Дана команда — «мочить!»

Двое омоновцев гонят через кольцо оцепления депутата Максима Резника. Его руки заломлены за спиной, сам он согнут пополам, яблочный флаг, шарфом обернутый вокруг шеи, съехал набок. Попытка сделать неразрешенный митинг встречей парламентариев с избирателями (согласования не требует) провалилась. На следующий день после выборов отделы полиции переполнились петербуржцами, сомневающимися в честности победы Путина.
Дверь в Мариинский дворец охраняет полицейский. Пропустит кого-нибудь, дверь закроет, ключик повернет — ворота на замке. Омоновцы, закованные в бронежилеты и шлемы, гуськом протискиваются в храм законодательства. Старший группы ведет их в туалет — мимо полицейских, прильнувших к окнам. Те интересом разглядывают происходящее на Исаакиевской площади. А на ней снимают историческое кино. По крайней мере, под этим предлогом вся она оцеплена. Эвакуатор таскает на себе броневичок — здесь вдруг взялись снимать историческое кино, а полицейские загоняют на тротуары тысячи петербуржцев, пришедших выразить протест фальсификациям на выборах.
Под самыми дверьми ЗакСа, в загончике между стеной дворца и спешно смонтированным забором, теснятся депутаты от КПРФ, их окружает человек 60 избирателей.
— Где же все? — сокрушаются избиратели.
— «Эсеры» выборы признали. Согласны с результатами, — как будто боясь самой этой мысли, шепчут другие избиратели.
Коммунисты стоят шеренгой. Говорят лаконично — о Зюганове и о победе. С Дворцовой несутся отдаленные звуки концерта. Такого же неожиданного, как и съемки кино в день митинга. Прожектор у памятника императору Николаю слепит камеры, направленные на депутатов.
Встреча длится недолго. Из карманов депутатов, сказавших избирателям, что выборы они не признают, появляются удостоверения. Они — свои: полицейский поворачивает ключ в замке, пускает их внутрь ЗакСа.
Из Мариинского выходят яблочники Максим Резник, Ольга Галкина, Борис Вишневский, Вячеслав Нотяг, коммунистка Ирина Комолова, другоросс Андрей Дмитриев. Они не топчутся у дворца, а сразу идут в толпу — на Синий мост, к горожанам с белыми лентами.
В плотной толпе, прижатый к Резнику, полицейский настаивает на общении через мегафон.
— Пройдите на тротуар. Стоя на проезжей части, вы подвергаете опасности себя и своих избирателей!
— Так вы скажите своим товарищам, чтобы ушли, мы и встанем на тротуар, — парирует кто-то.
— А зачем вы площадь оцепили? Снимите оцепление, мы пообщаемся на площади, — предлагает Резник.
— Это проезжая часть, там вы будете подвергать опасности себя и своих избирателей, — твердит полицейский.
Встречу в итоге проводят перед входом в ЗакС. Только теперь люди, окружающие депутатов, стоят так плотно, что протиснуться через них удается лишь цепочке омоновцев.
— Владимир Путин избран президентом на 6 лет. Это 6 лет лишения свободы России. Пока — 6 лет общего режима, — начал говорить Резник. — Наша задача — добиться условно-досрочного освобождения.
— Вы видите это? — размахивает Андрей Дмитриев бюллетенем для голосования. — Вы думаете, это бюллетень? Нет! Это улика преступления!
Дмитриев бюллетень предлагает сжечь. Однако огонь, задуваемый ветром, неумолимо гаснет.
— Давайте съедим его что ли? — шутливо предлагает Резник.
Вместо этого листок рвут на куски, бросают в толпу. «Россия без Путина! — катится над головами нескольких тысяч людей. — Россия без Путина!»
Тут депутаты и еще человек сто оказываются окольцованы омоном. Дальше обычная тактика полицейских, позабытая за месяцы предвыборной вольницы. Двое в шлемах выхватывают из кольца человека, тащат в автозак. Конвейер работает беспрерывно: одна пара заходит в кольцо, прицеливаясь к жертве, вторая в это время выкручивает руки другому оппозиционеру, третья гонит кого-то в автобус. И так пока в кольце не останется никого, кроме журналистов.
На этом встреча с избирателями завершается. Все депутаты задержаны. Почти сразу их отпускают: они пользуются неприкосновенностью.
Следующей мишенью становятся люди, толпящиеся на тротуаре Синего моста. За несколько секунд кольцо замыкается. Окруженных задерживают, рядом гостеприимно зияет проем двери автозака. Вдруг кольцо удается прорвать — омоновцы, стуча шлемами об асфальт, летят на землю, люди вырываются. Оправившиеся полицейские поднимаются, крепче цепляют друг друга за руки. Вскоре кольцо пустеет — два или три автозака, забитые под завязку, отъезжают. Следом тащится по своему маршруту автобус № 10 с пассажирами.
Большую Морскую заволакивают клубы дыма. Антифашисты жгут шашки, фальшфайеры. Они — человек 100–200 — уже ушли в сторону Невского. В погоню несется омоновский «Урал», несколько патрульных машин. Но люди успевают рассеяться. Пеший строй полицейских блокирует улицу.
Омоновцы растаскивают очередное кольцо, в котором блокированы люди. «Питер не сдается!», «Питер не сдается!» — несется над площадью. Какого-то молодого человека гонят в автозак. Он вырывается, одежда на нем растрепана. Полицейским с трудом удается его удержать, на помощь сбегаются еще несколько стражей порядка.
— Назад! Назад! — с силой отталкивают журналистов омоновцы. — Все назад!
Спустя несколько минут о том, что произошло дальше с пойманным молодым человеком, рассказывает депутат Ольга Галкина.
— Я слышу, они говорят: «Выстраиваемся вокруг него в кольцо, чтоб никто не заметил…» Я тут сразу подныриваю у них под локтями — они уже встали в круг — смотрю, парень лежит на земле, а они избивают его ногами! Я им говорю: «Вы что, сдурели? Что вы делаете?» Они отвечают: «А ты вообще молчи, семимесячная (Ольга Галкина скоро станет матерью). Тебе что, больше всех надо?!»
Очередная колонна переполненных автозаков трогается с места. Остающиеся на площади аплодируют задержанным. На площадь торжественно выезжает колонна снегоуборочных машин. В сопровождении полицейской легковушки они начинают кружить по площади. Поднимая тучи пыли, они метут щетками грязный асфальт. Орут сирены.
Из сквера на площади в небо взмывают сигнальные ракеты. Туда то и дело бегают омоновцы, но им никак не удается найти того, кто запускает пиротехнику. Шипя, отскакивая от капота патрульной машины, на землю падает горящий фальшфайер. В небо валит густой едкий дым. ОМОН начинает зачистку сквера.
Все это продолжается три часа. К десяти вечера на площади все еще остаются несколько десятков человек, которые изредка что-то скандируют. ОМОН не уезжает. Итог вечера: только по официальным данным, в отделениях оказалось около 300 человек. В действительности ими переполнены все участки полиции.
Начинаются суды.
На 17:00 6 марта у здания мирового суда Адмиралтейского района стояло девять автобусов с задержанными. По словам задержанного журналиста Владимира Иванова, ходят слухи, что с утра успели рассмотреть только 30 дел.

Олег МУХИН
Фото Михаила МАСЛЕННИКОВА