Идеи из бронепоезда

На фоне ожиданий мира повышается активность тех, кто требует продолжения боевых действий, хотя и ожидает разной «победы»

18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ВИШНЕВСКИМ БОРИСОМ ЛАЗАРЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ВИШНЕВСКОГО БОРИСА ЛАЗАРЕВИЧА.

На фоне ожиданий того, что в наступившем году боевые действия все-таки остановятся, предсказуемо оживились «ястребы» — те, кто жаждет прямо противоположного.

Характерно, но неудивительно то, что при этом вновь оказываются чрезвычайно похожи те, кто стоит по разные стороны баррикад.

Сначала очередным глубокомысленным текстом порадовал свою публику Владислав Сурков, уверенно предрекающий «нашу победу» и «второй раздел Украины» (первым он считает Минские соглашения). Естественным следствием этого, как он уверяет, будет рост числа желающих «покосплеить наше дерзкое, консолидированное и воинственное государство, у которого «нет границ», так как «русские как флагманский этнос Евразии демонстрируют впечатляющий успех в деле ретрансляции империи».

Вслед ему (уже не помню, в какой раз) «строить Империю всерьез» и «перейти к настоящей мобилизации» потребовал Александр Дугин. Традиционно сопроводивший свой призыв требованием новых репрессий, которые должны быть «полноценными и наглядными». И далее вполне конкретно: «осуждение Горбачева, Ельцина и всех их прихвостней», «показательные процессы и казни», «не стыдливые, как сейчас, а решительные, и выход на новый виток».

Державные мечтания Суркова, заметим, содержат существенный политический изъян.

Ведь если вырастет число желающих брать с этого пример — становясь «дерзкими», «воинственными» и руководствующимися принципом «нет границ», — то где гарантия, что они, «ретранслировав империю», с должным почтением отнесутся к российским границам?

Впрочем, писания Суркова проходят скорее по разряду современного российского фэнтези с попаданством века на два назад — в то время как Дугин в очередной раз демонстрирует взгляды, до степени смешения неотличимые от фашистских, и вполне подходящие под определение разжигания вражды и ненависти.

Напомним, что Дугин раз за разом не только призывает к репрессиям, но и требует уничтожения ненавистных ему либералов. Теперь договорился до «осуждения прихвостней Горбачева и Ельцина» (это он о ком, интересно — как бы кто не подумал об операции «Преемник»?) и до требования «показательных процессов и казней». К «публичным казням» призвал недавно еще один «ястреб» — пропагандист Владимир Соловьев…

Конечно, по принципу «наш сукин сын» Дугин, как и Соловьев, и как генерал-депутат Гурулев, в нынешней ситуации может не опасаться ответственности за людоедские призывы. И продолжит заниматься, в том числе, воспитанием юношества (если кто забыл — в РГГУ «евразиец» Дугин возглавляет Высшую политическую школу имени Ивана Ильина, философа с, мягко говоря, специфической репутацией).

Отметим, что Суркова, Дугина и других объединяет весьма характерный образ будущего, который они рисуют в своих фантазиях.

Вместо благополучия людей, процветания, расцвета науки, эффективного и качественного образования, победы над болезнями — империя, воинственность, внешняя экспансия, мобилизация и репрессии.

Вместо демократии, свободы, гуманизма — агрессия, ненависть и страх. Вместо обустройства имеющихся территорий (на большинстве которых отсутствуют элементарно необходимые условия для комфортной жизни людей) — стремление к присоединению новых. Иначе говоря, образом будущего оказывается прошлое.

Между тем в современном мире ни одна рухнувшая империя не восстановилась и даже не пыталась это сделать — за полной бесполезностью. И как на сумасшедшего маргинала посмотрели бы на политика, который призвал бы к этому в Великобритании или Германии, Франции или Австрии, некогда бывших могущественными империями.

В нынешней же России такие политики — депутаты и сенаторы, академики и профессора, желанные гости государственных эфиров и члены провластных «клубов». Хотя имперские фантомные боли всегда начинаются со стенаний об утраченном могуществе и «исторических правах», а заканчиваются железом и кровью.

Как больше тридцати лет назад говорил мне Борис Стругацкий,

«существуют идеи, которые опасны сами по себе, идеи, пробуждающие в добром гражданине зверя, круто замешанные на ненависти, чреватые кровью и смертью.

Такова идея РЕВАНШИЗМА. Такова идея НАЦИОНАЛЬНОГО ПРЕВОСХОДСТВА. Такова идея ИМПЕРИИ».

А еще весьма характерны недавние откровения в Сети «военкора» Александра Сладкова, вопрошающего: «не рановато ли мы задумались о мире», если «цель — мольба врага о пощаде»? И уверенно требующего: «только капитуляция» и «ни прощений, ни амнистии, ни условных наказаний».

При этом похожие настроения и с другой стороны баррикады — журналист и историк Сергей Медведев называет пожелания мира «абстрактным пацифизмом» и прямо заявляет «а я не хочу мира», «худой мир окончится еще более страшной войной», и далее — примерно в таком же духе, но с обратным вектором фантазий.

Полезным будет напомнить, что продолжения боевых действий Медведев непреклонно требует из Карлова университета в тихой и безопасной Праге.

Но дело не только в этом. Они оба почему-то выглядят очень похожими — Сладков и Медведев: тем, что хотят одного (отличающегося только знаком) — капитуляции противоположной стороны.

Сладков и другие российские «ястребы» хотят поражения и унижения Украины, а Медведев летом прошлого года заявлял: «Хочу поражения и унижения России».

Значит, с их точки зрения, боевые действия должны продолжаться — несмотря ни на что. Пока не будет достигнута желаемая цель — та или другая, в зависимости от исходной позиции. И никаких компромиссов — только победа.

Вот только ответственность — причем личную — за жертвы и разрушения несут, в том числе, и те политики, которые отвергали в последние два года идею соглашения о прекращении огня, которые требовали продолжения боевых действий.

На пресс-конференции 7 января избранный президент США Дональд Трамп заявил, что рассчитывает встретиться с президентом России Владимиром Путиным после инаугурации 20 января и что рассчитывает в течение шести месяцев (при этом он сказал «надеюсь, намного раньше») достичь перемирия.

До выборов он говорил, что все закончит за один день, но все понимали, что это фигура речи.

Хочется надеяться, что шести месяцев все-таки не понадобится.

* Внесен властями РФ в реестр «иногаентов».

Редакция может не разделять мнения, оценки и суждения авторов и обозревателей.