«Все совпадения неслучайны» — душераздирающий сериал Альфонсо Куарона с Кейт Бланшетт

Героиня получает по почте роман о себе. И он начинает разрушать ее жизнь

Одна из самых заметных сериальных премьер этой осени — шоу «Все совпадения неслучайны», вышедшее на AppleTV+. Проект режиссера «Гравитации» и «Ромы» Альфонсо Куарона с Кейт Бланшетт долго раскачивается и превращается из комфортной мелодрамы в феминистский триллер. По просьбе «Медузы» о сериале рассказывает кинокритик Елена Смолина.

Премьера семисерийной мелодрамы Альфонсо Куарона «Все совпадения неслучайны» (в оригинале более экономно — «Disclaimer») состоялась на Венецианском фестивале — спустя шесть лет после того, как там же победил фильм «Рома». В ключевой сцене самой личной и совершенной картины знаменитого мексиканского режиссера главная героиня, не умеющая плавать домработница Клео, без страха входила в неспокойный океан — и спасала детей семьи, в которой работала. Позже, на берегу, Клео со слезами признавалась, что ее собственного ребенка, который родился мертвым, она не хотела. В наградном сезоне 2019 года этот фильм получил не только венецианского «Золотого льва», но и три «Оскара».

Между «Ромой» и «Все совпадения не случайны» — трагический контраст. Клео спасла чужих детей; героиня нового сериала Куарона, Кэтрин Рэвенскрофт (Кейт Бланшетт), в такой же ситуации не поплыла за собственным ребенком. Но самое пугающее в этом сравнении то, что в последнем случае происходящее не вызывает практически никаких эмоций. Режиссер «Дитя человеческого», «Гравитации» и «И твою маму тоже» продолжает исследовать темы искупления, жертвы, горевания, материнской любви и отвержения, а также того, как секс соотносится с властью. Но при всей тематической близости «Рома» и «Все совпадения неслучайны» друг другу как будто неродные.

В свое время с помощью «Ромы» Куарон помог Netflix наконец совершить набег на мир «престижного» кинематографа и принес платформе ее первые «Оскары»: это был фильм такого класса, что его не могли игнорировать ни фестивали, ни академики кино, до того относившиеся к релизам платформы по-снобски. «Все совпадения неслучайны», снятые по заказу AppleTV+, теперь уже маркируют конец «престижного телевидения» — на смену этой эре приходит эра «престижного мыла».

В другой экономической реальности «Все совпадения неслучайны», конечно, были бы полнометражным фильмом, а не телешоу из семи серий. Но реальность не выбирают — и сюжетные перипетии одноименного романа-бестселлера Рене Найт, на котором основан сценарий, Куарону приходится расходовать экономно. Так экономно, что даже эффект от финального бодрящего твиста почти полностью гасится предшествующими часами монотонного сторителлинга.

История стартует, когда успешная документалистка Кэтрин Рэвенскрофт получает по почте самиздатовский роман и немедленно принимается его читать. В героине романа она узнает себя — женщину, которая познакомилась в Тоскане с молодым человеком, а на следующий день тот утонул, спасая ее четырехлетнего сына.

В события двадцатилетней давности, подозрительно подробно описанные, Кэтрин предлагается погрузиться не ради ностальгии. С помощью книги пенсионер и вдовец Стивен Бриксток (Кевин Клайн), отец утонувшего в Тирренском море Джонатана, намерен до основания разрушить жизнь Кэтрин. В идеале так, чтобы жизнь героини предельно напоминала его собственную. Поначалу Кэтрин думает, что он автор книги, но зритель знает, что незадолго до смерти ее написала мать Джонатана.

Как бы то ни было, книга последовательно оказывается в руках мужа (Саша Барон Коэн), сына (Коди Смит Макфи) и коллег Кэтрин. Литературные достоинства романа подкрепляет пачка фотографий неодетой Кэтрин, снятых Джонатаном на новенький, подаренный отцом Nikon. Эти фотографии в сочетании с профессией героини (она документалистка — и сама занимается поиском правды) сначала осторожно, а потом уже более уверенно формулируют тему сериала: если реальность попадает в чей-то объектив, то, измененная авторским взглядом, может ли она оставаться реальностью?

Некоторые ученые, исследующие память, считают, что воспоминание, наиболее точно отражающее реальное событие, — то, к которому не прикасались; то, которое не воспроизводили множество раз. Как в таком случае быть с воспоминанием Кэтрин, возрожденным литературной реконструкцией? Реконструкцией, целиком основанной только на фотографиях, — мать Джонатана не была свидетельницей описываемых событий, но ее книга начинает влиять на саму Кэтрин.

Сериал Куарона блистательно сыгран. И потрясающе снят сразу двумя великими операторами — Эммануэлем Любецки и Бруно Дельбоннелем — в изысканной, отстраненной и элегантной, как сама героиня, эстетике: сцены подсвечены то контровым солнечным светом, то россыпью теплых, прошивающих сизый морок лампочек.

Он начинается и раскачивается как мелодрама, но к последней серии пикирует в ладный, классический по форме и феминистский по тематике триллер. Только вот к своей героине режиссер, когда-то сумевший даже космическую «Гравитацию» снять как личный, будто бы прожитый им самим фильм, относится предельно формально.

Одно то, с какой помпой Кэтрин анонсирует, выбирает и жарит камбалу для особенного семейного ужина, способно убедить нас в том, что каждое слово в уничтожающем ее романе правда. Мы видим неприятную, по-настоящему плохую женщину — холодную, порочную, лживую. Плохую мать, никакую жену. Поверить такой героине невозможно. Куарон выстраивает свою любопытную и неглупую «историю о неприятной женщине» в духе других образцов жанра, поддерживая давний тренд («Потерянная дочь» Мэгги Джилленхол по роману Элены Ферранте была фильмом «о неприятной женщине», роман Тэффи Бродессер-Акнер и одноименный сериал Hulu «Флейшман в беде» — тоже). Но делает это без сочувствия — и без особого интереса.

Неприятной женщине никто не верит, но всем, включая рассказчика, все равно.

Елена Смолина