Оригинал материала
«Он жил в семье зайчиков, а поедет в семью ежиков»
До двух лет Дима жил с родителями, а потом попал в дом ребенка: отца осудили на четыре года, мать осталась с сыном одна, перестала справляться. Она обещала, что заберет Диму из учреждения, но не вернулась. Позже мальчика взяла на воспитание новая семья, но отказалась от него через две недели...
Помогаем День аиста Собрано 159 636 Нужно ∞ ПожертвоватьМедсестре новосибирского роддома Екатерине Карамаликовой посреди рабочего дня позвонили из организации усыновителей «День аиста». «Кать, вы же собирались за вторым? Вроде как девочку хотели? У нас есть мальчик. В общем, подумайте», — сказала руководитель школы опекунов Ольга Шуваева.
Екатерина посовещалась с мужем Сергеем и через 15 минут перезвонила Шуваевой: они берут Диму.
Второй раз ошибиться нельзя
Дима родился в 2016 году в Кемеровской области. Отца мальчика осудили на четыре года, и мать осталась с ним одна. Вскоре передала сына в дом ребенка, пообещав, что вернется за ним, и не вернулась. Позже ее лишили родительских прав. А мальчик остался в доме ребенка.
В декабре 2020-го четырехлетнего Диму взяла под опеку семья из Новосибирска, но через две недели приемные родители поняли, что не справляются, «умирают на этом поприще», и сообщили районному отделу опеки, что хотят отказаться от ребенка. Опека связалась с организацией «День аиста», которая работает с проблемой сиротства уже 17 лет.
ДимаФото: Ирина Беляева «День аиста» готовит и сопровождает замещающие семьи с приемными детьми. У Екатерины и Сергея Карамаликовых уже был к тому моменту один приемный ребенок — сын Кирилл. Они завсегдатаи «Дня аиста» — участвуют во всех программах и тренингах. На одной из встреч Екатерина обмолвилась, что думает над усыновлением второго ребенка. И когда руководитель школы опекунов Ольга Шуваева узнала, что Диме срочно нужна новая семья, подумала про Карамаликовых.
«Мы посмотрели списки всех наших выпускников школы опекунов и остановились на них. Катя тут же попросила всю информацию о мальчике. Ну как всю — обычно мы не показываем потенциальным родителям фотографии ребенка, чтобы люди не повелись на сходство, а рассказываем про возраст, здоровье и особенности поведения», — говорит Ольга Шуваева. В «Дне аиста» с семьями побеседовали социальный педагог и психолог, после чего направили в опеку тех, кто наиболее подходил их требованиям.
«Когда “Аисты” позвонили, мы были готовы принять Диму. От звонка до того момента, когда он уже приехал к нам домой, прошло чуть больше месяца, — вспоминает Екатерина. — Все случилось очень быстро, чтобы меньше травмировать его, чтобы он опять не попал в сиротское учреждение. В апреле будет два года, как Дима в семье».
Карамаликовы собирают пазлыФото: Ирина Беляева За месяц, пока готовились документы, «Аисты» организовали для Карамаликовых и предыдущих опекунов Димы несколько встреч: на своей территории и на детской площадке возле дома, где жил мальчик.
«Параллельно с Димой работали психологи из “Дня аиста”. Ему, например, объясняли, что он жил в семье зайчиков, а скоро поедет в семью ежиков. Занятия проводили в игровой форме. Но одному Диме известно, что у него в тот момент в голове происходило», — вздыхает Екатерина.
«Пришлось шкафчиком делить комнату»
В день приезда Димы Екатерина приготовила домашние пельмени и аккуратно выложила на тарелку. Они получились большими и разваристыми. «Штук пятнадцать вышло, дала Диме пять. Он их ест, ест и еще накладывает. А я смотрю на него и не понимаю, что делать: то ли остановить, то ли он такой голодный и это нормально. Съел все. Раньше Дима молотил все подряд, даже страшно было: а вдруг плохо станет ребенку? Нет, нормально. Сейчас он потихоньку наедается, со старшего брата Кирилла пример берет, избирательность какая-то появилась, — рассказывает Екатерина. — А первые девять месяцев после того, как попал к нам, хотел завтракать исключительно манной кашей, приходилось всей семьей ее есть».
«Катя с Кириллом как-то уезжали на несколько дней, и мы с Димой оставались вдвоем, так я даже рецепт этой каши попросил», — смеется Сергей.
Дима, Кирилл и кошка СимаФото: Ирина Беляева Адаптация в семье у Димы продолжается до сих пор, считают Карамаликовы. В школе приемных родителей они изучали стадии усыновления: первая — медовый месяц, который продолжается, пока ребенку устраивают встречи с семьей. «А дальше начинается треш», — смеется Екатерина.
Старшему приемному сыну Кириллу десять лет. Его Карамаликовы усыновили двухмесячным. И он ужасно ревновал Диму к родителям первое время, потому что восемь лет был единственным ребенком в семье, а тут вдруг — брат. Кирилл даже попросил маму с папой купить разделительную ленту, чтобы Дима «не заходил на его территорию» в детской.
«Нам пришлось шкафчиком делить им комнату. Но бывает и так, что старшему, например, неохота делать уроки и он играет с Димой. Мы даем им время. Вообще у нас Кирилл — тролль восьмидесятого уровня, он брата поддразнивает. Но что-то трогательное в их отношениях проблескивает, конечно, — отмечает мама детей. — Как-то Дима перед сном мне рассказал, что Кирилл за него заступился на тренировке по джиу-джитсу, куда они вместе ходят. Так хочется, чтобы мальчишки были близки».
Карамаликовы рассказывают сыновьям об их кровных родителях. И с Кириллом такие беседы проходят легко и естественно, а Дима до сих пор помнит свою первую семью. Екатерину и Сергея он начал называть мамой и папой только через несколько месяцев — поначалу отказывался, говорил, что «так не может».
«Нам психологи объяснили, что когда люди возвращаются с войны в мирное время, то не могут найти себе место. И Дима такой же был: он вроде как дома, но как себя вести — не понимал. И вытворял такие вещи, будто грудничок. И когда начинаешь осознавать, что он просто пропустил этот период в своей жизни, становится легче. Мы учим детей, они учат нас. Такая адаптация», — говорит Екатерина.
ДимаФото: Ирина Беляева «Дима раньше кричал сильно. У него голос звонкий, как сирена. Еще у него очень сложно было с контактом, он не любил обниматься», — добавляет Сергей.
При вторичном отказе ребенок чувствует страх, потому что уже был в такой ситуации, добавляет Ольга Шуваева: «Один возврат, два, три — кажется, у детей уже стирается какая-то грань. Мы недавно в семью определили 12-летнюю девочку — от нее отказывались четыре раза. Ребенок боится, что сделает что-то не то — и его опять определят в детдом, поэтому какое-то время старается держать себя в рамках. Но невозможно же постоянно держать. Когда доверие возвращается, дети расслабляются и ведут себя как их сверстники не из системы».
«Ищут недостатки не в себе, а в ребенке»
Возврат ребенка в систему называется вторичным сиротством.
«Ребенка забирают у людей, которые решили от него отказаться, и помещают в сиротское учреждение, так сказать, на реабилитацию. И он опять остается никому не нужным, — объясняет Ольга Шуваева. — Мы готовим новую принимающую семью к встрече с ребенком: с родителями работают социальные педагоги и психологи. Например, если ребенок старше десяти лет, он имеет право отказаться. Тут еще важно, чтобы “отдающая” семья некоторое время согласилась придержать ребенка у себя, потому что часто бывает так, что люди просто “сдают” его в детдом. Да, происходят разные ситуации, но мы работаем над тем, чтобы не наносить маленькому человеку дополнительную травму».
«День аиста» старается создать «бесшовный переход» — когда ребенок минует детский дом при переходе из семьи в семью. Сейчас на сопровождении «Дня аиста» пять семей, которые воспитывают семерых детей, столкнувшихся со вторичным сиротством.
Стенгазета «Путь ребенка» — ее Карамаликовы все вместе делали на занятиях в «Дне аиста». На ней нарисован жизненный маршрут Димы и Кирилла: от рождения до попадания в семьюФото: Ирина Беляева По данным Росстата, в Новосибирской области за 2021 год по инициативе замещающих родителей в систему «вернули» 84 ребенка. Из них 21 — в течение одного года с момента передачи на воспитание в семью, 49 — по истечении пяти лет и более, восемь — по инициативе органа опеки из-за «ненадлежащего исполнения семьей обязанностей по воспитанию».
Всего в России более 60 процентов вторичных отказов в 2021 году произошло по инициативе усыновителей. В том же году организация «День аиста» сопровождала перемещение из семьи в семью шестерых детей в возрасте от двух до одиннадцати лет.
«Не хочу осуждать предыдущую семью Димы, потому что все мы люди и родителями становимся, а не рождаемся. С трудностями каждый справляется по-своему. Нам тоже до сих пор бывает непросто. Благо у нас есть поддержка “Аистов”», — говорит Екатерина Карамаликова.
Одна из причин отказа от приемного ребенка — преувеличение семьей своих возможностей, считает руководитель школы опекунов «Дня аиста».
Екатерина КарамаликоваФото: Ирина Беляева «А ресурсы ведь быстро истощаются — хоть с маленьким, хоть с большим ребенком. Маленький будет привыкать очень тяжело, большой — постоянно проверять взрослых. И хорошо, когда есть партнер, которому можно передать бразды и выдохнуть, — отмечает Шуваева. — Некоторые родители ищут недостатки не в себе, а в ребенке, приписывают ему несуществующие болезни. Мало кто признается, что сам не справился».
* * *
Сейчас Дима очень контактный, общительный, добрый и любопытный. Ходит в логопедический садик, где у него «тридцать друзей», на тренировки по джиу-джитсу и мечтает накопить на «настоящий телефон, чтобы звонить бабе, маме и папе». А пока бегает с игрушечным.
«Вообще в нашей жизни с появлением Димы, конечно, многое поменялось. Я стала домохозяйкой. Сейчас детям нужна мама, потому что они очень быстро растут», — говорит Екатерина Карамаликова.
Приемное родительство — это, помимо радости, и колоссальная работа, напоминает Екатерина: «Мы детей укладываем и полдвенадцатого ночи и бежим книжку читать, как с ними обращаться, как сиблингов воспитывать. Вообще времени для себя немного получается. Если только в отпуске. Очень нужна перезагрузка».
Дима прыгает на кроватиФото: Ирина Беляева «Наша школа усыновителей и опекунов одна из старейших в России», — рассказывает Ольга Шуваева. Среди проектов этой НКО — ресурсная группа для опекунов с маленькими детьми «Дочки-сыночки», клуб отцов «Суперпапа», волонтерское объединение активистов-усыновителей «Вместе», выездные тренинги, а также клуб «Беседка», где приемные родители делятся друг с другом проблемами и радостями, а их дети заводят новых друзей.
«Мы постоянно на связи с психологами “Аистов”. Может, мы, конечно, им уже надоели, — говорит Екатерина. — Но я во всех проектах там участвую. Кирилл по субботам ходит в терапевтическую группу для подростков. А с Димой работали дефектологи. Любые консультации, сопровождение, трудности — “Аисты” всегда нам помогают».
Давайте и мы с вами поможем «Дню аиста»! Пожалуйста, оформите любое пожертвование в фонд, чтобы детям с трудной судьбой и их приемным родителям было на кого опереться, у кого получить помощь. Спасибо!
Материалы выпущены при поддержке благотворительного фонда «Абсолют-Помощь»