Оригинал материала
Похороны телевизора
Оппозиция провела в Останкине акцию против цензуры
КПРФ совестно с «Яблоком», Национал-большевистской партией и «Авангардом красной молодежи» организовала вчера акцию против цензуры на телевидении и информационной блокады оппозиции. За несколько часов до акции директор «Первого канала» Константин Эрнст встретился с группой думских коммунистов во главе с лидером КПРФ Геннадием Зюгановым.Как позже отметил товарищ Зюганов, «разговор был предметным и выявил стремление обеих сторон к взаимопониманию и сотрудничеству». «Мы им показали, что на Первом канале они показывают КПРФ в десять раз меньше, чем на втором, взяв для примера март. Мы договорились, что они дадут поручение посмотреть, чтобы не было такого перекоса», -- сказал лидер КПРФ журналистам. В свою очередь директор общественных связей «Первого канала» Игорь Буренков процитировал слова своего начальника: «На прошедшей встрече Константин Эрнст отметил, что задача «Первого канала» -- как можно более полно информировать зрителей обо всем происходящем в стране, в том числе и в политической жизни российского общества. Он подчеркнул, что КПРФ получает достаточно времени в эфире для освещения своей деятельности и лидеры оппозиции -- частые гости тематических программ канала». Участники встречи договорились вернуться к начатому диалогу.
Тем не менее оппозиция не стала принимать на веру радужные заявления телевизионного начальника и все же провела запланированную акцию. Активисты собрались на аллее Космонавтов рядом со станцией метро «ВДНХ», а затем направились по улице Академика Королева к телецентру «Останкино», где провели митинг. Во главе колонны под звуки похоронного марша несколько человек несли открытый гроб с телевизором. По оценке правоохранительных органов, в мероприятии приняло участие около тысячи человек.
Участники акции и другие представители оппозиционных сил поделились с корреспондентом «Времени новостей» своими мыслями о том, как бы они строили информационную политику государственных каналов, если бы сами пришли к власти. В этом вопросе они продемонстрировали практически полное единодушие.
«Для нас было бы делом чести провести такой закон, чтобы оппозиция, в этом случае уже оппозиция по отношению к нам, могла иметь свободный доступ к эфиру, потому что мы не боимся критики, -- утверждает заместитель председателя партии «Яблоко» Сергей Митрохин. -- Вообще цензура возникает просто в силу элементарной трусости власти, которая боится услышать о себе нелицеприятное мнение. Если бы я находился у власти, мне было бы стыдно, что в моей стране существует цензура. Кроме того, мы бы обязали все партии участвовать в политических дебатах, от чего, как известно, «Единая Россия» отказалась во время избирательной кампании. К тому же не должно быть никаких запретов на темы для обсуждения, иначе общество начинает жить искаженным представлением о реальности».
Первый заместитель председателя ЦК КПРФ, депутат Госдумы Иван Мельников также видит в цензуре большое зло не только для общества, но и для самой власти: «Нелегко говорить абстрактно, каким будет телевидение, когда мы придем к власти. Но можно сказать о тех подходах, которые мы положим в основу информационной политики. Главный из них -- доверие профессионалам. Людям, готовым работать по принципам, которые являются сутью и смыслом журналистской профессии. Ведь власть тогда будет работать хорошо, тогда не будет допускать ошибок, когда будет чувствовать потенциал объективной критики в свой адрес. Фактически СМИ, телевидение -- эта та площадка, на которой государственная власть и общество, граждане заочно сверяют свои позиции. Если этот механизм работает, самой же власти проще. Тогда она тоньше и лучше чувствует настроения людей. Позиция коммунистов по поводу любых форм идеологической и информационной монополии давно уже крайне критическая, следовательно, этого не должно быть на телевидении. Безусловно, должно быть информирование о действиях власти. В хорошем, достаточном объеме, даже с элементами пропаганды своих действий -- без этого власть не может работать устойчиво. Но при этом телевидение должно отражать весь спектр точек зрения, которые существуют прежде всего в обществе и выразителями которых являются те или иные политики».
Лидер нацболов Эдуард Лимонов высказался со свойственным ему радикализмом: «Если бы я пришел к власти, я бы вообще ничего не запрещал. Безграничная свобода, обязательно всегда прямой эфир, все обсуждения судьбы страны, различных проблем -- в прямом эфире. Я всегда был за полную, безграничную свободу слова, это обеспечивает все другие свободы в стране».
Заместитель председателя политсовета партии «Союз правых сил» Леонид Гозман и независимый депутат Госдумы, сопредседатель Республиканской партии России Владимир Рыжков также уверены в том, что журналистам нужно доверять выполнять свою работу без указки власти. «Я бы строил информационную политику в соответствии с названием Первого канала -- «Общественное телевидение». Туда входит равный доступ разных политических сил к эфиру, отсутствие цензуры, независимость от руководящих указаний власти. Все остальное -- дело профессионалов-телевизионщиков», -- считает г-н Гозман.
«Уже несколько раз в парламент вносились проекты закона об общественном телевидении, в том числе и я участвовал в этой работе, -- напомнил г-н Рыжков. -- Суть закона в том, чтобы «Первый канал» управлялся не администрацией президента, а журналистским коллективом под наблюдением общественно-политического совета. Туда могли бы войти такие люди, как, скажем, Даниил Гранин, Борис Васильев, Галина Волчек, -- люди с безупречной репутацией, авторитетные, совестливые, которые не вмешивались бы в редакционную политику, а просто решали бы сложные этические коллизии, которые то и дело возникают в любом СМИ».