Может ли робот сочинить симфонию? Теперь — возможно, да

Рассказываем, как нейросети меняют музыкальную индустрию (и показываем собственный ИИ-трек)

В конце февраля вышел «Is This What We Want?» — альбом, где вместо музыки записана тишина пустых студий звукозаписи и концертных площадок. Участников акции больше тысячи — среди них композиторы Кейт Буш и Ханс Циммер, а еще Дэймон Албарн, фронтмен Gorillaz и Blur. Так музыканты протестовали против планов британского правительства, которое собирается разрешить разработчикам обучать искусственный интеллект на музыке, защищенной авторским правом. Они считают, что создатели ИИ-генераторов музыки могут лишить артистов источников заработка. Александр Шакиров рассказывает, как музыка, созданная искусственным интеллектом, превращается из сетевого развлечения в способ заработка — иногда незаконного — и что может ждать музыкальную индустрию с распространением ИИ-треков.

За последние четыре года музыкальный контент, сгенерированный ИИ, прошел путь от легко распознаваемых дипфейков до треков, выдаваемых за оригинальное творчество. Примеров первому сотни и тысячи — вспомним, как весной 2020-го дипфейки артистов развлекали планету на самоизоляции или как в прошлом году соцсети заполнили ИИ-каверы на песню «Говновоз».

В 2023-м разработчики искусственного интеллекта продвинулись достаточно, чтобы анонимный блогер смог сгенерировать и опубликовать ИИ-трек «Heart on My Sleeve», который выдал за совместную запись Дрейка и Викенда. Песня сначала вышла в тиктоке с отметкой об ИИ-контенте, а потом на ютьюбе и на стримингах — уже под именами мировых звезд. Текст для композиции написал человек, а музыкальную тему сгенерировал искусственный интеллект; она набрала миллионы прослушиваний и стала первым вирусным ИИ-треком. Впрочем, в ней легко распознаются паузы и перепады в громкости произносимого текста — типичные приметы ранних версий ИИ.

Лейбл Universal Music, владеющий правами на каталоги Дрейка и Викенда, потребовал от стримингов и ютьюба удалить трек — и добился своего (хотя есть версия, что пользователь сделал это сам). Правда, на момент публикации этого материала на видеохостинге до сих пор можно найти перезаливы «Heart on My Sleeve». Дело в том, что в Google — материнской компании YouTube — считают: раз «Heart on My Sleeve» не копирует никакой трек, значит, это оригинальное произведение.

Чтобы ИИ умел генерировать музыку, разработчики загружают его огромными массивами данных. На их основе машина учится выявлять закономерности в полученной информации, а затем воспроизводить текст и звук. Конечная цель — платные ИИ-приложения, которые позволят любому пользователю создавать треки по своему запросу.

Представьте песню с инструменталом и настроением как в «Lovesong» (1989) группы The Cure, при этом с вокалом и шуточками в духе Сабрины Карпентер образца 2024-го и с текстом на тему утилизации батареек, — ИИ вполне способен и на такое. Примерно эту задачу я предложил генератору Suno. Правда, разработчики уверяют, что указывать в качестве референсов названия песен и имена артистов бесполезно, ИИ не воспринимает эту информацию. Поэтому я не стал упоминать The Cure или Карпентер, а просто попросил Suno сочинить постпанковскую песню об утилизации батареек с вайбом готик-рока 1980-х, женским вокалом и шутками про глупого бойфренда. Вот результат.

Примерно за десять секунд ИИ сгенерировал два трека. Suno не понял разницы не только между постпанком и поп-роком, но даже между женским и мужским вокалом (для чистоты эксперимента я сгенерировал еще несколько ИИ-треков, но ни женского вокала, ни постпанк-звучания так и не появилось). Первый трек напоминает творчество Nickelback или вокал Криса Корнелла, второй звучит как поп-рок-группа второго эшелона из 2000-х. Генератор не уловил, что от него ждут песню об экологии, а не о токсичных отношениях, но простейшие закономерности создания поп-текстов искусственным интеллектом определенно усвоены: это очевидно с первой же строчки «Youʼre a dead AA in a drawer of lies» («Ты севшая батарейка АА в ящике лжи»), не говоря о названии трека «Dead Batteries Donʼt Love Back» («Мертвые батарейки не отвечают взаимностью»).

Чтобы обучать ИИ, компаниям нужны музыкальные каталоги, где собрано как можно больше разной, а главное, качественной музыки. Сложность в том, что она защищена авторским правом. О незаконном использовании авторского контента для обучения ИИ говорят по меньшей мере с прошлого года. Так, летом Universal Music Group, Sony Music Entertainment и Warner Music Group подали в суд на создателей приложений Suno и Udio, чтобы добиться запрета на использование музыки из собственных каталогов и выплаты компенсаций.

Правительство Великобритании собирается внести изменения в закон об авторском праве, чтобы избежать подобных разбирательств. Чиновники решили открыть местным ИИ-разработчикам доступ ко всему контенту. Правообладателям останется только самостоятельно отслеживать их деятельность, доказывать, что их произведения использовались в обучении ИИ, и запрещать работу со своими треками каждой отдельно взятой компании. Это потребует огромных ресурсов, а в случае с музыкальной индустрией — оставит без защиты музыкантов, которые не сотрудничают с лейблами-гигантами.

Артисты, композиторы и писатели, разумеется, высказались против. 25 февраля их открытое письмо опубликовала The Times (среди 34 подписавшихся — Дуа Липа, Стивен Фрай, Эд Ширан и Стинг). В этот же день на стримингах вышел альбом тишины «Is This What We Want?» («Этого мы хотим?») с 12 треками, названия которых складываются в предложение: «The British Government Must Not Legalise Music Theft To Benefit AI Companies» («Британское правительство не должно разрешать ИИ-компаниям красть музыку»). Автором альбома указана «тысяча британских артистов», среди инициаторов акции — композитор и сонграйтер Кейт Буш, фронтмен Gorillaz и Blur Дэймон Албарн и певица Энни Леннокс.

Guardian пишет, что в правительстве сразу отреагировали на критику: по одной из версий, чиновники сохранят за артистами и писателями авторские права в прежнем виде, при этом ИИ-разработчики получат неограниченный доступ к контенту СМИ (а в случае несогласия изданиям опять-таки придется самостоятельно разбираться с каждым разработчиком). В свое оправдание в правительстве говорят, что действуют в интересах страны, пытаясь не допустить технологического отставания британских ИИ-компаний.

Может показаться, что ИИ для музыки — просто очередной новый инструмент, как электрогитара или автотюн. На самом деле он может изменить индустрию куда радикальнее, чем другие технологии, ведь работа с тем же автотюном не отменяет человеческих усилий музыканта — чего не скажешь об ИИ-приложениях. Главный вопрос — качество работы этих приложений: от этого зависит, создадут ли они реальную конкуренцию музыкантам.

В перспективе ИИ способен лишить работы авторов джинглов, аранжировщиков, битмейкеров и сессионных музыкантов — во всяком случае, частично. Тот же Suno уже сегодня справляется с относительно простыми музыкальными формами — создает фоновую музыку или биты.

ИИ-треки могут заполнить стриминги, отчего андеграундные артисты станут менее заметны. В Spotify пообещали не блокировать ИИ-контент, если только его авторы не выдают себя за других артистов. Это вряд ли создаст конкуренцию музыкантам с миллионными аудиториями — однако новички или нишевые артисты рискуют затеряться между ИИ-треками, а значит, потерять в заработках со стримингов. Конечно, популярность ИИ-контента будет зависеть, во-первых, от доступности подписки на ИИ-приложения — а она, в свою очередь, зависит от исхода судов между разработчиками и лейблами: пока неясно, будут ли ИИ-компании отчислять роялти артистам. Во-вторых, мы по-прежнему не знаем, будут ли стриминги платить за ИИ-треки, и если будут, то кому именно — разработчикам ИИ-приложений или пользователям. Стримингам выгоден большой объем постоянно обновляемого бесплатного контента, но в долгосрочной перспективе засилье ИИ-треков на площадках начнет раздражать пользователей.

ИИ-треки с вокалом умерших артистов, безусловно, еще не раз сыграют на эмоциях миллионов фанатов — но никак не поспособствуют развитию музыки и не будут иметь художественной ценности. Зато они обязательно приведут к череде судебных исков от наследников. Что говорить, мошенники с помощью ИИ зарабатывают и на живых артистах: весной 2023-го на форуме коллекционеров музыки неизвестные продали за 10 тысяч долларов сгенерированные ИИ-треки под видом неизданного творчества Фрэнка Оушена — одного из главных современных R&B-исполнителей, который ведет непубличную жизнь и редко выпускает материал.

Возможно, ИИ-музыка станет отдельным жанром со своими топами — тогда мы, вероятно, увидим, как ИИ-продюсеры заключают контракты с лейблами-гигантами и записывают дуэты со звездами мировой сцены. Правда, в таком сотрудничестве на первом месте, скорее всего, окажется не художественная ценность, а желание заработать на мейнстримной теме. В моменте ИИ-приложения на первых порах могут стать игрушкой для сотен тысяч или даже миллионов: легко представить, как пользователи сами создают треки для своих плейлистов. При этом для взыскательных слушателей, отслеживающих релизы любимых исполнителей, искусственный интеллект, скорее всего, мало что изменит.

Рано или поздно музыкантам придется доказывать, что они не роботы, — отчего, вероятно, вырастет популярность живых выступлений (в том числе в записи). Так что искусственный интеллект вполне себе способен хотя бы в творчестве сделать людей ближе друг к другу.

Александр Шакиров