Оригинал материала
Дело судьи Костюченко
Костюченко считает, что квалификационная коллегия судей Самарской области в марте 2006 года «незаконно лишила меня полномочий». «Я прошла все этапы национального правосудия, вплоть до Верховного суда России, но безрезультатно», -- сетует бывшая судья. Только после этого, по словам г-жи Костюченко, она обратилась в Европейский суд по правам человека. Жалоба была направлена еще в 2007 году, и вот на днях женщина получила уведомление из Страсбурга.
Помимо этого существуют два заявления на имя генпрокурора РФ Юрия Чайки и председателя Высшего арбитражного суда РФ (ВАС) Антона Иванова, в которых Надежда Костюченко в мае и июне 2007 года подробно описала события, предшествовавшие решению судейской квалификационной коллегии. В них бывшая судья рассказывает, что председатель арбитражного суда Самарской области перед рассмотрением жалобы «Тольяттиазота» попытался оказать на нее давление. Как известно, на ТоАЗе уже несколько лет идет корпоративный конфликт. По информации СМИ, предприятие подверглось рейдерской атаке со стороны миноритарных акционеров, которые являются, по версии самого «Тольяттиазота», инициаторами судебного иска «Росимущества» о пересмотре итогов приватизации. В судах различных инстанций «Росимущество» пытается доказать незаконность покупки 6,1% акций компании у государства в 1996 году.
Истец потребовал ареста спорных акций в качестве обеспечительных мер. Судебный пристав вынес постановление о возбуждении исполнительного производства по аресту ценных бумаг. ТоАЗ в свою очередь обратился в суд с жалобой на действия пристава-исполнителя, т.к. акции к тому времени уже давно не принадлежали предприятию и являлись собственностью другого юридического лица. Надежда Костюченко удовлетворила ее, отменив постановление об обеспечительных мерах. Но перед тем как вынести судебное решение, судья, по ее словам, была приглашена в кабинет к председателю арбитражного суда Самарской области, который «рекомендовал не принимать решений в пользу ОАО «Тольяттиазот», объясняя это неким «государственным интересом». При этом сам председатель Самарского арбитражного суда Новиков пояснить свою позицию ИА Интерфакс отказался.
Несмотря на оказанное на нее давление, Надежда Костюченко осталась при своем мнении. Более того, опираясь в том числе и на аргументы самарского судьи, в ноябре 2005 года президиум ВАС отменил все судебные акты о признании договора купли-продажи акций ТоАЗа ничтожным. При этом, как стало известно позднее, в рамках этого же разбирательства первого заместителя председателя ВАС Елену Валявину также «просили» не выносить решение по акциям в пользу «Тольяттиазота». Как рассказала судья ВАС, сотрудник администрации президента РФ угрожал ей за неподчинение, намекая на то, что ей «еще переназначаться нужно».
Запугивали и Надежду Костюченко. Бывшая судья сообщила, что глава Самарского арбитража угрожал не только ей, но и ее детям, а ее телефоны прослушивались. В конечном итоге квалификационная коллегия судей Самарской области, когда г-жа Костюченко лежала в больнице, досрочно прекратила ее полномочия.
Надежда Костюченко не смогла добиться справедливости в российских судах, и теперь, как говорит бывшая судья, «вся надежда на Европейский суд по правам человека».
Президент Центра политических технологий Игорь Бунин считает историю с судьей Костюченко ярким примером того, что даже человек, наделенный полномочиями, может быть бессилен перед системой. Скорее всего именно поэтому, по словам заместителя председателя комитета Госдумы по безопасности Геннадия Гудкова, «число честных, неподкупных судей в России снижается». Легче вынести неправомерное решение, чем потом искать правды за тридевять земель.
«Конечно, Страсбургский суд может принять положительное решение там, где российское правосудие спасовало. Но не надо думать, что Европейский суд может решить все вопросы, нам надо совершенствовать свое правосудие, надо повышать независимость судов, надо избирать руководителей судов исходя из их профессионализма и честности, необходимо исключить воздействие на суд административного фактора», -- говорит Геннадий Гудков. Если Европейский суд по правам человека признает правоту Надежды Костюченко, это может стать для нее основанием для нового обращения в суд России и восстановить ее в должности «по вновь открывшимся обстоятельствам».
И тогда, если правота судьи Костюченко будет доказана, а ее полномочия восстановлены, с учетом других событий, происходящих в данной сфере, это послужит своеобразным сигналом для других судей, свидетельствующим о возможности отстаивать свою независимость и сопротивляться административному давлению.