Сигнал из космоса

Приведет ли запуск спутника к миру на Корейском полуострове?

Спустя пять дней после того, как Северная Корея осуществила ракетный пуск, вопросов остается больше, чем ответов. До сих пор у мирового сообщества нет понимания того, что произошло 5 апреля. Было это испытанием межконтинентальной баллистической ракеты или, как утверждает КНДР, запуском спутника связи? А если верно второе, то вышел объект на орбиту или эксперимент потерпел неудачу? Пхеньян уверяет, что это был запуск спутника, и подает его как очередной успех политики чучхе (самобытности и опоры на собственные силы. -- Ред.). Лидер КНДР Ким Чен Ир поздравил ученых «с выдающейся победой корейской науки и техники», осуществленной на базе исключительно отечественных разработок.

Зарубежные эксперты настроены не так оптимистично. Исследователи и политики делают осторожные выводы о том, что новых объектов на околоземной орбите и радиосигналов оттуда зафиксировать не удается. Зарубежные источники утверждают, что вовремя отделилась и упала в Японское море первая ступень ракеты. Что касается «полезной нагрузки» вкупе с последней ступенью, то здесь версии расходятся. По одной -- спутник не отделился от ступени из-за технического сбоя, и они рухнули в нейтральные воды Тихого океана. По другой -- вывод спутника на орбиту теоретически мог состояться, но подтвердить это никто пока не берется.

Влиятельные политики ряда западных стран утверждают, что КНДР достигла по крайней мере частичного успеха, и усматривают в космической программе Пхеньяна военную составляющую. В Японии склонны полагать, что северокорейцы по сравнению с прошлыми запусками увеличили дальность полета ракеты-носителя класса «Тэпходон» и теперь в состоянии поражать цели на значительном расстоянии, вплоть до Гуама и Гавайских островов. Большинство стран Запада преподносят действия Пхеньяна как угрожающие и грубо нарушающие резолюции Совбеза ООН, запрещающие КНДР разрабатывать, создавать и запускать баллистические ракеты. Сторонники этой точки зрения доказывают необходимость выработки жестких ответных мер, вплоть до введения против Северной Кореи новых санкций по линии Совбеза ООН.

Накал страстей обусловлен столкновением двух крайних линий поведения -- Северной Кореи и Запада. Северокорейцы в духе излюбленной тактики «балансирования на краю обрыва» пошли на рискованный космический эксперимент, прекрасно понимая, что это может еще более усугубить и без того напряженную ситуацию на Корейском полуострове и вокруг него. А Вашингтон и Токио, воспринимающие КНДР в качестве «парии» международного сообщества, априори расценивают любые экстравагантные действия Пхеньяна как вызывающие и угрожающие собственному благополучию.

Истина, как всегда, «находится где-то рядом». Формально резолюции Совбеза ООН запрещают Северной Корее осуществлять лишь военные ракетные программы. Мирное исследование космоса как неотъемлемое право всех суверенных государств не может быть «отозвано» или ограничено решениями международных органов, включая Совбез. Специалистам понятно и то, что технически явно несовершенные северокорейские баллистические ракеты «штучного» производства вряд ли способны представлять реальную военную угрозу соседним странам. Пхеньян, по мнению многих экспертов, пока не в состоянии создавать компактные ядерные боеголовки для их установки на ракетах-носителях. Поэтому самое худшее, чего можно ожидать от этих аппаратов, -- это экологические бедствия или материальный ущерб для соседей, в том числе и для российского Дальнего Востока в случае катастрофы по причинам технического характера.

Однако возникает вопрос: зачем бедной стране, каковой является КНДР, втягиваться в реализацию дорогостоящей и не сулящей практической отдачи ракетно-космической программы, способной еще больше усугубить экономические трудности? По подсчетам южнокорейцев, нынешний пуск обошелся Пхеньяну в кругленькую сумму порядка 400--500 млн долларов.

На этот счет существуют разные мнения. О том, например, что своим запуском Северная Корея преследовала цели политического характера: привлечь к себе внимание как к серьезной военной державе, с интересами которой надо считаться. В Пхеньяне небезосновательно полагают, что новый президент США Барак Обама чрезмерно увлекся ближневосточным, афганским и другими международными сюжетами, в то время как задачи урегулирования проблем Корейского полуострова в списке приоритетов Вашингтона отошли на второй план. Северная Корея хочет любыми путями добиться возобновления диалога с новой американской администрацией. Пхеньян надеется на дипломатическое признание со стороны Вашингтона и получение солидных материальных дивидендов за отказ от своих опасных программ в ракетно-ядерной области.

Северная Корея затеяла рискованную игру, результат которой неочевиден. Ведь вполне вероятно, что Пхеньян может столкнуться с единой линией США и их союзников, нацеленной на то, чтобы примерно наказать непослушный режим. Но как этого добиться в отношении страны, которая и так находится в глубокой международной изоляции и в режиме санкций? Не приведет ли такая близорукая политика к полной утрате контроля над ситуацией в КНДР, учитывая, что и сейчас мир имеет туманное представление о том, что варится в плотно закупоренном и закрытом от посторонних глаз северокорейском «котле»?

Другая проблема -- как намечаемые «противоракетные» меры скажутся на перспективах шестисторонних переговоров по ядерной проблеме, участником которых является и Россия? Не получится ли так, что в стремлении ликвидировать несколько надуманную ракетную угрозу будет упущена более реальная опасность? Имеется в виду тот факт, что не урегулирован важный вопрос о военно-ядерных программах КНДР.

Различное видение этих проблем уже привело к появлению на экстренном заседании Совбеза ООН 5 апреля двух подходов. Жесткого подхода, ориентированного на расширение санкций в отношении Северной Кореи, придерживаются США и их союзники. За умеренный подход выступают Россия и Китай, считая целесообразным ограничиться мягким сигналом Пхеньяну. В закрытом режиме сейчас продолжаются дискуссии в формате «пять плюс один» (Россия, США, Китай, Франция, Великобритания как постоянные члены Совбеза ООН, плюс Япония). Похоже, идет вязкая полемика по выработке компромиссной формулы.

В выходе на согласованное решение заинтересованы все державы, в том числе США и Россия, занятые ныне «перезагрузкой» двусторонних отношений. «Мы озабочены недавним ракетным пуском. Он не способствует нормализации обстановки», -- заявил на днях глава российского МИДа Сергей Лавров. Но он назвал «контрпродуктивными» угрозы санкций против Северной Кореи.

Александр ВОРОНЦОВ, заведующий отделом Кореи и Монголии Института востоковедения РАН, Петр АГАЛЬЦОВ, политолог