"Успеть до приезда Путина"

Вечером 4 февраля в центре Красноярска, на улице Перенсона, был уничтожен уникальный памятник архитектуры –​ казачьи усадьбы с двухсотлетней историей. Снести их застройщик попытался за день до этого, но общественникам удалось остановить бульдозеры. На следующий день техника вернулась, когда уже стемнело. И сейчас от домов, построенных в середине позапрошлого столетия, почти ничего не осталось.

Красноярские градозащитники весь день 4 февраля дежурили возле усадеб, сменяя друг друга. Архитекторы, историки, общественники, журналисты создали инициативную группу, которая противостояла застройщикам до половины первого ночи.

– Вечером застройщик Александр Баранов (совладелец ТСЖ "Столичное", которому с 2011 года принадлежит участок земли на улице Перенсона. – СР) пригнал экскаватор и начал крушить постройки во дворе, – рассказывает член инициативной группы старший научный сотрудник Красноярского краеведческого музея Илья Куклинский. – Баранов хотел успеть завершить снос до 22.00, потом по закону о тишине проводить шумные работы нельзя. Но люди из инициативной группы находились внутри дома и не давали начать работы. В итоге технику свернули и все уехали. Собственника просили не трогать дом, но он сказал, что у него распоряжение администрации города снести дом до приезда Владимира Путина.

"3 и 4 февраля был принят ряд попыток сноса указанных домов. По данному факту неоднократно вызывался наряд полиции. 4 февраля в 21.24 по распоряжению Александра Баранова вновь был начат снос. Работы были прекращены в 22.20, поскольку вновь был вызван наряд полиции", – говорится в заявлении, которое красноярские общественники подали в краевую прокуратуру утром 5 февраля.

Сейчас на месте старинных зданий – груда бревен. Частично сохранился лишь фасад дома №34 на Перенсона, но если зайти со двора – это руины. На уцелевшей нижней, каменной, его части прикреплено написанное от руки объявление о том, что сносить дом категорически запрещено. Впрочем, прочитать его трудно: для этого нужно перебираться через завалы.

Как сообщил Илья Куклинский, градозащитники осмотрели дом, фиксировали, что и как можно восстановить. Затем приехала полиция и зафиксировала разрушения. 5 февраля Александра Баранова вызвали в администрацию края и попросили приостановить работы.

Пожар в доме на Перенсона

Наполовину уцелевшему дому на улице Марковского, 67/Перенсона, 34, в Красноярске примерно 190 лет.

– Дом этот предположительно был построен в первой четверти ХIХ столетия, – рассказывает Ольга Баркова. – Впервые он был зафиксирован в домовых книгах в 1832 году. Тогда в нем жил казачий пятидесятник Потылицын. Это самый центр города, элитный район, где жила казачья аристократия. Это было новое явление в истории России того времени: Николай I повелел казакам жить в городах. До этого они обитали в станицах и в военных поселениях. Серьезно эту жизнь еще никто не исследовал. Если дом снесут, изучать будет просто нечего.

Улицей Марковского (бывшей Большекачинской) в свое время заканчивался город, она была крайней границей Красноярска. Эта местность называлась казачьей слободой – здесь стояли деревянные дома казаков. Неподалеку от усадьбы жила тетка художника Василия Сурикова Ольга Дурандина. Ее дом художник изобразил на пейзаже картины "Боярыня Морозова".

– Позже, в 1876–1891 годы, усадьба была записана на казачьего урядника Евсея Кузьмича Ермолаева, состояла она из трех зданий и городского гостевого домика Успенского мужского монастыря. В записи налога с недвижимого имущества за 1897 год владельцем уже указана его дочь, мещанка Елизавета Евсеевна Пашенкова, – рассказывает историк и краевед Марина Терешкова.

Там оставалась жить только 72-летняя пенсионерка Эмма Федоровна, которая съезжать отказывалась. В 2012-м в доме произошел пожар, в котором женщина погибла

В усадьбе до недавнего времени жили люди. Она была почти полностью расселена только в 2012 году. Там оставалась жить только 72-летняя пенсионерка, которая съезжать отказывалась. В сентябре 2012-го в доме произошел пожар, в котором женщина погибла. Спустя два года от пожара пострадал и соседний дом на Перенсона, 32. Причиной обоих возгораний в МЧС называли поджог.

– Огонь потушили, однако дом стал непригоден для проживания, находился в аварийном состоянии. А это исторический центр города, куда весь Красноярск стремился приехать погулять, посмотреть старину, – рассказывает архитектор-реставратор Екатерина Гевель.

С тех пор дома разваливались буквально на глазах. И это было, по мнению общественников, на руку застройщикам, которых всегда привлекала территория в центре города.

– А никто не задумывается, откуда пожар, почему дом стал аварийным? Эти дома с тех пор стояли беззащитные, – говорит член общественного совета Службы строительного надзора и жилищного контроля Красноярского края Ольга Баркова. – Их давно нужно было законсервировать, обеспечить охрану со стороны властей, а после начать восстанавливать, чтобы вдохнуть в них вторую жизнь.

– Это же были самые старые здания в центре города, они составляли старейший архитектурный ансамбль в Красноярске, – рассказывает изданию "Сибирь.Реалии" одна из самых активных защитниц усадьбы, общественница Анастасия Тамаровская. – Причем это не модерн, завезенный к нам из Европы, а уникальная сибирская архитектура, образцов которой в городе практически не осталось. Кроме того, что эти дома – сердце исторической части Красноярска, они могут стать объектами серьезных исследований нашей сибирской истории и культуры. Их и сейчас еще возможно восстановить, может быть, перенести на другое место или привести в порядок и оставить здесь. В других регионах России и за рубежом такие здания реставрируют, укрепляют, внутри меняют коммуникации, находят им новое применение – почему не перенять этот опыт?

На одном из снесенных зданий, доме учителя Мацвеева (Перенсона, 32), в ноябре 2017 года была установлена табличка проекта "Последний адрес" – в память об известном в городе инженере Андрее Телегине, который был расстрелян в 1937 году. С этой таблички началось участие Красноярска в проекте "Последний адрес". Сейчас табличка хранится у председателя красноярского отделения "Мемориала" Алексея Бабия:

"Снял телегинскую табличку "Последнего адреса" с Перенсона, 32. Не в том смысле снял, что сфотографировал, а в том смысле, что отвинтил. А то ведь эти манкурты её тоже на дрова попилят. У них ни вчера, ни завтра нет, да и сегодня сужено до сейчас. Табличка пусть полежит. Она ещё пригодится", – написал Алексей Бабий в социальных сетях.

Зачем нам эти "деревянные развалюхи"​?

На месте старинной усадьбы новый собственник, Александр Баранов, планирует построить многоэтажный дом. Он уверяет: закон на его стороне.

– Я занимаюсь этим участком уже 10 лет. И все это время общественники подают заявления в службу по охране памятников. И, видимо, дальше будут это делать, – рассказывает Александр Баранов. – Но если заявление принято, это еще не значит, что государство охраняет эти здания. У активистов официальных ответов на этот счет нет. А у нас есть. И в них говорится, что объекты культурного наследия на данный момент здесь не выявлены. Когда общественники получат подобные документы – будет и предмет для обсуждения. Кроме того, надо понимать, что мы решаем жилищный вопрос красноярцев. Люди получили квартиры. А другие люди вложили деньги в то, чтобы их расселить и построить здесь красивый современный дом. Кстати, у него по проекту фасад будет гармонизован с исторической средой – это прописано в наших документах.

В том, что не существует документов, которые позволили бы защитить усадьбу от сноса, Александр Баранов не вполне прав. Так, еще в 2010 году на его же запрос был получен ответ из краевого министерства культуры, в котором указано: хотя дома 30, 32, 34 на Перенсона сейчас не являются выявленными объектами культурного наследия, земля, на которой они стоят, находится в границах охранной зоны исторического центра Красноярска. А это значит (цитируем документ), что здесь запрещено "производство земляных и иных видов работ".

А в конце января 2018 года дом урядника Евсея Ермолаева, построенный в середине XIX века (Перенсона, 34), и дом учителя Мацвеева (построен в конце позапрошлого столетия, это дом № 32 на Перенсона) были включены в "список объектов, обладающих признаками объектов культурного наследия".

Это значит, что будет назначена экспертиза по установлению их историко-культурной ценности, говорится в документе за подписью руководителя региональной службы по охране объектов культурного наследия. Соответственно, пока не готовы результаты экспертизы (какими бы они ни были), ни о каком сносе домов речи быть не может. Старинные дома были включены в "список объектов, обладающих признаками объектов культурного наследия" 26 января. Их снос начался ровно через неделю.

– Раз есть документы от службы охраны памятников, получается, что новый владелец земли нарушает закон, начав снос, – говорит Анастасия Тамаровская. – Не знаю, чем объяснить этот его шаг. В Красноярск седьмого февраля Путин приезжает – может, хозяину участка порекомендовали к этой дате территорию "очистить"?

Однако Ольга Баркова считает: из Службы по охране объектов культурного наследия получена очередная отписка.

– Наше заявление по закону может рассматриваться в течение 90 рабочих дней. Что будет с полуразрушенными домами за это время? – говорит Ольга Баркова, член общественного совета при Стройнадзоре по Красноярскому краю. – К тому же заявление могут подержать и вернуть. На любом основании. В прошлый раз мы такое же заявление подавали 15 декабря 2017 года. Причем на весь комплекс казачьей усадьбы как единый объект. Его приняли. А 9 января были разрушены две одноэтажные избы, также входившие в этот комплекс. И в итоге мы получили отказ с мотивировкой "из-за отсутствия части зданий": раз двух домов не хватает, комплексом эти строения считаться не могут. 19 января я подала заявление повторно – уже на каждый из домов по отдельности. Каким будет результат на этот раз? Да нам и прокурор сегодня подтвердил, что такие объекты по закону должны охраняться. Тогда почему мы в мороз двое суток стоим на этой территории и выслушиваем гадости в свой адрес?

Активистам действительно приходится слышать всякое. И о том, что они пиарятся на пустом месте, и что защищают не имеющие ценность развалюхи, и что полуразрушенные здания вот-вот обрушатся на тротуары: "Хотя бы об этом вы подумали, когда шли защищать их от сноса?"

– Если дома в плохом состоянии и представляют собой угрозу, если участок толком не огорожен, это вопрос к собственнику земли, – говорит Ольга Баркова. – Между прочим, на территории усадьбы среди развалин живут в вагончиках люди, потихоньку старые здания курочат. А для них-то не опасно работать в таких условиях? Про "никчемные развалюхи" – это не правда. У нас в центре Красноярска в подобном же и еще в худшем состоянии находятся дома, официально признанные памятниками истории и культуры. На них висят таблички с указанием, что они охраняются государством. Но, получается, дела это не меняет. И рано или поздно они окажутся в том же виде, что и здания на Перенсона.

– Самое печальное, что не все красноярцы понимают ценность этих домов. Когда мы встали на защиту усадьбы, в соцсетях стали появляться комментарии вроде "А зачем нам эти деревянные развалюхи, пусть лучше стоят современные высотки и какой-нибудь "Бургер Кинг", – добавляет Анастасия Тамаровская. – Люди не осознают, зачем их городу и им самим нужна история. Вот об этом надо рассказывать в первую очередь! Поймите меня правильно: я не за сохранение всех без разбора старых "деревяшек". Но то, что в подлинном смысле ценно, сохранять необходимо.

История со сносом исторических зданий получила большой резонанс, и временно исполняющий обязанности губернатора Красноярского края Александр Усс 5 февраля распорядился приостановить работы.

"Есть опасения, что на месте этих домов будут построены многоэтажки. Я говорил об этом с главой нашего города, просил его разобраться и думаю, что вполне в наших силах не допустить там строительства, которое будет уродовать центр Красноярска", – заявил Усс на встрече с журналистами.

– Усадьбы давно нет, все разрушено и сгнило. Чтобы признать дом объектом культурного наследия, его нужно выкупать, восстанавливать и содержать, а кто это все будет делать? – отстаивает свою позицию собственник усадьбы Александр Баранов. – У государства денег нет – посмотрите, как у нас другие памятники охраняются. А иметь в центре такой свинюшник никто не позволит. Какой бы ни была усадьба когда-то, она уже утратила ценность. Ну пописал там рядом когда-то Суриков, и что теперь?

Изначально казачья усадьба состояла из шести зданий. Четыре из них теперь уже полностью снесены, градозащитники надеются отстоять и восстановить два дома, которые разрушены не полностью: учителя Мацвеева на Перенсона, 32, и урядника Ермолаева на Перенсона, 34/Марковского, 67. Активисты подали заявку о внесении этих двух домов в реестр объектов культурного наследия. Служба Госохраны в течение трех месяцев должна будет определить, обладают ли эти два дома на Перенсона исторической ценностью. Если здания включат в реестр охраняемых объектов, собственнику придется их восстановить. Если же статус домов не изменится, они могут навсегда исчезнуть с улиц Красноярска.