Андрей Кураев: "Деньги церкви", говорите?"

"Брешете, что все богатства, конверты и дары, резиденции и ювелирка, приходящие к нашим преемникоапостолам, не служат их личному комфорту, потреблению и обогащению? Все, мол, остается церкви. Ну разве что чуток понадкушенное и поюзанное. Что ж - вот всплыла правда про кусочек личных сбережений Святейшего Алексия. И всплыла она аккурат в мемориальный день", - пишет протодиакон Андрей Кураев в "Живом журнале", комментируя новость о том, что на счетах "Внешпромбанка", который лишился лицензии, хранились многомиллионные сбережения покойного патриарха Алексия II.

"Отчего-то Бог так определил, чтобы эта правда вышла наружу именно в этот день привычных слюней. Еще утром пресс-секретарь нынешнего Святейшего, озабоченный тем, что его Священный Руководитель в народном мнении сильно проигрывает Предшественнику, призывал снизить градус лицемерно-ностальгических воздыханий по поводу Святейшего прошлого.

"К вечеру на подобострастную суетню Волкова Небеса дали ответ устами Арбитражного Суда. Нашлась заначка Алексия на 300 миллионов рублей.

А ведь он не дурак, чтоб все пожертвования и трудовые сбережения хранить в одной корзине и в одной стране. Есть и зарубежные счета. И еще нотабене: мы не знаем, сколько денег наследница сняла с этих счетов за восемь лет, минувших со дня кончины завещателя. Знаем лишь, сколько осталось на минуту крушения банка.

А вот нафига хоть ему, хоть его преемнику такие деньги - умом не понять. Патриарх живет "при коммунизме". Пост он занимает пожизненно. Одежда, облачения, коммунальные платежи, еда и транспорт премиум-класса - все у него бесплатно и пожизненно. Своих детей нет (?), дальние родственники и так уже давно и хорошо обеспечены. Ежедневно ему несут все новые дары и конверты. При этом у него совершенно бесконтрольный доступ к любым церковным счетам.

Зачем в такой ситуации многомиллионные и все приумножаемые личные заначки? Это чистейшей прелести чистейший образец. Образец пленения страстью.

И ведь язык, привычно призывающий других жить в скромной бедности и аскезе, не заплетался ни разу..."