Как купцы-сурожане построили Китай-город

Фрагмент книги Александра Можаева «Великий посад Москвы»

Книга замечательного архитектурного историка Александра Можаева «Великий посад Москвы», снабженная редкими архивными рисунками и схемами, посвящена истории второго по возрасту и значимости центра российской столицы — Китай-города. В публикуемом отрывке рассказывается о том, кто первый начал возводить там каменные постройки.

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Александр Можаев. Великий посад Москвы. Подлинная история Китай-города. М.: Бомбора, 2022. Содержание

Именно Торг сделал посад Великим — изначально ремесленный пригород в конце XV столетия стали заселять богатейшие купцы, построившие здесь первые каменные палаты. За ними подтянулась знать, и до начала XVIII века Китай-город прибывал все более и более великолепными зданиями.

Известно, что первым экспериментальным каменным домом столицы считают кремлевские палаты митрополита Ионы 1450 года. Этот пример не слишком вдохновил привычных к дереву москвичей — Великий князь начал перестройку жилой части дворца в камне лишь спустя полстолетия. Раньше всех тему подхватило прогрессивное купечество. Первыми горожанами, построившими каменные палаты на своих дворах у Фроловских ворот в Кремле, были купцы Тарокан (1470), Дмитрий Ховрин (1485) и Иван Голова (1486). Да и первая каменная церковь на частном дворе была выстроена в начале XV века торговым человеком Григорием Ховрей.

Перечисленные домостроители принадлежали корпорации купцов-сурожан, сложившейся в третьей четверти XIV века. Они были профессиональными международными торговцами, водившими караваны в Крым и, в частности, в Сурож — нынешний Судак (в ту пору этот путь был самым удобным и безопасным для торговли с Европой и Азией). Многие из них происходили от знатных крымских греков или итальянцев, по роду торговой либо дипломатической деятельности осевших в Москве. Сурожский ряд Торга специализировался на роскошных шелках, экзотической бакалее (мыло и специи) и иных импортных товарах. Сурожане не только торговали, но занимали большие придворные должности, статусом вплотную приближаясь к боярству. Они оставили в Москве замечательный зримый след, спонсируя строительство Андроникова, Симонова, Златоустинского монастырей и ряда городских храмов. При этом среди них были не только вкладчики, но и непосредственные мастера-строители.

Особенно прославился сурожанин Василий Дмитриевич Ермолин, впервые пригласивший в Москву венецианского змееборца Сан Джорджо, вскоре ставшего святым Георгием и занявшего место на гербе города. Летопись лаконично сообщает о том, что в 1464 году «резан на камени» святой мученик Георгий поставлен на Фроловских воротах Кремля «нарядом Васильевым Дмитриева сына Ермолина». Его же «повелением» на другой стороне ворот поставлена скульптура Дмитрия Солунского. Также известно, что Ермолин имел отношение к ряду серьезных строительных проектов — ремонт Золотых ворот во Владимире, восстановление полуразрушенных Воскресенского собора в Кремле и Успенского собора в Юрьеве-Польском. На основании этого историки одно время почитали Ермолина как зодчего и чуть ли не первого русского скульптора одновременно. Однако трудами исследователя О. В. Яхонта определено, что Ермолин — строитель, подрядчик, работавший на технически сложных объектах и, видимо, впервые предложивший метод «реконструкции», то есть не сноса аварийного здания, а сохранения его здоровой части: «церковь не разобраша вся, но... оделаша ея около всю новым каменем».

Одновременно, продолжая вести торговые дела корпорации, он имел возможность привлекать к своим сложным строительным проектам итальянских мастеров из факторий Крыма. Вероятно, там же он повстречал неизвестного нам венецианского скульптора, который прибыл в Москву для работы над убранством главных ворот Кремля. Тогда же (при участии итальянских «денежников») святой Георгий оказался на золотых монетах и печатях Великого князя, но Ермолин впервые вывел святого покровителя столицы в город, представил его улице.

В конце XV века Великий князь Иван III переселил одних сурожан в Новгород, а других — за пределы Кремля, к Торгу. Не случайно этим же временем (к. XV — н. XVI вв.) датируются наиболее ранние из сохранившихся памятников гражданского зодчества в Китай-городе. Это не жилые палаты, а купеческие закрома, наполовину заглубленные в землю несгораемые хозяйственные подклеты. Два из них расположены на Варварке: это подвалы более поздних памятников, ныне известных как палаты Старого Английского двора и палаты Романовых.

Здание Английского двора основано сурожанином Иваном Бобрищевым (внуком Ермолина). А подвал Романовского дома, вероятно, выстроили упомянутые выше Ховрины (основатель рода Никита Романович перебрался на Варварку, женившись на Варваре Ховриной). Также сохранились убедительные имена еще нескольких здешних сурожан, бывших заказчиками строительства каменных зданий храмов св. Варвары и Максима: Василий Бобер, Федор Вепрь и Юшка Урвихвост.

В конце Варварки стоит храм Георгия, основанный примерно в ту же пору. Принято считать, что он назван «Егорием каменным на посаде» в великокняжеской духовной грамоте 1462 года (до начала работы в Москве итальянских архитекторов), хотя это упоминание может относиться и к одноименной церкви Георгия на Дмитровке. В основании стен существующего храма на Варварке сохранились незначительные фрагменты более древнего: кладка из гладко отесанных белокаменных блоков и дренаж из арочных перемычек на столбчатых фундаментах. Реставраторы полагают, что он аналогичен конструкции, использованной при возведении стен Кремля в конце XV века. Нижний ярус церкви, планировка которого относится к первому строительному периоду, представляет собой три или четыре (по разным версиям датировки) прямоугольных комнаты со стенами толщиной 120 см, вероятно, складского назначения. Это странно для подклета обычной церкви, но очень характерно для Китай-города и, возможно, также является намеком на участие «привилегированного купечества». Сама церковь, стоящая на подклете, в переписи 1626 г. значится деревянной и, вероятно, была выстроена в кирпиче лишь в 1657 г.

Также возможно, что в Зарядье из Кремля переехал и легендарный кремлевский домостроитель Тарокан, именем, предположительно, Федор. Первые кремлевские палаты Тарокана были разобраны вскоре после строительства, при сооружении новой крепостной стены 1485 года. Далее документальный след теряется, но в конце XVI — XVII вв. в верхней части Китай-города существовало целых три двора клана Тарокановых. Косвенные следы их присутствия на Варварке в эпоху Иоанна III были открыты в 1953 году при раскопках в западной части Зарядья (более точная локация неизвестна). Археологами были найдены фрагменты архитектурного декора (две балясины из терракотового фасадного фриза, характерного для 70–90-х годов XV столетия) и яма, засыпанная строительным мусором (осколками белого камня и маломерного кирпича). Там же была найдена шиферная иконка, анализируя которую Д. А. Беленькая пришла к выводу, что икона принадлежала Олене, жене новгородского гостя Ильи Тароканова.

Аналогичные фрагменты терракотового декора археологи находили в Китай-городе еще однажды, но было это в его противоположной, северной оконечности. В 1983 году при исследовании внешней стены подвала палат Печатного двора на Никольской улице обнаружены детали, близкие фризу церкви Ризоположения в Кремле (1485). Мы не знаем, для кого строился подвал на Никольской, но «купеческий след» прослеживается и по этому адресу. Наверняка известно, что владения, смежные с Печатным двором, в конце XVI — середине XVII века принадлежали «немчинам», крупнейшим голландским купцам Яну де Валлю, Георгу Кленку и другим, и что изначально Печатный двор, видимо, был «врезан» в их владения, находясь у стены и сообщаясь с Никольской тупиковым проездом.

Присутствие сурожан на Никольской вполне возможно, так как Варваринский анклав не был единственным местом их расселения в Китай-городе. Известно, что в XV веке двор сурожанина Тимофея Весякова находился у Богоявленского монастыря. Среди первых сурожан были греки, например основатель рода Ховриных Стефан Васильевич, князь Мангупа (кстати, единственного крымского города, имевшего в ту пору полноценный каменный дворец). Ученые греки также селились рядом с Никольским и Богоявленским монастырями. Так что кажется логичным предположить, что строителями первого каменного дома Никольской улицы также могли быть великолепные крымские гости, а позже их палаты как вполне завидная недвижимость каким-то образом отошли в казну. А прилегающие усадьбы достались коллегам-немчинам и позже поэтапно были прирезаны к владениям Печатного двора.

Москва тем временем продолжала хорошеть, торговля ширилась, и в Китай-городе появились Гостиные дворы — огороженные места, на которых указом Ивана Третьего велено «ставиться» и торговать иногороднему и иноземному купечеству. Контарини, посетивший Москву в 1476 году, пишет о «множестве купцов как из Германии, так и из Польши». В 1508 году упоминается Панский двор, напротив церкви Св. Варвары. В 1520-е Герберштейн сообщает об «обширном дворе господ купцов» в Китай-городе. В 1547 году китайгородские «гостиные дворы Великого князя» названы во множественном числе. Вероятно, в ту пору их было не менее двух — иноземный Панский на Варварке и обозначенная на Петровом чертеже 1590-х «гостиница, в которой русские окрестных городов получают пристанище для продажи своих товаров» в начале Никольской улицы (место нынешнего Шевалдышевского подворья). Английская торговая компания от щедрости государя Ивана Грозного с 1556 года имела собственное представительство — Английский двор на Варварке, оснащенный каменными палатами, выстроенными на полстолетия раньше. Кроме того, существовал Устюжский двор, впервые названный в 1566-м в связи со строительством каменной церкви Жен-мироносиц (очевидно, Зарядской) «в Новом городе у Устюжинского двора». В 1638 году Устюжский двор значится на Варварском крестце, вероятно, как часть Гостиного двора, к началу XVII века ставшего единым для всех приезжих торговцев. Еще в литературе упоминаются нелокализованные Испанский и Персидский торговые дворы, но в принципе они также могли быть частями комплекса Гостиного двора, а не отдельными владениями.

Таким образом, к XVII столетию в Китай-городе возник настоящий центр международной торговли и Варварка стала первой «онемеченной» частью города. Здесь появились и получили распространение каменные дома-палаты, а трогательно сохраненное реставраторами окошко древнего подвала в Английском дворе и есть наше первое окно в Европу.