| Репортаж из резервной Ставки Верховного главнокомандующего Осенью 1941 года дела на фронте шли так плохо, что в глубине России стали спешно строить новое помещение для Ставки Верховного главнокомандующего. 3 ноября в Самару прибыл из Москвы первый эшелон метростроевцев... К Самарскому институту культуры, расположившемуся в бывшем здании обкома партии, примыкает маленькая невзрачная пристройка. В таких сарайчиках обычно хранят лопаты и прочую хозяйственную утварь. Открыв тяжелую дверь, в буквальном смысле совершаю путешествие в историю.
"Ступени сделаны специально для Сталина"
Бетонные ступени ведут вниз.
-- Обратите внимание, как удобно идти, -- поясняет директор музея-бункера Анатолий Солуянов. -- По глубине и высоте они сделаны специально под шаг невысокого человека -- для Сталина.
Нога Сталина по ним не ступала ни разу -- вождь все-таки из Москвы не уехал. Но его ждали. Светлана Сталина, дочь "вождя народов", в книге "Двадцать писем к другу" так описывает подготовку к его приезду. "Неожиданно нас собрали и отправили в Куйбышев: долго грузили в специальный вагон... Поедет ли отец из Москвы -- было неизвестно, на всякий случай грузили и его библиотеку. В Куйбышеве нам всем отвели особнячок по Пионерской улице, с двориком. Дом был наспех отремонтирован... С нами приехала вся домашняя "свита" -- повара, подавальщики, охрана. Осенью 1941 года в Куйбышеве было подготовлено жилье и для отца... Отремонтировали несколько дач на берегу Волги, выстроили под землей колоссальные бомбоубежища. В городе для него отвели бывшее здание обкома, устроили там такие же пустынные комнаты со столами и диванами, какие были у него в Москве. Все это ждало его целую зиму..."
192 ступени. Похоже на поставленный вертикально ствол туннеля метро. На глубине 37 метров помещения, предназначавшиеся лично для Сталина. Глубина бункера Гитлера в Берлине -- 16 метров, в Виннице -- 12, у Черчилля в Лондоне -- в два этажа.
Включен звук сирены -- для создания максимальной достоверности происходящего. Тяжелые серые квадраты обшивки -- бетонные тюбинги с резиновыми прокладками между ними -- стянуты огромными болтами. Глубина, непроницаемая, как кажется, для любого звука. И вдруг у кого-то звонит мобильный телефон. "Вот видите, как здесь все устроено -- чтобы ни у кого даже в случае ЧП не прерывалась сотовая связь с поверхностью", -- очень серьезно говорит Солуянов, и экскурсанты с готовностью верят: "Еще бы, Сталин же в любой момент мог захотеть связаться с кем-то, кто на поверхности».
"Мы знали, что мы слабей Германии"
Решение о строительстве бункера было принято сразу после начала войны, рассказывает директор, стоя у стенда с Постановлением Госкомитета обороны.
-- Напомни, пожалуйста, когда у нас началась Великая Отечественная, -- Солуянов обращается к мальчику лет двенадцати, пришедшему на экскурсию с родителями.
Тот переминается с ноги на ногу, смотрит на отца, явно ожидая подсказки.
-- В 1942-м, осенью, кажется, -- наконец отвечает он.
Перехватив мой взгляд, Солуянов тихо говорит:
-- Подождите, мы еще продолжим этот тест -- дальше будет еще интереснее.
Экскурсия продолжается рассказом о переехавших в Куйбышев фабриках, заводах и учреждениях культуры.
-- Ленинградская симфония впервые была исполнена у нас, поскольку Дмитрий Дмитриевич Шостакович находился здесь в эвакуации. Дом, где он жил, совсем рядом.
Функции второй, "запасной" столицы Куйбышев принял на себя уже в октябре 1941 года. Вот постановление Государственного комитета обороны, принятое 15 октября.
"Сов. Секретно. Особой важности.
Ввиду неблагополучного положения Можайской оборонительной линии, Государственный комитет обороны постановил:
1. Поручить т. Молотову заявить иностранным миссиям, чтобы они сегодня же эвакуировались в г. Куйбышев (НКПС -- т. Каганович обеспечивает своевременную подачу составов для миссий, а НВД -- т. Берия организует их охрану).
2. Сегодня же эвакуировать Президиум Верховного Совета, а так же правительство во главе с заместителем председателя СНК т. Молотовым (т. Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря по обстановке).
3. Немедля эвакуироваться органам Наркомата обороны и Наркомвоенмора в г. Куйбышев, а основной группе Генштаба -- в Арзамас.
4. В случае появления войск противника у ворот Москвы поручить НКВД -- т. Берия и т. Щербакову произвести взрыв предприятий, складов и учреждений, которые нельзя будет эвакуировать, а также все электрооборудование метро (исключая водопровод и канализацию).
Председатель Государственного комитета обороны И. Сталин"
17 октября в Куйбышев приезжает председатель Президиума Верховного Совета СССР Михаил Калинин. Сюда были также эвакуированы часть аппарата ЦК ВКП (б), некоторые отделы Наркомата обороны, ЦК ВЛКСМ и Совнаркома. Чуть позже здесь обосновался и Исполком Коминтерна во главе с Георгием Димитровым. Прибыл и дипкорпус, вместе с ним в "запасную столицу" было откомандировано около 400 человек из состава 2-го Главного управления НКВД СССР.
"Мы знали, что война не за горами, что мы слабей Германии, что нам придется отступать. Весь вопрос был в том, докуда нам придется отступать -- до Смоленска или до Москвы, это перед войной мы обсуждали", -- вспоминает маршал Москаленко. Они действительно это знали -- после истребления в 1937-м цвета РККА и многотысячной чистки всей армейской вертикали, после пакта Молотова--Риббентропа в 1939-м, после демонстративного невнимания к предупреждениям разведчиков-антифашистов. В 1941-м обсуждали не только то, придется ли отступать до Москвы, -- Сталин размышлял над вопросом о капитуляции. Неподалеку от бункера небольшой, довольно скромный, давно не реставрировавшийся особняк. Здесь в доме 126 по улице, с послевоенного времени называющейся Молодогвардейской, располагалось посольство Болгарии. "Сталин, Берия и Молотов обсуждали вопрос о капитуляции, -- пишет Москаленко. -- Они договорились между собой отдать немцам Прибалтику, Молдавию и часть других республик. Пытались связаться с Гитлером через болгарского посла... Говорил Молотов, назвав предложение "возможным вторым Брестским договором". Болгарский посол посредником быть отказался.
"Акт рассекречен, можете читать"
Именно Метрострою было поручено строительство в Куйбышеве двух командных пунктов и бомбоубежища первой категории. О том, как шли работы и какой ценой, в экскурсии по бункеру рассказывают лаконично. Документы об этом уникальном строительстве хранятся в Самарском областном архиве социально-политической истории, бывшем партийном.
-- Акт о приемке спецобъекта №1 рассекречен, вы можете его изучить, -- и заместитель директора архива Калерия Катренко выносит мне тоненькую папку, предварив просмотр преамбулой: -- Для выполнения работ из Москвы было направлено 2900 рабочих, 800 инженерно-технических работников и 400 человек служащих. Эшелоны с ними прибывали с 3 по 23 ноября 1941 года.
Со всех была взята подписка о неразглашении. Объект был сдан в эксплуатацию 6 января 1942 года (планировали закончить все работы к декабрю 1941-го). Но он не эксплуатировался до 90-х годов, когда было принято решение о его музеефикации. Бункер ныне находится в ведении Главного управления по делам ГО и ЧС Самарской области.
Из Акта правительственной комиссии по приемке спецобъекта:
"Объект расположен на территории двора областного Комитета ВКП (б) и представляет собой бомбо-газоубежище 1-й категории, предназначенное для укрытия и работы ста человек во время воздушного нападения...Объект имеет 4 рабочих комнаты по 23 кв. метров каждая, зал заседаний в 72 кв. метра и комнату отдыха в 36 кв. метров. Общая полезная площадь составляет 200 кв. метров. Все помещения убежища располагаются частично в вертикальном шахтном стволе диаметром в свету 7,5 метров и частично в горизонтальной подземной камере, расположенной на глубине 33 метров... Ствол разделен междуэтажными перекрытиями на 9 этажей, из коих 5 этажей заняты обслуживающими помещениями -- фильтро-вентиляционной камерой, щитовой, аккумуляторной и прочими. На уровне 6-го этажа ствола (считая сверху) размещаются зал заседаний и комната отдыха, соединенные со стволом подходным коридором. Вход в убежище из здания обкома ВКП (б) осуществлен через вновь пристроенный к зданию вестибюль. Конструкции шахт выполнены из чугунных тюбингов. Камеры, в которых размещены зал заседаний, комната отдыха, резервная электростанция, а также подходные коридоры, выполнены в бетоне... Защитные конструкции объекта рассчитаны на однократное ФАБ-2000 (фугасная авиабомба весом 2 тонны. -- Ю.К.). Это достигается устройством бетонного монолитного тюфяка толщиной 3,5 метра, перекрывающего ствол-убежище и часть примыкающих подходных коридоров. Зал заседаний и комната отдыха защищены толщей грунта в 29 метров... Стоимость объекта 8,5 млн. рублей". (Это в ценах 1941 года.)
Бункер для командного пункта НКВД строился отдельно. Где он находился -- или находится, -- неизвестно и сейчас.
По Самаре до сих пор бродят слухи, что знаменитый сверхсекретный спецобъект строили зэки, которых впоследствии расстреляли во избежание разглашения тайны. Солуянов утверждает, что это не так:
-- Здесь нужна была особая квалификация даже на черных работах. Кто бы стал при таком дефиците времени готовить зэков. Нет действительно все делали профессиональные метростроители. И они до сих пор к нам приезжают, но ничего не рассказывают -- их подписка о неразглашении не имеет срока давности.
"Простите нас за беды и боль"
И вот мы в святая святых -- в зале заседаний и комнате отдыха Верховного главнокомандующего.
Из Акта о приемке:
"Стены зала заседаний оштукатурены без убранства, а потолок оформлен штукатурными тягами небольшого профиля. Окраска стен зала -- качественная клеевая, палевого тона: свод окрашен белым цветом. В комнате отдыха стены украшены декоративной тканью с дубовой раскладкой, а потолок разбит на простейшие квадраты".
Действительно -- все "без убранства". В комнате отдыха -- сероватая материя обивки стен, розовато-бежевый потолок и белый чехол казенного дивана. Два портрета -- Суворова и Кутузова, такие же висели у Сталина в Кремле. От пола и до уровня глаз по периметру комнаты -- темные деревянные панели, тоже а-ля кремлевские. И шесть дверей. Одна -- в санузел, пять остальных -- в никуда. В Акте о приемке об этих дверях ни слова.
-- Предполагают, что эти двери должны были создавать впечатление объемности, нивелировать давящее ощущение огромной глубины, -- рассказывает Солуянов.
Есть еще одна, не менее убедительная версия, вполне соответствующая характеру Сталина. Посетитель -- хоть входить сюда могло только ближайшее сталинское окружение -- в любой момент должен был ожидать появления сотрудников НКВД. Из этих самых дверей, которых не существовало. Но привычный страх -- был.
Зал заседаний тоже аскетичен. Карта военных действий на 1942 год, громоздкий эбонитовый телефон правительственной связи на письменном столе Главнокомандующего. Перпендикулярно к нему, во всю длину помещения -- стол для заседаний Ставки со столешницей из зеленого сукна. У стены маленький стол для стенографисток. И рядом, у выхода еще два: для личного помощника Сталина -- Поскребышева и для дежурного охранника. Над дверью портреты троих "основоположников".
С безнадежностью в голосе директор обращается к тестируемому мальчишке:
-- Кого из них ты знаешь?
Подумав, тот указывает на Маркса:
-- Вот этого. Лев Толстой.
В конце экскурсии -- хроникальный фильм о параде в Куйбышеве 7 ноября 1941 года. В тот день в Куйбышеве было морозно и ветрено. Поднимают воротники легких пальто иностранные дипломаты на трибуне. Пытаются сохранить торжественность советские партийные руководители. Старательно чеканят шаг бойцы двух дивизий -- 65-й и 237-й. С парада они уходят на фронт. Парад принимал сталинский нарком обороны маршал Ворошилов. Крупный план: мешковатая фигура, напряженное лицо и явно замерзшая на стуже, поднятая домиком к виску рука.
Происходящее на экране, кажется, мало интересует мальчишку, так и не вспомнившего, когда же началась война. Он подходит вплотную к телевизору и восхищенно восклицает:
-- Во Сталин жил! Уже тогда у него "Самсунг" был.
Листаю книгу отзывов: записи на разных языках.
"Огромное впечатление от экскурсии по этому объекту, надеемся, что он никогда не будет использован по назначению. Мы получили огромное впечатление от того, что построили русские строители, и надеемся, что такие сооружение больше никогда не будут нужны. Швейцария".
"Что за привилегия быть в этом месте в качестве друга и союзника, каковыми мы были в годы войны. Да благословит нас всех Бог миром. Техас".
"Извините нас за беды и боль, принесенные вашем народу. Экскурсия из Гамбурга".
-- Пришлите газету с публикацией, -- просит на прощание Анатолий Солуянов и диктует адрес, от которого сойдут с ума сотрудники почты: "Самара. Бункер Сталина". Юлия КАНТОР |
