Конвой будет стрелять

В четверг Красносельский районный суд рассматривал ходатайство следствия о продлении содержания под стражей Юлию Бояршинову.

Молодого человека задержали в конце января на улице с 400 граммами дымного пороха. Сначала ему вменили только незаконное хранение взрывчатых веществ, но в апреле Юлий стал обвиняемым в участии в террористическом сообществе «Сеть».

Несмотря на разгар рабочего дня, в коридоре второго этажа суда едва можно было протолкнуться. Поддержать Юлиана Бояршинова, которого обвинение называет радикальным анархистом, пришли друзья, родственники, правозащитники и просто сочувствующие.

Отношения с судом и приставами у собравшихся не заладились сразу. Хотя можно было предположить, что слушание по громкому делу привлечет немало людей, заседание назначили в крохотном помещении. Для собравшихся была предусмотрена скамейка на трех человек. Собственно, только трех представителей общественности и пустили в зал: двух человек с телеканала «Дождь», ранее подавших заявку на заседание, и члена Совета по правам человека при президенте Леонида Никитинского. Почему на открытое судебное заседание потребовались предварительные заявки, никто не объяснил, а судья официально не выносила решения ограничить допуск публики.

Впрочем, и тем, кто попал в зал заседаний, пришлось покинуть его через полчаса. Евгения Кулакова с «Дождя» рассказала, что суд успел только провести традиционную процедуру установки личности подсудимого, после чего старший следователь следственной службы управления ФСБ Геннадий Беляев подал ходатайство о том, чтобы сделать заседание закрытым. Якобы из соображений безопасности самого Бояршинова, хотя тот об этом не просил. Недолго думая, судья Вячеслав Асмыкович согласился, и все «непрошеные гости» покинули зал.

В коридоре в это время все понимали, что чуда ждать не стоит: вероятность вынесения меры пресечения, не связанной с СИЗО, была призрачна. Тем не менее никто не уходил, понимая, как важна общественная поддержка самому Бояршинову и его родственникам. У матери анархиста Татьяны спрашивали, чем можно помочь: какие посылки передать, куда написать письмо. Она все очень подробно рассказывала, признаваясь, что ее эти хлопоты с передачками и письмами как будто отвлекают от главного. Сын находится в ужасных условиях в переполненной камере.

Первым суд вызвал отца Юлиана. Его просили дать сыну характеристику. Он отвечал на вопросы пятнадцать минут и вышел из зала с мокрыми от слез глазами. «Я очень хорошо знаю своего сына, – сказал он журналистам. – Он не мог сделать ничего плохого». Суду отец рассказал, что семья держится только благодаря Юлиану: они с женой художники, а заказов становится все меньше.

Мать Юлия Татьяна вышла из зала возбужденная. «Его специально посадили в гореловское СИЗО, чтобы пытать условиями, – считает она. – Отец не может спать, постоянно представляет, что на сына могут напасть. Мы все время в нервном напряжении». Татьяна рассказала, что ее закованного в наручники сына трое человек избивали в камере дознания, пытаясь выбить нужные показания и признание в участии в террористической группировке «Сеть». «Я спросила судью, где все эти люди. Почему они пытают Юлика?!»

Суд ожидаемо встал на сторону следствия и продлил срок содержания Юлия под стражей на два месяца – до 22 июня. Когда приставы повели Бояршинова по коридору после заседания, мать спросила одного из них, можно ли ей приобнять сына, когда он пройдет рядом. «Конвой будет стрелять», – ответил пристав и отодвинул ее собственным телом в бронежилете.