| Госоркестр впервые выступил со своим новым дирижером В четверг вечером вопреки происходящему в Москве новый музыкальный хозяин когда-то просто знаменитого, а после многочисленных скандалов еще и печально знаменитого ГАСО Марк Горенштейн все-таки не отказал себе в удовольствии дебютировать в БЗК с перепуганными подчиненными. Концерт, как было запланировано ранее, посвящался памяти великого главного дирижера Госоркестра Евгения Светланова, с которым коллектив проработал свои лучшие 35 лет и от которого потом отказался. Поэтому на сцене была крупного размера фотография маэстро в романтической позе, программка содержала разрозненные выдержки из его интервью, а буклет предлагал некоторое количество фотографий нового маэстро с выражением лица почти таким же романтическим, как у далекого предшественника. Горенштейн ни словом не обмолвился об одновременных событиях, зато предложил почтить память Светланова минутой молчания (характерно, что этот день в светлановской биографии ничем не знаменит). В зале был аншлаг, галерка переполнена, в партере -- узнаваемые лица чиновников, актеров, общественных деятелей.
Помпезный вечер, призванный утвердить бывшего руководителя молодежного по возрасту и качеству оркестра «Молодая Россия» Горенштейна в ранге светлановского преемника, выбранного чуть ли не самим мастером, состоял из Второго фортепианного концерта Рахманинова с Николаем Петровым и Второй симфонии Скрябина -- любимых композиторов Светланова, согласно утверждениям Горенштейна. Последний был до сих пор известен не столько музыкантской уникальностью, сколько крутым нравом и хорошими связями среди чиновников. Поэтому его дебюту была как воздух необходима сильная имиджевая акция.
Можно сказать, что она удалась. Партитуры были озвучены в силовой манере не без величавости, в финале Горенштейн припадал к большому фото, и все бурно аплодировали.
Между тем само качество исполнения оказалось средним. Солист Николай Петров играл строго мимо нот, совершенно не заботясь ни о фразе, ни о звуке, ни о том, чтобы чем-нибудь еще замаскировать халтуру и неряшливость. Впрочем, спрос с него вовсе не должен быть таким уж строгим: биография этого музыканта давно стала биографией популярного в народе деятеля. Что касается оркестра, его вступления были неточны, артикуляции не прослушивалось, динамика выполнялась приблизительно, а несинхронность действий солиста и оркестра никак нельзя списать на то, что сотрудничеству этого оркестра и нового дирижера чуть больше месяца от роду.
Вторая симфония Скрябина удивила еще больше. Дело даже не в проблемах оркестровой артикуляции, баланса групп, отсутствия звука, непластичной и претенциозной фразировки, которые стали здесь еще очевиднее. Странно другое. Никто не предполагал, что Скрябин, нервный жизнетворец и визионер, на самом деле писал уличные марши и государственные гимны. Или что в старинном Госоркестре, в который вместе с Горенштейном пришли еще человек пятнадцать из «Молодой России», теперь лучше всего звучат тарелки и литавры, а дирижер считает нужным это всячески подчеркивать.
В новом сезоне, слегка перекроенном в связи с уходом последнего худрука Василия Синайского и приходом Горенштейна, последний еще сможет удивить своим слышанием музыки Равеля, Франка, Россини, Дюка, Паганини и Бетховена. В двух абонементных сериях есть и другие дирижерские имена -- Сондецкиса, Ведерникова, Вольдемара Нельсона, Арнольда Каца и Дмитрия Ситковецкого, которого Горенштейн выбрал в качестве главного приглашенного дирижера. По словам нового худрука ГАСО, он также договорился о партнерстве с Федосеевым. И если сейчас качество оркестровой игры объясняют малым сроком работы нового руководителя, то скоро будет видно, сказывается ли она на звучании оркестра и на его способности как-то чувствовать не только мужественную руку крутого начальника. Юлия БЕДЕРОВА |
