Оригинал материала
Любовь на расстоянии
Присоединение Южной Осетии невыгодно России
Президент непризнанной республики Южная Осетия Эдуард Кокойты вчера в Москве вновь заявил о готовности добиваться включения этой территории в состав России через российский Конституционный суд.С точки зрения международного права Южная Осетия является частью Грузии, однако с конца 80-х годов юрисдикция Тбилиси не распространяется на этот небольшой регион, вплотную примыкающий к южному склону Большого Кавказского хребта. В 1990 году в процессе распада Советского Союза Югоосетинская автономная область в составе Грузинской ССР присвоила себе статус республики и провозгласила независимость от Грузии. В январе 1991 года Грузия ввела в югоосетинскую столицу Цхинвали свои вооруженные силы. Это послужило началом кровопролитного конфликта между грузинами и осетинами, селения которых расположены на этой территории в непосредственной близости друг от друга. Война в Южной Осетии завершилась вводом российских миротворцев в 1992 году.
При этом население Южной Осетии фактически дважды подтвердило свой отказ присоединиться к Грузии -- в 1991 году южные осетины проголосовали за сохранение СССР, а в 1992-м -- за свою независимость от Тбилиси. Тем не менее суверенитет Южной Осетии так и не был признан ни Россией, ни международным сообществом в отличие от границ бывших союзных республик, ставших государственными в момент окончательного развала СССР.
На сегодняшний день большая часть территории Южной Осетии лишь де-юре относится к Грузии. Грузино-российская граница на этом участке по сути не существует. С российской стороны пограничники не интересуются наличием грузинской визы, и даже загранпаспорт при наличии российского общегражданского необязателен. С грузинской стороны стоит пост южноосетинского погранотряда. Грузинский полицейский и таможенный пост расположен лишь к югу от Цхинвали, на фактической границе Южной Осетии и Грузии. Но и юрисдикция Цхинвали распространяется не на всю Южную Осетию -- в ней существуют обширные анклавы этнических грузин, которые подчиняются правительству Тбилиси.
Население Южной Осетии -- около 70 тыс. человек. Экономика региона практически полностью разрушена в 90-е годы в результате войны и запустения. После того как грузинские власти принялись бороться с контрабандой на Транскавказской магистрали, связывающей Владикавказ с Цхинвали и далее с Тбилиси, республика фактически осталась без доходов и живет теперь главным образом на российские дотации, хотя существует еще европейская программа экономической реабилитации зоны конфликта. На территории республики, расположенной в полутора часах езды от Тбилиси, ходит российский рубль, время не отличается от московского, а подавляющее большинство жителей с 2002 года являются гражданами РФ.
На сегодняшний день единственным официально признанным органом власти в Южной Осетии является смешанная контрольная комиссия, состоящая из представителей Грузии, России, Южной и Северной Осетии. Комиссии подчиняется миротворческий корпус, состоящий из грузинского, осетинского и российского батальонов. В последние несколько месяцев Грузия настаивает на непременном изменении формата миротворческой миссии, поскольку с ее точки зрения российские миротворцы не столько оберегают мир, сколько поддерживают южноосетинский суверенитет. При этом грузинский батальон фактически не подчиняется миротворческому командованию, что очень затрудняет миссию «голубых касок».
По мнению ряда южноосетинских независимых экспертов, к началу 2004 года южноосетинская проблема была близка к решению, которое вполне могло бы оказаться приемлемым для Грузии. Но фактическое закрытие Транскама, а затем летние обстрелы Цхинвали, несмотря на присутствие миротворцев, привели к обострению конфликта. В течение последних нескольких месяцев ситуация балансирует на грани войны, особенно в грузинских анклавах, где грузины и осетины могут находиться в непосредственном соприкосновении и периодически блокировать друг для друга жизненно важные коммуникации.
Президент Южной Осетии Эдуард Кокойты опасается, что в грузинском руководстве возобладала «партия войны» и Тбилиси готовится к силовому решению конфликта. Он напомнил о высказываниях грузинского министра обороны Ираклия Окруашвили, пообещавшего встретить в Цхинвали Новый, 2007 год. «Мы гостеприимные люди и всех приглашаем на праздник, но не с оружием в руках», -- сказал г-н Кокойты. По его словам, Южная Осетия не войдет в состав Грузии даже при условии, что последнюю возглавит сам Эдуард Кокойты.
Вместо этого непризнанная республика хочет присоединиться к России. Г-н Кокойты апеллирует к документам 1774 года, согласно которым осетины приняли подданство Российской империи, и к актам начала 90-х годов, доказывающим, как он считает, что Южная Осетия никогда не выходила ни из состава дореволюционной России, ни из состава СССР. И таким образом, должна считаться частью современной Российской Федерации. Южная Осетия уже неоднократно обращалась к российским парламентариям с просьбой рассмотреть вопрос о приеме республики в состав России, но те отвечали лишь сочувственными репликами. Идея с запросом в КС впервые была озвучена в марте нынешнего года.
Даже если КС примет жалобу к рассмотрению -- подать ее вполне могут российские граждане, каковых в Южной Осетии большинство, -- судьи едва ли признают приоритет доводов южноосетинской стороны перед международным правом. Но даже если допустить, что КС согласится с г-ном Кокойты и в составе России в конечном итоге действительно появится новый субъект, это вряд ли принесет стране какие-либо ощутимые преимущества. В составе проблематичного юга России в этом случае появится еще один ультрадотационный труднодоступный в географическом отношении регион, в котором неизбежно продолжится тлеющий этнический конфликт. Миграция из неблагополучной республики, которая и так достигает, по некоторым данным, 10 тыс. человек в год, затруднит положение в Северной Осетии и станет в том числе препятствием к окончательному решению внутрироссийского осетино-ингушского конфликта.