Лиза Шахно, дизайнер

Очерк Розалинды Краусс об искусстве увидел свет в 1979 году, но мне он попался лишь тогда, когда я была захвачена теорией бесконечной вложенности материи, пытаясь представить, как может быть устроено пространство и какие вещи на самом деле, если не брать в счет наше ограниченное восприятие. Так я решила использовать решетки, о которых она говорит в своем эссе, для моей недавней коллекции The Iteration.

Проект и идея The Millennium Simulation — невообразимое путешествие через вселенную за пару минут. О чем еще можно мечтать? Кластеры галактик складываются в губку, связанную воедино темной материей. После такого все системы, построенные людьми, кажутся бессмысленными и пустыми.

В прошлом году я долго не могла получить свою коллекцию после выставки в Бельгии. Так тема таможни и налогов стала мне интересна. Объекты, созданные Beta Tank — например, их стул-пирамида (Pyramid Chair) — это серьезное исследование и игра с системой налогообложения, установленной в Германии. С одной стороны, это
объекты искусства, с другой — предметы дизайна, которые по-разному преодолевают границы и обладают разной ценностью. Их проект отражает бюрократическую путаницу, которая препятствует движению идей по миру.

Дерево Пифагора. Этот фрактал привлекателен для меня из-за визуальной связи его частей с предметом одежды — штанами. Мужские порты, такие приземленные и понятные предметы, в одну минуту могут трансформироваться в странное и безумно красивое дерево.

Думаю, презентация Хуссейна Чалаяна Afterwords — до сих пор неиссякаемый источник вдохновения для многих. Стол-юбка — и вовсе просто мечта.

Монолиты Стэнли Кубрика из «Космической одиссеи» нравятся мне тем, что режиссер не изобразил высшее сознание в виде антропоморфного существа, а использовал прямоугольную призму, давая возможность зрителю шире смотреть на вещи.

Подтеки, дриппинг на магазинах в исполнении Kidult и стекающие логотипы Zevs — мои любимые. Пусть это и способ самопиара для художников за счет раскрученных брендов, но они прекрасно растворяют пафос и напыщенность последних. Если бы у меня был магазин, я была бы рада обнаружить на его витрине что-нибудь подобное.

Куклы вообще и игрушки в частности. До сих пор не прочь поиграть.

Проезжая по Москве, ощущаю визуальный голод. Мне бы очень хотелось, чтобы появлялись по-настоящему продуманные и современные здания. Например, то, что делает компания B.I.G из Дании, мне очень импонирует.

Оптические иллюзии. Каждый раз я удивляюсь невозможным объектам и композициям, которые изображают предметы в разных ракурсах на одной плоскости.

Находиться долго в реальности слишком сложно, поэтому я хватаюсь за любую возможность увидеть что-то, что разлагает представление о ней. Совсем недавно в мою копилочку мастерски сделанных удивительных образов добавились работы Збигнева Рыбчинского.

А если мы все куклы или просто голограммы? А может, мы вообще не существуем? Футуристическая атмосфера и депрессивный настрой антиутопий «Бегущий по лезвию», «Луна 2112», «Экзистенция», с одной стороны, оставляют странное чувство дискомфорта и безысходности, а с другой — подогревают интерес жить дальше, чтобы посмотреть, как все будет на самом деле.

www.lisashahno.com/