Аккорд еще рыдает

Обозреватель «Новой» Борис Вишневский — о том, почему диктатура не умеет бороться с кризисами

медицинских работников погибло в Петербурге и Ленобласти с начала пандемии COVID-19 (*по данным «Списка памяти»)

Дом числится освобожденным от проживающих. Женщины и маленькие дети замерзают без электричества, газа и воды

Вот и завершается многоэтапная эпопея зачистки домика в Коломне — печально известного сквота на углу Английского проспекта и улицы Союза Печатников. Позавчера оттуда выдворили последних официально зарегистрированных жильцов.

С вещами на выход

Под конец дня обитатели квартиры № 39 Ирина Неклюдова, мать двоих детей (имеющая постоянную регистрацию в доме с 1985 года), и Рудольф Айзатуллин (постоянно зарегистрированный здесь с 1989 года) пытались собирать свои пожитки. Правда, сборами это назвать можно было с большим трудом.
— Какие-то рабочие просто кидают вещи в кучу и трамбуют ногами. Это уже не вещи — барахло, — вздыхает Рудольф, — перевезем, чтобы выбросить...
Никаких депутатов, равно как и омбудсмена, поблизости не наблюдалось, зато в квартире и на подступах к ней, по оценке жителей, дежурили порядка двадцати представителей правоохранительных органов. Сына Ирины, 23-летнего Дмитрия Молчанова, с 4-летней сестренкой Ариной Неклюдовой к тому времени давно уже выставили за дверь (они долго сидели в парадной, потом поехали к родственникам). Взрослых постигла та же участь, только с применением физической силы. Впрочем, через некоторое время их все же впустили обратно. Чего не скажешь о защищающей права Неклюдовых юристе Надежде Ежковой: она так до конца дня и простояла внизу у подъезда.
— Выпихивая меня за порог, мне заломали руки, ударили по почкам, — перечисляет Рудольф Айзатуллин. — Но я еще легко отделался.
С Ириной, у которой врожденный порок сердца, обошлись менее гуманно.
— Меня выволокли на лестничную площадку за руки — за ноги и бросили на пол, — утверждает Неклюдова. — Было очень больно, и я, хоть и старалась сдерживаться, все же сильно кричала. С дочерью случился шок.
Как говорят выселяемые, приставы свою задачу выполнили. «Но почему в дело вмешалась милиция? Ведь это не их прерогатива!»
Притом что еще накануне лидеры мятежного сквота (они же советники депутата Государственной Думы Виктора Черепкова) обратились в Городскую прокуратуру с требованием прислать дежурного прокурора, который мог бы проконтролировать законность процедуры выселения. Но подчиненных Сергея Зайцева жители так и не дождались.
К Ирине в течение дня трижды приезжала скорая помощь. Последний раз медики явились даже без вызова — так беспокоились. Предлагали госпитализацию. «Но если я лягу в больницу, это будет означать, что мы сдались...»
С утра, когда начали вскрывать опальную квартиру, трое лимоновцев — Александр Яшин, Игорь Широков и Анна Воробьева — приковались к двери цепью и начали скандировать: «Расселяйте лучше Смольный!» Все ребята были задержаны и доставлены в милицию, в 1-й отдел, всем инкриминируется «проведение несанкционированного митинга».
— На данный момент мы остались единственными, кто помогает выселяемым из этого дома, — уверен активист питерских лимоновцев Андрей Песоцкий. — Другие политические силы предпочли либо отпиариться на людской беде и отойти в сторону, либо в силу низкой организованности уже фактически отказались от борьбы за права жителей улицы Союза Печатников.
Радикал-оппозиционер Михаил Дружининский с этим не согласен. «Взять хотя бы то, что Неклюдовым и Айзатуллину навязали коммуналку в Колпино, хотя по закону они имеют право жить в Коломне», — объясняет он. Дружининский напоминает и о том, что в марте 2007 года, во время серии процессов в Октябрьском федеральном суде о принудительном выселении жильцов дома 28/29 — из которых около 15 были несовершеннолетними детьми, «сотрудник прокуратуры отказал в ходатайстве об участии в судебных слушаниях представителей органов опеки и попечительства».
— На мой взгляд, чтобы решить проблему жильцов этого дома, руководству Городской прокуратуры нужно было лишь приостановить расселение и провести свое расследование в рамках федерального закона «О прокуратуре РФ», — считает Михаил Дружининский.
Между тем еще минимум три квартиры в доме — 7-я, 11-я и 44-я — заняты людьми, но судебных исков об их выселении не подавалось, и таким образом, они нигде не учитываются.
Вчера, когда верстался номер, мы связались с Ириной Неклюдовой — она находилась в доме на Союза Печатников, в квартире № 11, где до сих пор живут две женщины и маленький ребенок: Ольга Бодина, ее дочь, 19-летняя Алиса, и трехлетний сын Алисы Андрюша.
— Здесь страшная холодина, зуб на зуб не попадает. Все коммуникации отрезаны, нет ни света, ни воды, ни газа. Мальчик замерз, плачет. Я после вчерашнего чувствую себя ужасно, болит все тело, еле хожу, — телеграфным текстом передает Ирина. — А еще обещают заварить дверь в парадную.
«Но мы все равно не отступим!» — подбадривают сами себя жильцы. Как там писал незабвенный Надсон: «Пусть арфа сломана — аккорд еще рыдает»?
Со вчерашнего дня домик в Коломне числится девственно чистым.

Валерия СТРЕЛЬНИКОВА
Фото Сергея ЕРМОХИНА