и экспорта услуг, ожидает ЦБ в базовом прогнозе. Сокращение физических объемов импорта в 2022 году составит 22,5–23,5%, а в 2023-м возможен даже небольшой рост (+0,5%; в 2024-м по мере все большего развития новых торговых связей восстановление импорта ускорится до 3–5% годового прироста).

Однако вероятность осуществления этого базового сценария сам ЦБ оценивает в 25%. Реальная траектория может оказаться как выше, так и ниже с равной вероятностью. В более негативном сценарии спад в I квартале 2023 года превысит 10% к I кварталу 2022 года, а в III квартале экономика упадет на 5% к III кварталу 2022 года, то есть к нынешнему уровню. К восстановлению экономика не перейдет в этом сценарии на всем прогнозном горизонте до конца 2025 года. Это может случиться, если не будут выполнены предпосылки базового прогноза, предполагающего, в частности, цену барреля в $70 в 2023 году и $60 в 2024-м, сохранение дисконта на российскую нефть на нынешнем уровне, а также замедление темпов сокращения российского экспорта.

Помимо этого, на среднесрочном горизонте преобладают риски ускорения инфляции, отмечает ЦБ. Среди проинфляционных рисков (а значит, и рисков реализации базового прогноза) ЦБ прежде всего выделяет дальнейшее ужесточение санкций. Ограничения на стороне предложения могут увеличиться из-за проблем с поставками оборудования и медленного восполнения запасов готовой продукции, сырья и комплектующих в случае усиления негативных тенденций в динамике импорта, отмечается в докладе. Еще одним проинфляционным риском, по мнению ЦБ, может стать глобальная рецессия, которая ослабит спрос на российские нефть и газ, что, как следствие, приведет к девальвации рубля. Увеличение дефицита на рынке труда (в результате мобилизации) может оказаться более выраженным, чем в базовом сценарии, что усилит давление со стороны издержек предприятий, а высокие инфляционные ожидания, особенно чувствительные к курсовым колебаниям, могут послужить фактором активизации потребительского спроса за счет накопленных сбережений. Кроме того, дополнительное расширение бюджетного дефицита может потребовать повышения ключевой ставки для возвращения инфляции к 4-процентной цели в 2024 году.

Среди дезинфляционных рисков ЦБ выделил сохранение высокой склонности населения к сбережению в условиях возросшей общей неопределенности, а также длительность привыкания россиян к новой структуре предложения на потребительских рынках, что может сдерживать спрос в большем объеме и более продолжительное время, чем ожидается в базовом сценарии. Вместе с тем более быстрая адаптация экономики, сопровождающаяся в том числе активным восстановлением импорта, может способствовать более быстрой компенсации шоков предложения, а рекордный урожай сельхозпродукции в 2022 году может оказать влияние на цены внутреннего рынка даже при сохранении сложностей с экспортом.

Согласно базовому прогнозу ЦБ, инфляция по итогам 2022 года сложится в диапазоне 12–13%, а на динамику инфляции в 2023-м продолжат оказывать влияние отложенные эффекты военной мобилизации (через возможное усиление перетоков рабочей силы между различными отраслями и регионами, нехватку персонала отдельных специальностей и проинфляционное давление со стороны зарплат).

Вместе с тем, несмотря на то что экономика быстрее ожиданий адаптировалась к изменившимся условиям, по мере исчерпания эффектов инерции (в том числе сокращения имеющихся запасов и завершения заключенных ранее контрактов) шоки предложения могут проявляться все больше, оказываясь более устойчивыми и продолжительными, чем предполагалось ранее. Это, в свою очередь, может привести к повышению темпов роста цен. С учетом всех этих факторов ЦБ допускает, что годовая инфляция в 2023 году сложится в диапазоне выше целевого уровня и составит 5–7%, а к значениям вблизи целевого уровня — 4% — вернется лишь в 2024-м.