| Вне зависимости от наличия источника света в России за каждым бизнесменом ходит Тень. Есть лампочка, нет лампочки -- Тень существует. По оценке экспертов Всемирного банка, ее доля в ВВП России составляет 40--50 процентов. А исследования фонда ИНДЕМ определяют коррупционный бюджет страны в 33,5 млрд долларов в год. Понятие «тени» шире, чем коррупция, и потому можно лишь догадываться об истинном размахе невидимой экономики.
И все же если взять как точку отсчета эти 33,5 млрд долларов на взятки всех уровней, то получится, что это... Почти 90 процентов того, что приносит в ВВП страны малый и средний бизнес. Российский предприниматель подвергается двойному налогообложению: выплачивает Тени почти столько же, сколько и государству. В бизнесе часто оперируют термином «недополученная прибыль». 33,5 млрд долларов могло ежегодно получать общество в виде налогов, услуг, товаров, инвестиций. Но получает Тень.
Что же это за образование, по своей финансовой мощи сопоставимое с государством Российским? Кто создает Тень? Ответ очевиден, однако списывать все на чиновника было бы слишком просто. Если бы только в нем одном было дело, то решить проблему можно было бы по-большевистски просто. Старый аппарат убрать, поставить на его место кухарок и матросов -- управлять обучатся под угрозой расстрела. А построение новой Тени дело долгое, его первому поколению чиновничества сразу не осилить. И вот оно -- царство света! Лет на десять.
Для создания Тени, которая бы «работала», неуклонно повышала собираемость своих «налогов», нужен целый комплекс нешуточных усилий. Нужно изобрести невыполнимые регистрационные и разрешительные процедуры; увеличить число проверяющих инстанций и количество проверок; усложнить до абсурда бухгалтерскую, финансовую и налоговую отчетность; создать систему конкурентных преимуществ; внедрить в практику «неуставные» отношения в сфере бизнеса...
Особенно стараются на этой ниве муниципальные чиновники. 83,3 процента объема коррупционного рынка, по экспертным данным, реализуется именно на низовом уровне.
Но возводят-то они свой термитник только и исключительно потому, что это им позволено. В определенном смысле их на это даже спровоцировали.
Исследователи проблем коррупции во многих странах мира давно заметили закономерность: чем масштабнее вмешательство государства в экономику вообще и в бизнес в частности, тем гуще и обширнее Тень. Наше государство грабит само себя, обеспечивая при этом весьма неплохое житье чиновнику, которого отчего-то принято жалеть.
По данным Госкомстата, в России 1 млн 100 тысяч чиновников всех уровней. Разумеется, многие из них искренне радеют об общественном благе. Мой жизненный опыт и практика занятий предпринимательством подсказывают, что таких в нашем бюрократическом аппарате около 40 процентов. Остальные 60 -- берут. И «борзыми щенками», и напрямую в конвертах, и «не по чину», и сообразно креслу и положению, то есть в меру... А в среднем можно посчитать: 33,5 млрд долларов коррупционного бюджета на 660 тыс. взяточников. Получается около 50 тыс. долларов в год, или 4 тысячи в месяц каждому. Неплохой уровень благосостояния. Конечно, кто-то из них едва-едва на машину отечественной марки за год насобирает, а кто-то трехэтажный дворец на самой дорогой земле выстроит. В Тени ведь, как и в нормальной жизни, есть свои бедные и свои олигархи.
Но парадокс самоистязания на этом не заканчивается. Обеспечивая своим вмешательством в экономику сладкую жизнь городничим, полицмейстерам, брандмейстерам, акцизным и прочим гоголевским персонажам, государство вдобавок тормозит собственное развитие. Мировым опытом доказано -- в условиях рынка уровень экономического прогресса определяется уровнем развития малого и среднего бизнеса. Но Тень не дает возможности не только расти, но и существовать в первую очередь именно этому сектору. Крупный, олигархический бизнес, благодаря своим финансовым и политическим ресурсам, уже отвоевал место под солнцем. Миллионы же российского «коммерческого пролетариата» не видят света годами. Не случайно количество малых и средних предприятий, зарегистрированных в России, застыло с 1996 года на отметке 850 тысяч. А доля малого и среднего бизнеса в ВВП -- на 10--12 процентах. Для сравнения, в Евросоюзе этот показатель превышает 60 процентов. А во Франции 99,8 процента зарегистрированных предприятий -- малые и средние. Это они наполняют бюджеты всех уровней, создают рабочие места и обеспечивают спрос на специалистов.
Государство, пытаясь разрешить парадокс, начинает административную реформу. Дело конечно же необходимое, однако явно недостаточное. Еще Иван Грозный пробовал. Издал указ об усекновении головы зарвавшимся мздоимцам. По этому же пути пошел и Петр Великий. В борьбе с коррупцией оба потерпели поражение. Проиграли потому, что не сделали самого главного: не освободили экономику, не дали воли частной инициативе, расплодив бессчетно надзирающих и контролирующих термитов. Винить за это самодержцев невозможно. Иного им и в голову прийти не могло. Россия не пережила эпохи Возрождения, эпохи городского и цехового самоуправления, становления буржуазии. До сих пор купцом и ремесленником в России управляют из высоких палат.
В рамках ли административной, либо какой-то иной реформы, но государство обязано, наконец, пересмотреть масштаб и характер своей роли в экономике, свои отношения с бизнесом. И пока этого не происходит, основные надежды бизнес может возлагать только на самоорганизацию.
Недавно три крупнейшие бизнес-организации -- РСПП, «ОПОРА России» и «Деловая Россия» -- подписали соглашение «О единых принципах и партнерстве в разрешении корпоративных споров». Речь в соглашении идет о создании сообществом механизма досудебных решений, возникающих между предпринимателями конфликтов. Теперь, надеюсь, судейским платить не будем. Сергей БОРИСОВ, президент Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА РОССИИ» |
