Душа на продажу

ДУША — НА ПРОДАЖУ

Общество, окружающие убавляют душу, а не

прибавляют.

Дмитрий Мережковский

После урока они задерживаются возле моего стола: три очень хороших мальчика-десятиклассника, способных и старательных. Три Бориса. Говорят, тезки быстро находят общий язык.

— А вы знаете, — вдруг говорит мне один, дружески толкая приятеля, — Боб у нас коммунист. Ему отец дает деньги, чтобы он читал Ленина и Сталина. За бабки что угодно прочтешь! Вот он и выучил все их сочинения. Проникся коммунистическими идеями!

Неожиданно… В ответ на мой удивленный взгляд Борис Самохин подтверждает:

— Это правда... Читаю. У Сталина очень интересные и правильные были мысли. Ленин — тот просто фанатик, а Сталин — нет. Мне понравилось!

Борис Самохин вообще мальчик непростой, нервный, смотрит всегда вниз, почти не поднимая глаз. И не поймешь, о чем думает, что решает про себя, как мыслит...Сам по себе — серьезная проблема. Теперь еще и с идеологическим уклоном.

Учителя часто уверяют, что школа должна быть вне политики. А разве это реально? Никогда не вмешиваться в настроения и мысли детей? Такая платформа существует, но я сомневаюсь в ее устойчивости.

Разговор о сталинской эпохе, о страшных судьбах людей можно и нужно продолжать на уроках. Хотя мне вряд ли удастся выиграть спор с папой, который давно должным образом озаботился идеологическим воспитанием сына и принял соответствующие материальные меры. И вот плоды просвещения налицо. И классики марксизма-ленинизма дома сохранились. Редкий случай.

На следующем уроке — удивительное стечение обстоятельств! Мне везет! — десятиклассники внезапно начинают делиться впечатлениями о фильме Николая Досталя «Петя по дороге в Царствие небесное».

— Так тяжело... Просто смотреть невозможно! — говорит один.

— И кто же, после всего, что происходило, может Сталину до сих пор поклоняться?! — возмущенно кричит другой.

Еще как могут... Даже когда-то в исторические герои России выдвинули. И продвинули в лидеры.

Самохин молчит и, как всегда, упорно смотрит в стол. Слова не добьешься. Да и каких откровений я от него хочу? Рассчитывать на них по меньшей мере смешно, хотя у меня сегодня немало помощников, в том числе, кино, театр, литература.

А мы на уроке почитаем Анну Ахматову, поговорим об арестах ее сына и о том, что пережила эта женщина — одинокая, отвергнутая почти всеми. Вспомним о судьбе Нобелевской премии Бориса Пастернака (правда, это уже после смерти Сталина, но страна отлично впитала его дух), об аресте и гибели сына Андрея Платонова, о самоубийстве Марины Цветаевой...

В классе стоит напряженная тишина. О чем думает сейчас мой Борис? Но что бы там ни было, нужно продолжать. Хотя я не могу ему заплатить за чтение, например, воспоминаний Анастасии Цветаевой или «Московской саги» Василия Аксенова.

В моем сознании никак не укладывается купля и продажа души. Но мое непонимание ни при чем. Душа — тонкий инструмент — и давно привлекается на службу теми, кто умеет ею ловко манипулировать.

А до эмоционального взрыва Гамлета: «…играть на мне нельзя!» нужно дозреть и дорасти.

Как легко она продается и покупается, эта душа, и даже не за вечную молодость, а всего-навсего за мятые купюры... И родители со спокойной совестью идут на это, хорошо понимая, что иначе ребенка за сочинения Сталина не усадишь. А там, глядишь, и проникнется идеями... И проникается.

И как трудно этим взглядам противостоять...

Хорошо, если в подобной ситуации класс с тобой заодно, тогда и говорится легче, и есть надежда на понимание. Но в данном случае от класса мало что зависит: Борис Самохин существует автономно, это государство в государстве, а посему и кипящие вокруг страсти его не трогают. Да и потом... Чей авторитет для него важнее: отца или учительницы, с которой он через два года расстанется навсегда?

И все же не перестает меня неотвязно мучить одна мысль: при любых взглядах и воззрениях, при любых оценках сегодняшнего положения страны и ее исторического прошлого, при близости к самым разным политическим партиям нельзя забывать о том, что ставкой в игре не может быть, не должна быть детская душа. Как можно отдавать ее в заклад, продавать и тем самым обесценивать?! В угоду своим, пусть даже непоколебимым и твердым принципам. Душа ребенка неприкосновенна! А речь сейчас идет о примитивной торговле.

...Интересно, сколько и как платит отец Борису за чтение: постранично, постатейно или повременно?.. В рублях или баксах?

Хотя, впрочем, это уже не слишком интересно...